Второй эшелон - Давид Исаакович Давурин

— Ничего и не будет, если это делается от случая к случаю. Другое дело, когда талый снег употребляют длительное время. Это вода грязная и лишенная нужных химических частиц.

— Чай развозят два раза в день, — сказал Белкин.

— Мало.

— А вода в кухнях замерзает. Нет возможности возить воду. И без того каждый день кухни на ремонт поступают.

— Вы должны делать то, что необходимо, — заявила Зоя. — Она разговаривала с Белкиным решительно и строго, как будто он был ее подчиненным.

— Ко мне отношения не имеет, — защищался Белкин. — Вы не по адресу обращаетесь.

— Медицинская служба знает все адреса. И по всем адресам будет долбить, в том числе и по вашему.

— Что же я должен делать?

— Достаньте деревянные бочки и разошлите по подразделениям. Или изготовьте формочки для льда. Пусть доставляют лед.

— Разве талый лед не то же, что талый снег?

— Нет, не то же. Если вода быстро замерзает, то в лед переходят все ее составные части.

— Батюшки, какая наука!

— Да, наука всегда полезна, — ответила Зоя. — Я, впрочем, и сама не знала. Мне только сегодня объяснили. Бородин поехал к дивизионному врачу, как только диагноз выяснился. Вот что я вам советую сделать, когда вы отоспитесь. Приятных сновидений.

И она ушла.

Я лежал, закрывшись до подбородка одеялом, не будучи твердо уверен, что все это мне не снится.

Белкин закурил папиросу и смачно выругался.

— До чего же противная баба! — сказал он. — Ничего не смыслит в военном деле. При чем тут я?.. В полках есть командование, хозяйственная часть, санитарная часть — это их кровное дело. Ни одному нормальному человеку даже не придет в голову ставить меня в известность об этом… прошлогоднем снеге! Ерунда… Ты что молчишь?

Я что-то промычал в ответ.

— Интересно, какая у нее должность, никто не может понять… Помощник командира санбата, что ли?.. Какой вопрос ни поднимается, она обязательно тут как тут… До всего ей дело есть. Терпеть не могу таких женщин!..

Он бросил папиросу и натянул на себя одеяло.

— А между прочим, — сказал он, зевая, — кто такая Наташа Рябинина?

— А это… была тут… машинистка.

— Зоя и не знала, что я здесь живу, — сказал Белкин. — Она пришла к тебе. У нее должны быть серьезные основания, чтобы ночью разбудить человека только для того, чтобы передать ему привет.

— Я и сам удивляюсь, — пробормотал я. — Спи, пожалуйста.

— Сплю.

Белкин закрыл глаза, и мне показалось, что он действительно уснул.

Но вдруг он вскочил и стал одеваться.

— Куда же ты?.. Ночью?.. — спросил я.

— Пойду будить помощников. Экстренное совещание. Военторг тоже подниму, не постесняюсь. У них бочки из-под повидла. Пожалуй, подойдут… Их только приспособить, втулки врезать… А насчет льда я не согласен, не серьезно…

Он оделся, влез в полушубок, натянул рукавицы, схватил ушанку и, уже подойдя к лестнице, спросил:

— Славная девушка — Наташа?

Я промолчал.

— А по-моему, — сказал он, взявшись за дверную скобу, — нет на свете лучше Зои… Эх!..

И рванув дверь, вышел из погреба.

Глава пятая

НАТАША

1

С двумя походными сумками и с винтовкой за спиной я вышла из вагона на платформу железнодорожной станции. Дальше поезд не шел. Пассажиры — все, конечно, военные — направились к шоссе, и я вместе с ними. Это возвращались из госпиталей или ехали в распоряжение штаба строевые офицеры и всевозможные работники тыла. Многие смотрели на меня с удивлением и даже с насмешкой. Как видно, я выглядела смешно: тяжелые сумки с гостинцами моим сослуживцам от их родных висели по бокам моей маленькой фигуры. Больше всего удивляла моя винтовка, наглухо обвернутая в холстину. Никто не понимал, почему я еду на фронт со «своим» оружием.

— Красавица, — сказал мне какой-то капитан с бородой, — я вижу, твоя пушка косыночкой обвязана. Ты бы еще бантик прицепила. А еще лучше — сдай в багаж.

Это вызвало громкий хохот окружающих. Я обиделась, но не подала вида.

— Обвязана потому, — ответила я, — что я в московском метро ездила, там такие правила.

Но мой ответ еще больше их рассмешил.

— Если будешь соблюдать московские правила до самого Берлина, — язвительно сказал бородатый капитан, — то мало пользы будет и от тебя, и от винтовки. Тут не метро. Вдруг десант налетит, а у тебя оружие в упаковке.

Но эти насмешки не смутили меня, и я не развязала «косынки». У меня особое оружие, с ним надо бережно обращаться.

На шоссе уже стояли офицеры, ожидавшие попутной машины. Мы подошли к ним. Всего нас собралось человек пятнадцать. Те, которые давно стояли, жаловались, что машины идут тяжело груженные, а бездушные шоферы не только не тормозят, но даже ускоряют ход, проносясь мимо ожидающих. Я знала, что меня-то возьмут. Вот, пожалуй, единственное преимущество у девушек на фронте: шоферы охотно сажают нас в машины.

Я вышла вперед и высоко подняла руку навстречу приближавшемуся грузовику, но машина промчалась мимо. Не остановились и следующие грузовики. Шоферов, очевидно, пугало большое скопление людей, и я отошла на полсотни шагов дальше. Но ожидающие угадали мой маневр и сразу всей гурьбой подошли ко мне. Я пошла вперед — они за мной.

— Послушайте, — сказала я, — что вы за мной ходите?

— На тебя вся надежда, — ответил кто-то. — Ребята, не пугайте шоферов, применяйтесь к обстановке.

И вот они рассыпались и присели на свои мешки, как будто им не было никакого дела до машин.

Вскоре показался новый грузовик. Я подняла руку, и грузовик остановился. Тут произошла настоящая атака. В кузов полетели мешки и сундучки. В мгновение ока офицеры разместились на ящиках с консервами. Выскочивший из кабины сержант кричал, убеждая и угрожая, но это ни на кого не произвело впечатления. Люди ехали на фронт, и имели право торопиться. Так и двинулся дальше грузовик, переполненный людьми. Со мной на дороге осталось еще пять человек, не сумевших погрузиться. «Ну, что же, — решила я, — послужу приманкой и для этих, усажу их, а потом уж, оставшись одна, выберу себе автомобиль по вкусу». Так я и сделала. Мне попался грузовик с брезентовой будкой. Я подумала, что под брезентом будет теплее: день был не холодный, но дул сильный ветер. Однако сидевший рядом с шофером лейтенант был так любезен, что уступил мне свое место, а сам полез в кузов. Вот как я удобно устроилась!

В штаб я прибыла к вечеру. Уже начинало темнеть. К счастью, формальности продолжались недолго. Сотрудник штаба дал мне направление в дивизию, согласно