Как начинаются войны - Дмитрий Юрьевич Пучков

— она выходит из энергетического гетто. Что такое «Энергетическое гетто»? Сегодня в Молдавии цена на электроэнергию дороже, чем на Украине и в Западной Румынии. Это означает, что со временем основание для экономического развития в Молдавии сокращается до киосков, которые торгуют палёными сигаретами.

Дмитрий Пучков: А почему так?

Марк Ткачук: Основные энергетические мощности Молдавии частью остались в Приднестровье. Самое страшное, что произошло под давлением Международного валютного фонда и Мирового банка, в 1990-е годы были приватизированы энергосети, а это магистрали, которые шли через весь Советский Союз на Балканы. Ни на Украине, нигде сети не приватизировались. Здесь они были приватизированы и проданы разным компаниям.

Я вам приведу пример. Бедная Молдавия. Все говорят, бедная Молдавия, бедная страна, масса анекдотов по этому поводу. Вы знаете, что молдавские граждане платят за электроэнергию в два раза больше за киловатт, чем в Москве, и в три раза больше, чем в Петербурге? У вас три рубля восемьдесят четыре копейки один киловатт, в Москве пять рублей восемь копеек, а в Молдавии — одиннадцать евроцентов.

Дмитрий Пучков: Ну, у вас теплее, с одной стороны.

Марк Ткачук: У нас теплее, но у нас и газ дороже в три раза. Если бы мы вступили в ЕврАзЭС (Евразийское Экономическое Сообщество, — ред.), экономика в Молдавии оказалась бы конкурентноспособной. Это означало бы просто одно — развитие. Причём не отказываясь от евромодернизации, не становясь в позу и прочее. Вплоть до тех, кто мечтает о Европейском союзе через двадцать лет — пожалуйста, давайте разовьёмся, благодаря России и общим интеграционным процессам. Но наши западные коллеги: «Нет». Но что значит «нет»? Правительство их слушало, оппозиция их не слушала.

И вот начались протесты. Они начались ещё раньше по многим другим поводам: из-за снижения социально-экономических стандартов, общего падения уровня качества жизни, из-за националистической антироссийской политики, в том числе антимолдавской политики, которую проводила власть. Десятки тысяч человек выходят на площадь. Весь 2012–2013 год. Буквально за неделю до Вильнюсского саммита восточного партнёрства 23 ноября на центральную площадь Кишинёва вышло семьдесят тысяч человек. Этих семьдесят тысяч человек показывали все телевизионные каналы, «Евроньюс» и прочие.

Что интересно про эти протесты? Характерная деталь: никогда власть не выходила, чтобы хотя бы ритуальный диалог завести, пообщаться. С другой стороны, никогда международный дипломатический корпус не подталкивал власть на диалог с народом. Чтобы было представление о том, каковы пропорции, а за прошедшие полтора года они ещё усугубились, но ситуация следующая в Молдавии: сейчас провёл Международный Республиканский институт США свой соцопрос — количество евразийского выбора в Молдавии примерно на 10 % больше, чем сторонников европейской интеграции. Это в случае, если или-или выбирать. Всем основным государствообразующим элементам президенту, правительству, парламенту, судебной системе уровень недоверия за 90 %.

Дмитрий Пучков: Ого!

Марк Ткачук: За 90 %! В отличие от Украины, тут даже нет элементов какого-то драйва или поддержки. Власть держится исключительно за счёт внешнеполитической поддержки. Представители новых левых партий, если завтра будут новые выборы, могут набрать более 50 % голосов легко и войти в парламент.

Так вот. Никакого диалога. Очень фрустрированная была ситуация после этого в молдавском обществе. Ну как же так, мы выходим на протесты?

Дмитрий Пучков: А им нечего сказать, наверное, я так думаю.

Марк Ткачук: Ну что, поджигать это здание парламента, чтобы заходить в него? В это время начинался киевский майдан. Наши левые сторонники смотрели на этот ужас. Ну, они там взяли Октябрьский дворец. У нас есть дворец Октомбриа, за зданием правительства, так же, как и в Киеве. Ну что нам, захватывать его? Как себя вести? Опять гражданская война? Очень сложные вопросы, но в условиях полного отсутствия диалога эти вопросы повисали. Рейтинг оппозиционных партий, в том числе той, в которой я состоял, рос. В конечном итоге произошла очень печальная вещь. Приближались парламентские выборы. Наши оппоненты не сидели сложа руки, они подкупили топ-менеджмент нашей партии, нашли с ними общий язык, и тогдашня партия коммунистов полностью отказалась от протестной повестки дня на пике своей славы в шестьдесят с чем-то процентов. Это май 2014 года.

Провалились, на выборах набрали немного. Тем не менее свято место пусто не бывает. Ситуация ухудшается-ухудшается-ухудшается и происходит следующее. В Молдавии вдруг оказывается скандал века. В беднейшей стране Европы, в которой население платит по самым высоким энерготарифам, практически из трёх банков пропадает миллиард долларов.

Дмитрий Пучков: Куда?

Марк Ткачук: На оффшорные счета. Что такое миллиард долларов? Примерно две трети государственного бюджета. Одна седьмая ВВП. Пропадает. При этом понятно, что пропадает при соучастии всех основных контролирующих государственных структур, начиная с главных персон: премьер-министра, олигархов (у нас есть такой олигарх Плахотнюк), бывшего премьер-министра, лидера одной из правящих партий. Они его и стырили, в конечном итоге. Это секрет Полишинеля.

Дмитрий Пучков: Извините, перебью. Люди, которые контролируют это дело на Западе, куда поступают украденные у народа деньги, ничего не говорят?

Марк Ткачук: Вот тут самое интересное. Некоторое время они помалкивали, но тут свои сукины дети уже так проворовались, что они дискредитируют даже это голубое знамя европейской интеграции. Деваться некуда, надо что-то менять. Менять одних сукиных сынов на других. И вдруг летом, в августе месяце, Генеральный секретарь Совета Европы, бывший президент Нобелевского комитета Ягланд Турбьёрн публикует статью. Если бы мне эту статью показали года два назад, я подумал, что её написал либо я, либо один из моих коллег, потому что тогда мы проводили конференции про захваченное олигархами государство. Вся вот эта терминология «в Молдавии произошёл захват государства олигархами, антидемократическими силами» — это Генеральный секретарь Совета Европы в газете «Нью-Йорк Таймс» публикует статью про Молдавию!

И начинается совершенно новый процесс…

Дмитрий Пучков: Произошёл захват, а до этого они их не поддерживали?

Марк Ткачук: Буквально ровно до этого момента называли Молдавию страной феерического успеха. Успешной историей, самой успешной.

Дмитрий Пучков: Только Грузия обгоняла.

Марк Ткачук: Уже Грузия не обгоняла, уже Саакашвили не было, обгонять было некому. И вдруг западники выдали лицензию на отстрел собственного режима. И тут произошла интересная история. На молдавском правом фланге возникла большая платформа имитаторов киевского майдана. Таких провинциальных имитаторов. Нельзя сказать, что киевский майдан прямо центр политических мод и политтехнологий, но, по сравнению с ним кишинёвский майдан — это были такие жалкие имитаторы… Сбор городских сумасшедших из начала 1990-х годов, про которых говорили, что они ничему не научились, но и ничего не забыли. Бывшая номенклатура начала 1990-х, которые попытались оседлать протестную тему. И действительно, на первый митинг пришло, по разным оценкам, от семидесяти до ста тысяч человек, всё равно очень много для Кишинёва. И вот когда люди пришли свергать эту власть или отстаивать