Урок истории - Дмитрий Юрьевич Пучков

Постараемся рассказать беспристрастно, говоря о его заслугах и, скажем так, незаслугах в отношении истории нашего города и, вообще, о его роли в истории России и истории Финляндии. И после этого, на основе моей личной точки зрения, которая будет, тем не менее подкреплена какими-то документами и другими источниками, действительно попробовать решить — нужна ли эта доска у нас сейчас, после окончания советского периода, или всё-таки не надо.

Маннергейм — это личность, действительно сыгравшая очень большую роль в истории Финляндии. Во-первых, о фамилии. Фамилия Маннергейм не финская, не шведская, не немецкая, это фамилия — голландская. То есть Маннергейм — это потомок голландских дворян, которые прибыли в Швецию ещё в XVI веке.

Дмитрий Пучков: Я всё время думал, что он швед.

Баир Иринчеев: Родной язык у него шведский, абсолютно верно, но сама фамилия не шведская, это явно слышно. Прибыли в Швецию, но тогда вся Финляндия была Швецией.

Дмитрий Пучков: А как правильно — «Маннерхайм»?

Баир Иринчеев: «Маннерхейм». Но у нас — Маннергейм, у нас все «х» переходят на «г». Родился он в дворянской семье, то есть он барон. Семья была обедневшая. Учился он сначала в юнкерском училище в городе Хамина, откуда был выгнан за самоволки. То есть ходил там постоянно на свиданки с девушками, и когда его в очередной раз застукали, его соответственно выкинули из этого финского офицерского училища в Хамина, но он, в общем-то, не горевал, выучил русский язык (он говорил на нескольких европейских языках) и поступил в элитное Николаевское кавалерийское училище в Санкт-Петербурге, то есть у нас.

Дмитрий Пучков: А за что его взяли?

Баир Иринчеев: Дворянин.

Дмитрий Пучков: А справку с предыдущего места с характеристикой не требовали?

Баир Иринчеев: Нет. Великое княжество Финляндское, там у них всё-таки всё было отдельно. Закончил Николаевское кавалерийское училище, женился на дочери русского генерала Анастасии Араповой.

Дмитрий Пучков: Удачно.

Баир Иринчеев: Да, семья была очень бедной, семье пришлось имение продать, и ему, в общем-то, здесь, в Петербурге, сначала не очень-то было на что жить. Поскольку он в кавалерийском училище, барон, то есть это обязывает к определённым затратам: балы и скачки, и кони, и всё что угодно. Конечно, злые языки говорят, что он Арапову взял в жёны только из-за денег, но это только опять же домыслы. Его фигуру окружает огромное количество слухов, домыслов и, соответственно, наверное, многое мы так и не сможем узнать, но опять же, наверное, это не суть важно, если говорить о его роли именно в истории.

У них родилось две дочери, но уже в начале XX века их брак дал серьёзную трещину, после того как Маннергейм после очередного бала не пошёл домой к жене и дочкам, а отправился в будуар к графине Шуваловой. Шуваловский дворец на углу Итальянской улицы и набережной реки Фонтанки, в советское время — Дом дружбы народов, а ныне — это музей Фаберже. Там у них были страстные встречи на чёрной лестнице, после которых жена Маннергейма просто уехала в Париж, забрав дочерей, а муж Шуваловой просто умер от разрыва сердца, узнав, что жена крутит романы с этим красивым шведским бароном. Он был высокий, два метра ростом, очень эффектный мужчина, очень галантный и на женщин производил неотразимое впечатление, поэтому постоянно ходят слухи о его внебрачных детях и в России, и в Финляндии, но опять же это всего лишь домыслы.

На русско-японской войне и в Первую мировую войну Маннергейм был в чине полковника, воевал в российской армии, награждён многочисленными наградами Российской Империи и здесь возникает первое недопонимание о Маннергейме — считают, что Маннергейм закончил Академию Генштаба. Но это не так. Он заканчивал курсы при Академии и по заданию Генштаба после русско-японской войны долгое время путешествовал по Китаю и Тибету. В гражданском платье, как такой праздный джентльмен, путешественник. Но на самом деле он просто смотрел, что там вообще есть: какие крепости, какие мосты, какие дороги, если есть крепость, сколько там пушек, какого они образца, какой там стоит гарнизон, чем вооружены. То есть фактически он занимался сбором разведывательных данных для Российской Империи.

И именно тогда произошла его встреча с Далай-ламой. Известная такая байка ходит, что приехал какой-то офицер к Далай-ламе и не нашёл ничего лучшего в качестве подарка как револьвер. То есть Далай-ламе, человеку, который абсолютно против любого насилия, дать короткоствольный огнестрел — это, конечно, нужно было додуматься. Но вот есть легенда, что эта встреча была, Маннергейм действительно подарил Далай-ламе револьвер и Далай-лама просто сразу его выкинул в пруд с лотосами. После возвращения в Петербург Маннергейм был принят Николаем II, сделал ему отчёт о своей разведывательной поездке. Нельзя сказать, что Николай II и Маннергейм были как-то близки, но последний император Маннергейма знал.

И ещё очень интересный момент, что на церемонии коронации последнего императора — Николая II, на печально известном Ходынском поле в Москве, когда произошли вот эти события, Маннергейм шёл впереди коронационной процессии в форме кавалергарда. То есть он ещё был и кавалергард, просто потому что он был два метра ростом и вообще очень видный воин был.

На Первой мировой войне он воевал за Россию, верный присяге. Опять же дворянская присяга императору очевидно для него много значила. В 1917 году был произведён в генерал-майоры и в 1917-ом же году был произведён в генерал-лейтенанты Российской императорской армии. В тот же год он отпраздновал пятидесятилетие — родился в 1867 году. Пятьдесят лет, российский генерал, награждённый, как я уже сказал, несколькими наградами Российской Империи и награждённый Георгиевским оружием «За храбрость» — это очень высокая и почётная награда в Российской Империи, одна из высочайших именно воинских наград. И Маннергейм писал сестре своей Софии, что, наверное, можно уже и на пенсию, карьера сделана, чего можно было добиться, я добился в российской армии, что можно уже и на покой, заниматься скачками, охотой, чем он очень увлекался. Но не тут-то было. Империя распадается. Император отрекается, что Маннергейм, кстати, тяжело переживал. И после всего этого империя ещё и рухнула. Маннергейм возвращается в Финляндию. Финляндия объявляет независимость, Ленин независимость Финляндии признаёт, и в январе 1918 года в Финляндии вспыхивает гражданская война между «левыми» и «правыми».

Маннергейм как человек монархических взглядов, конечно, резко отрицательно относился к левым идеям и красным вообще. Поэтому ему был предложен пост командующего армией Сената, то есть армией белых, и это в то самое время, когда