Как начинаются войны - Дмитрий Юрьевич Пучков

на территорию независимого государства. Да, это тяжело, но без этого мы не можем делать ничего. Мы можем сколько угодно хлопать хлопушкой по мухе, но если рядом лежит кусок чего-то, что привлекает мух, прилетят ещё тысячи.

Эти данные, которые американцы приводят: они потратили пять миллиардов долларов на уничтожение предположительно пяти тысяч боевиков.

Дмитрий Пучков: Неплохо. У них денег много.

Василий Павлов: Каждый боевик при таком способе обходится в миллион долларов.

По данным нашего Министерства обороны: четыре тысячи вылетов, уничтожено несколько сотен боевиков. Скорее всего, это достоверные данные. И, вы понимаете, на четыре тысячи вылетов, пусть даже там тысяча боевиков, это стоимость несоразмерная. Боевик стоит сто долларов, плюс сто автомат его. А война — это экономическое понятие. Если мы тратим на уничтожение противника, которого много, больше, чем он стоит, мы проигрываем.

Дмитрий Пучков: А как границу-то перекрыть? Если мы скажем, что источник угрозы, например, Турция, которая является членом НАТО, а, значит, у неё за спиной стоит блок НАТО.

Василий Павлов: В том случае, если она не объявлена аг-рес-со-ром. НАТО по правилам не может поддерживать агрессора. Нужно не рассматривать Турцию как члена НАТО, а сообщить, что с вашей стороны, и это доказывается очень просто и доказано не раз, идут боевики. Если вы их отправляете, значит, вы агрессор. Если вы их не отправляете, мы готовы вам помочь. И воевать против боевиков не на территории Сирии, а уничтожать лагеря их в Турции — это эффективнее. Во-первых, количество их там больше; во-вторых, такая тактика предотвратит их проникновение. Если перекрыть границы, то сирийская армия за год точно с оставшимися справится. Конечно, было бы эффективнее, если бы мы это сделали два года назад, абсолютно эффективно — четыре, но даже сейчас, если мы заявляем Саудовской Аравии, что с вашей территории идут через Иорданию боевики, и официально требуем прекратить агрессию, а они не прекращают, мы можем применять меры по защите своего союзника. А Сирия всё-таки союзник, даже формально. Договор 1980 года никто не денонсировал. В нём мы обязались в случае агрессии принять все меры по предотвращению. Формально к нам будет не придраться. Даже независимо от того, примет Совбез ООН резолюцию или нет, мы сделали официальное заявление, предупредили и тогда оправданны и понятны действия. Но уничтожать боевиков… Понимаете, это как тараканы, они из какого-то места ползут, расползаются по щелям и бить их в этих щелях бессмысленно, их нужно травить там, откуда они ползут. Другого варианта просто нет. Иначе мы будем бомбить-бомбить-бомбить, ресурс у самолётов будет заканчиваться, а боевики будут продолжать ползти.

Дмитрий Пучков: Как говорят наши сицилийские друзья, покажите мне сердце, в которое я могу воткнуть нож. Где же сердце-то?

Василий Павлов: К сожалению, сердце называть очень сложно и страшно.

Дмитрий Пучков: Согласен!

Василий Павлов: Но можно, по крайней мере, бить по рукам, которые рядом с Сирией.

Дмитрий Пучков: А перекрытие границы, что имеешь в виду — контрольно-следовая полоса, минные поля?

Василий Павлов: Очень много всего. Это же комплексное мероприятие, не такое простое дело, конечно.

Дмитрий Пучков: Гораздо дороже, чем бомбы бросать.

Василий Павлов: Зато это результат даёт.

Дмитрий Пучков: А кто это будет делать, сирийцы или мы?

Василий Павлов: Та же авиация. Если мы объявляем какую-то полосу вдоль границы бесполётной зоной, неходовой, то уничтожать всё, что движется, проще. Выбрать открытые места, если разведка позволяет.

Дмитрий Пучков: Я помню, на излёте советской власти, когда большое количество опия и героина везли из Афганистана, его волокли в том числе через Иран. Иранцы создали, если я правильно помню, двухсоткилометровую зону вдоль границы. Выселили оттуда всех белуджей, которые там всю жизнь проживали. Но торговцы кормили ишаков спидами и накормленные спидом ишаки гнали. Это были не банды, а просто контрабандисты.

Василий Павлов: Понятно, сложностей много, но варианта другого нет просто. Если мы хотя бы снизим в двадцать раз приток боевиков, это уже половина решения проблемы.

Почему меня, когда я оттуда приехал, обеспокоила Украина? Потому что этот конфликт создался, на мой взгляд, с совершенно определённой целью. Напряжённость возле нашей границы, откуда потом будут атаковать нашу страну иностранные боевики.

Дмитрий Пучков: Естественно.

Василий Павлов: Зачем сейчас конфликт Азербайджан-Армения? С точно той же целью. Это будет второе направление удара.

Дмитрий Пучков: Я больше скажу. Как только эти ваххабиты ломанутся к нам в Среднюю Азию и на Кавказ и начнут войну там, первое, что нас ждёт — это миллионы беженцев, которые немедленно пойдут к нам. Что с ними делать? Вон там Европа воет. У нас тоже не бесконечные ресурсы. А потом они все вместе к нам полезут — в Татарстан, в Башкортостан.

Василий Павлов: Беженцев этих не отличить будет, ваххабит это или кто. Сирия пострадала точно так же. Основную ударную силу боевиков второй волны составили беженцы из Ирака, из Ливии. Они беженцы, не расстреливать же их? Их принимают. Среди них, пусть даже 5 %, ваххабиты.

Дмитрий Пучков: Достаточно.

Василий Павлов: Достаточно 1 %, на самом деле. И это поток, который хлынул и затопил Сирию. И третье направление совершенно правильно обозначил, это Средняя Азия, где процессы оваххабичивания сейчас идут в полный рост. Поэтому с каждым годом, на мой взгляд, свидетельствует о том, что удар готовится.

Дмитрий Пучков: А чего они хотят, эти самые ваххабиты?

Василий Павлов: А никого не волнует на самом деле, чего ваххабиты хотят. Хозяева их чего хотят или они лично?

Дмитрий Пучков: Они могут получать деньги и делать то, что заказывают, но при этом преследовать собственные цели.

Василий Павлов: Ваххабизм, вообще, это религия безграмотных. Это люди абсолютно тупые, честно вам скажу. Совершенно не случайно в Сирии все ваххабиты жили в отдалённых аулах, в крупных населённых пунктах их не было вообще. Основная проблема, почему правительство с ними боролось, это пыталось заставить их ходить в школу.

Дмитрий Пучков: Школа ни к чему.

Василий Павлов: Школа лишняя, да. Извращение вообще.

Дмитрий Пучков: То есть они предлагают вернуться к истокам.

Василий Павлов: Вернуться в каменный век.

Дмитрий Пучков: В седьмой, в восьмой, не знаю, какой у них там правильно получается.

Василий Павлов: Чем дальше, тем лучше.

Дмитрий Пучков: Там чище вера и всякое такое. А всех, кто не согласен, надо убить.

Но, по всей видимости, они что-то предлагают. А постольку поскольку ислам всем предлагает, в отличие от христианства, не любовь, а справедливость, это ключевое.

Василий Павлов: Справедливость, на самом деле, и христианство предлагает.

Дмитрий Пучков: Не очень. Христианство больше про любовь, так скажем.

Василий Павлов: Любовь и справедливость, но не будем на эту тему дискутировать!

Дмитрий Пучков: Там есть некая идея, которая привлекает людей. А что у нас есть в идейном плане? Что