Большой плохой город - Эван Хантер

занесены в базу данных со времён его службы в армии, но сейчас он не мог вспомнить. Это потому, что он был так напуган. Какая глупая встреча. Иногда он думал, что должен пойти в полицию и сказать, что он никого не убивал в той квартире, что это женщина стреляла, что оружие было у неё! Может, он как-то оставил на нём отпечатки пальцев? Нет, его руки были поверх её рук, это она держала палец на спусковом крючке, это она сначала застрелила мальчика, а потом застрелилась сама. Может, ему стоит пойти в полицию. Конечно, как дела, скажут они, рады, что зашёл. Это два случая убийства при отягчающих обстоятельствах, до свидания, приятель, увидимся через сто лет.

Если бы только...

Ну, в общем, не было смысла гадать. Что случилось, то случилось. Ему следовало быть более осторожным, ему следовало слушать более внимательно, ему не следовало входить в эту проклятую квартиру, пока он не был абсолютно уверен, что там никого нет.

Он что-то оставил?

Он не думал, что да.

Но смогли ли они как-то его выследить? Может, прямо сейчас они поднимаются по лестнице на четвёртый этаж, готовые постучать в дверь: «Вы арестованы, у вас есть право хранить молчание, у вас есть право...»

Кольцо.

То, которое он подарил той проститутке.

Могли ли они связать его с этим?

Ну, даже если бы они это сделали...

Мэрилин Монро, так она назвалась? Боже, почему он не спросил её настоящее имя? Боже, как он мог быть таким глупым?

Но даже если бы они это сделали...

Подождите-ка.

Предположим, что они каким-то образом докопались до проститутки, и предположим, что она каким-то образом рассказала им, как она получила кольцо, и предположим, что они каким-то образом узнали, что это кольцо он украл из квартиры за три недели до того, как эта тупая сука застрелила себя и своего глупого мальчика, предположим всё это. Ладно, как они могли бы связать убийства с кольцом?

Они не могли.

Но предположим, что могли?

Предположим, что каким-то образом...

Он назвал женщине вымышленное имя, такое же, как она назвала ему, он даже не мог вспомнить, какое имя он ей назвал. Так что опасности не было.

Но предположим, она его опознала?

Послушайте, было невозможно, чтобы они смогли разыскать дешёвую шлюху, которую он встретил в дерьмовом маленьком баре. Но предположим, что они это сделали, и предположим, что они показали ей кольцо, и предположим, что она сказала им: «Да, этот мужчина дал мне кольцо, этот мужчина, как бы его ни звали, как бы я ни назвала его, обменял кольцо на мои услуги.» И у этого мужчины не было мизинца на правой руке, предположим, что она упомянула об этом? Предположим, что она была так же отвращена отсутствием мизинца, как и большинство женщин? Предположим, она запомнила бы только это одно о нём, неважно, что ещё, неважно, что люди говорили ему, что он немного похож на молодого Джона Траволту (американский актёр, танцор и певец — примечание переводчика), просто запомнила бы чёртов отсутствующий мизинец!

Ну и что?

У него не было судимости, так что никто не смог бы подключиться к компьютеру и найти всех грабителей в мире, у которых отсутствовал мизинец на правой руке. Так что иди на хрен, леди, ты запомнила отсутствующий мизинец, и что с того?

Единственное, что они могли бы отследить, — это его отпечатки пальцев, если он оставил их в той квартире. Вернёмся к его армейским документам, привет, приятель, иди сюда.

Он хотел бы вспомнить, вытер ли он квартиру дочиста, прежде чем покинуть её.

Наверное, да.

Он всегда так делал.

Звонок из мобильной криминалистической лаборатории поступил в шесть тридцать вечера, как раз когда Мейер доставал свой девятимиллиметровый служебный пистолет из запертого ящика стола, готовясь уходить домой. Звонил техник по имени Гарольд Фаулз, который вместе со своим напарником пропылесосил, протёр пыль и тщательно осмотрел квартиру Купера в поисках волос, скрытых отпечатков пальцев, пятен спермы и тому подобного.

«Я тот, кто нашёл крошки печенья, помнишь?» — спросил он.

«Да, я знаю», — сказал Мейер. «Как дела, Гарольд?»

«Отлично, спасибо. Ну, немного жарковато, но в остальном всё в порядке.»

«Так что у тебя для меня есть?»

«Ну, мы просмотрели отпечатки, и все они совпадают с отпечатками либо женщины, либо её мужа, либо подростка, который её трахал, и других членов семьи, мы много сотрудничали, и горничная, и управляющий, который был здесь несколько недель назад, чтобы прочистить унитаз. Все люди, у которых был законный доступ в квартиру. Никаких других отпечатков, вот что я хочу сказать.

Ничего такого, чему бы там не было места, так сказать. Вот так.»

Мейер ждал.

«Мы знаем, что парень вошёл в дом через окно столовой, расположенное рядом с пожарной лестницей», — сказал Фаулз. «Снаружи и внутри окна остались следы от салфеток, а на полу — отпечатки его ног на ковре, после чего он прошёл через всю комнату. Он оставил окно открытым за собой. Мы также знаем, что он вышел из квартиры через входную дверь. Она была не заперта, и на внутренней и внешней ручках были следы от вытирания.

Ладно. Мне кое-что пришло в голову.»

Мейер подождал.

«Если он так старался всё вытереть, значит, на нём не было перчаток. Может быть, он боялся, что кто-то заметит его в перчатках в такую жару, кто знает, я не преступник. Но если на нём не было перчаток, и, если он не вышел так же, как вошёл, а я уверен, что так оно и было, значит, есть одна вещь, которую он не мог вытереть.»

«Что это было?» — спросил Мейер.

«Лестница.»

«Какая лестница?»

«Пожарная лестница. Та, на которую ему пришлось прыгать. Я вернулся туда сегодня днём. Я обнаружил несколько хороших отпечатков с нижней перекладины, по которой он спускал лестницу, а также несколько хороших отпечатков с перекладин над ней, которые он оставил, когда поднимался на площадку второго этажа. Сейчас я прогоняю их через систему. Если у парня есть какие-нибудь записи, криминальные или военные, возможно, у нас что-то появится. Это может занять некоторое время, но...»

«Я дам вам свой домашний телефон», — сказал Мейер.

Сонни наконец нашёл его в десять вечера в частном клубе под названием «Сиеста», расположенном в верхней части города, в районе под названием Хайтаун. Здесь, в тени моста, соединяющего Айзолу с соседним штатом, было больше наркоторговцев, чем во всей