Берлинская охота - Валерий Георгиевич Шарапов

труда раздавить банку правой ладонью, а потом, разорвав по швам, добраться до содержимого. Однако представив, как растечется драгоценное масло, он передумал – дефицит провизии в Берлине не позволил так расточительно к ней относиться. И тогда он вспомнил о лежащем в кармане металлическом предмете.

Достав его, он обомлел. Предмет был похож на орден. Золотой крест с рубинами на серебряной звезде, усыпанной блестевшими камнями. Если эта вещица не была подделкой, то, должно быть, стоила целое состояние. Но сейчас ему в голову пришла мысль о ее практическом применении.

Звезда из восьми лучей имела зубчатые и довольно острые края, которыми он принялся пилить жестяную крышку. Вскоре появилась длинная прорезь. Отогнув крышку, он выпил масло и принялся жадно поедать кусочки рыбы…

* * *

До родного городка он добрался только через сутки. И это было не худшим вариантом, так как половину пути – почти двадцать километров – удалось проехать на старом велосипеде. На него он случайно наткнулся в сквере на окраине Берлина. Велосипед скрипел, задевал педалью о вилку заднего колеса, но держался, покуда не начал разваливаться на шоссе посреди Черного леса.

Убедившись в невозможности сделать ремонт, он забросил его в кусты и тотчас присел, заметив вдали огоньки автомобильных фар. Это был далеко не первый автомобиль, от которого приходилось прятаться в лесу.

Мимо медленно проползла колонна из шести грузовиков. Когда лес снова наполнился тишиной, молодой мужчина подобрал подходящую палку, вернулся на шоссе и, припадая на левую ногу, зашагал на север…

* * *

Он прошмыгнул на свою улочку, едва солнце поднялось над верхушками вековых деревьев. Никого из соседей видеть не хотелось – слишком много вопросов вызвал бы его странный внешний вид. Никого, кроме Марты.

Он постучал в ее окно особенным образом – дважды, через секундный интервал еще дважды. Она не спросила: «Кто?», сразу открыла и, охнув от удивления, затащила его внутрь дома.

– Ты живой?! – зашептала женщина, ощупывая его нежными теплыми руками.

– Да. Но я не должен был выжить, – ответил он измученным голосом.

– Проходи. Я согрею воды…

Не прошло и получаса, как он сидел в наполненной теплой водой чугунной ванне, а Марта – сорокалетняя вдова с мягкой приятной внешностью – аккуратно обрабатывала рану на его темечке.

– Меня искали? – глухо спросил он.

Она с усмешкой ответила:

– Нет. Сейчас некому искать – повсюду бардак и неразбериха. Мимо нас проезжают то машины вермахта, то американские грузовики. Слава богу, никто не останавливается. А мы сидим дома и стараемся не показываться на улице…

Обработав раны, женщина отмыла его, накормила и уложила спать. В ту минуту, когда настрадавшееся тело утонуло в мягкой перине, накрытое теплым одеялом, он ощутил неземное блаженство. А лениво работающий мозг породил простую и одновременно приятную мысль о том, что не зря он несколько суток боролся за свою жизнь.

Присевшая рядом вдова добавила уверенности:

– Отлежишься у меня неделю, подлечишься, наберешься сил. В моем доме тебя искать не станут.

Засыпая, он ощутил на губах ее нежный поцелуй. И снова провалился в спасительную темноту…

Глава двадцать первая

Советская зона оккупации Германии, Берлин – Рульсдорф; 23 сентября 1945 года

Васильков шустро крутил руль, «додж» послушно маневрировал в пределах переулка, но ситуация стремительно выходила из-под контроля. С примыкающей улицы в переулок повернул большой грузовик. Однако вместо того, чтобы пропустить военный автомобиль, он набирал скорость. Поняв, что разъехаться в узком переулке не получится, Александр резко затормозил.

– Что он делает?! – воскликнула Анна. – Неужели он нас не видит?!

– Еще как видит! – он включил рычагом заднюю передачу.

Грузовик разгонялся. Расстояние между автомобилями сокращалось.

Мотор взревел, «додж» довольно резво поехал назад.

Анна не отрывала взгляд от грузовика.

– Он догоняет нас! Быстрее, прошу вас! Шесть метров! Четыре! Два!..

Через секунду грузовик ударил бампером по морде «доджу».

– Чертов дурак! – взвизгнула она.

– Держись!

Девушка схватилась руками за раму ветрового стекла. Васильков смотрел назад, удерживая траекторию движения.

Позади виднелся перекресток – тот, что они миновали полминуты назад. Поравнявшись с ним, «додж» резко нырнул в примыкающую улицу.

Грузовик намеревался последовать за ним, но радиуса разворота не хватило. Врезавшись в угол здания, он остановился. Тоскливо заскрежетала коробка передач. Сдав назад, грузовик дернулся вперед, чтобы вписаться в разворот со второй попытки и продолжить погоню.

Но тот, кого он догонял, внезапно переписал правила.

«Додж» замер сразу за поворотом. Александр спрыгнул на мостовую, в руке холодно блеснул вороненой сталью револьвер.

Эхо шести быстрых выстрелов заметалось между нависшими над переулком зданиями. Проехав по инерции пяток метров, грузовик остановился на середине перекрестка.

Наступившую тишина разрезал звон падающих на булыжники гильз. На ходу снаряжая барабан револьвера патронами, Васильков шел к грузовику. В ветровом стекле большого автомобиля зияли пробоины от пуль.

Он распахнул водительскую дверцу, в полной готовности всадить в водителя еще пару кусков свинца. Но в кабине грузовика было пусто; приоткрытая правая дверца чуть покачивалась под порывами слабого ветра.

Встав на подножку, Александр осмотрел кабину.

– Куда же он делся? – послышался голос Анны.

– Справедливый вопрос. Пока не знаю. Но одна из пуль его задела.

На длинном вытертом до тряпичной основы сиденье блестели капли свежей крови. Александр смахнул краем платка одну из капель и осмотрел ее с таким вниманием, будто силился прочесть понятную только ему информацию. Затем сунул платок в карман, спрыгнул с подножки на мостовую.

Подведя девушку к «доджу», помог ей сесть на пассажирское сиденье…

* * *

Вход в военную комендатуру охраняла все та же пара часовых – высокий худощавый блондин с серыми глазами и прокуренный смуглый брюнет.

Помогая покинуть автомобиль юной красотке в сером костюме, Александр прочитал в восхищенном взгляде брюнета: «Ого! Ну вы, товарищ, даете!»

«А ты как думал?!» – безмолвно ответил он, проходя мимо.

Они успели подняться на несколько ступенек, когда Анна спросила:

– Мы к генералу Судакову?

Васильков остановился.

– Да. Я обязан доложить ему о происшествии с грузовиком, и нам нужна охрана для поездки в Рульсдорф. А вы…

Он внезапно замолчал.

– Что я?

– Вы же умеете водить автомобиль?

– Да, – кивнула она без энтузиазма.

– Возьмите мой «додж» и отправляйтесь к майору Рогожину в военную прокуратуру. Мне нужен ордер на обыск и ордер на арест Теодора Тилля. Вы сможете выполнить это поручение?

– Думаю, да.

– Отлично. Встречаемся через час в буфете.

Александр продолжил подниматься по лестнице. Анна немного постояла в растерянности, провожая его взглядом. Затем выдохнула и направилась в другую сторону – к выходу…

* * *

Через двадцать пять минут