В летние дни - Владимир Михайлович Никитин

Мне было понятно волнение Люси. Герман Викторович, наш преподаватель географии, наверняка поддержит нас. Это значит, что экспедиция состоится, что мы пойдём в тайгу и будем участниками необыкновенных приключений.

Очевидно, то же самое подумали и остальные ребята, потому что, не сговариваясь, все хором крикнули: «Ура!»

До лагеря мы добежали бегом и сразу же направились в красный уголок. Первым мы, конечно, увидели Германа Викторовича. Он сидел, склонившись над картой района, и внимательно изучал её. Изредка Герман Викторович сосредоточенно сдвигал брови, отчего над переносьем, возле роговых очков, собирались складки.

— Здравствуйте, Герман Викторович, — хором сказали мы.

Герман Викторович поднял голову.

— Здравствуйте, ребята… Садитесь… Теперь все в сборе. Можно начинать…

В это время открылась дверь, и на пороге показался Никодим. Он передал начальнику лагеря записку. Вера Степановна пробежала её глазами.

— Здесь тоже о походе, — сказала она.

Герман Викторович прочитал нам эту записку вслух. Вот что в ней говорилось:

«Дорогой Никодим!

Мне известно, что ты хорошо знаешь тайгу. Ты не раз вместе с отцом был на охоте возле Голубых гор. У меня к тебе просьба.

Я направил с почтовым голубем письмо ребятам из четырнадцатого пионерского лагеря, просил их помочь мне в одном важном деле. Думаю, что они на днях отправятся в поход. Мне бы хотелось, чтобы ты пошёл с ними проводником.

Профессор Кириллов».

— Я это письмо нашёл утром на подоконнике, — заявил Никодим.

Сергей Александрович положил оба письма на стол перед собой, и все ребята увидели, что они написаны одним и тем же аккуратным мелким почерком.

— Я где-то видел этот почерк, — прошептал Волька мне на ухо, — только не могу вспомнить где.

Герман Викторович прикрепил на стену карту района, которую только что рассматривал, и взял в руки указку.

— Судя по всему, экспедиция профессора Кириллова находится возле Голубых гор. Как же туда пробраться? Профессор пишет о пути вниз по реке Быстрой за сёла Городище и Зайцево. Следовательно, отправляться можно и по берегу, пешком, и по реке, на лодках. Мы с вами должны подумать, как лучше и быстрее преодолеть первую часть пути.

Никодим, сидевший рядом с Верой Степановной, поднял руку.

— Ну, Никодим, говори, — сказал Герман Викторович, — не зря нам профессор Кириллов тебя в экспедицию проводником рекомендовал.

Никодим встал и отчеканил:

— Лучше сначала направиться по реке на лодках.

— Хорошо, — удовлетворённо кивнул головой Герман Викторович. — Я так и думал… Мне почему-то казалось, что до трёх обгорелых сосен мы сумеем добраться на лодках… А вот как мы доберёмся до Медвежьей пади? Никодим, ты знаешь, где Медвежья падь?

— Знаю. Сумею довести… Пройти нужно будет километров пятнадцать.

— Очень хорошо, — снова кивнул головой Герман Викторович. — Решено. Как начальник похода я назначаю выход на послезавтра. Подготовку к походу возлагаю на вожатых звеньев. Они получат от старшего пионервожатого особые распоряжения… А специальная комиссия, которую мы сейчас выделим, договорится с правлением колхоза о лодках. Вполне понятно, что поход будет не из лёгких, поэтому примут в нём участие только старшие пионеры. Наш лагерный врач осмотрит желающих участвовать в походе. А сейчас приступим к выборам комиссии. Я предлагаю в состав комиссии Тюляндина. Называйте ваши кандидатуры.

— Свечкина.

— Елина.

— Лещёва.

— Звездину, — наперебой стали предлагать ребята.

— Хорошо, — сказал Герман Викторович. — Комиссия будет в составе Тюляндина, Гришина, Елина, а Лещёв пойдёт ремонтировать радиоузел. Председателем комиссии я назначаю Тюляндина. Было бы неплохо, если бы в приёме лодок участвовал Никодим.

— Я схожу, — отозвался Никодим.

— Ну вот и отлично.

После «тихого часа» мы, члены комиссии, пошли в правление договориться о лодках. На наше счастье председатель колхоза Степан Тимофеевич никуда не уехал. Увидев нас, он поднялся с места.

— А, ребята… Здравствуйте, здравствуйте… Присаживайтесь да расскажите, зачем пришли.

Степан Тимофеевич приготовился слушать, но наш председатель Тюляндин словно воды в рот набрал, сколько его ни подталкивала Звездина.

— Так, так… Вижу, что ваш товарищ не особенно смелый человек, — сказал председатель колхоза, наблюдая за ними. — Не найдётся ли кто-нибудь посмелее?..

— Он у нас всегда такой, — заговорил Гришин. — Дали человеку важное задание договориться с правлением насчёт лодок, а он отмалчивается… Мы, понимаете, собираемся идти в поход.

— Слышал, слышал, — улыбнулся председатель, — мне мой Никодим только о походе и говорит. Рад, чертёнок, что профессор его проводником назначил… Да вот он, лёгок на помине.

— Ага, уже все в сборе, — сказал Никодим, входя в кабинет. — А ну-ка, отец, показывай лодки.

— Лодки? Какие лодки? — переспросил Степан Тимофеевич.

— Как какие? — возмутился Никодим. — А не я ли договаривался с тобой?

— Помню. Так, значит, вы полезные ископаемые едете искать?

— Да, — отозвался Тюляндин.

— Неразговорчивый товарищ, наконец, заговорил, — улыбнулся председатель. — Ну, ладно… забирайте лодки…

…Все пошли на берег к причалу. Возле мостков стояли вытащенные на берег шесть лодок. Мы принялись их осматривать.

— Смотри-ка, отец, на днище-то щель, — обратился к отцу Никодим.

— Правильно, щель… А её можно паклей забить и смолой залить.

Никодим осмотрел другие лодки и тоже нашёл щели.

— Придётся ремонтировать, — сказал председатель.

Через несколько минут на берегу, совсем недалеко от воды, горел костёр, над которым на рогульках висел котёл со смолой. Возле костра, помешивая пахучую смолу, стоял Никодим. Степан Тимофеевич смастерил из пакли несколько широких кистей с короткими рукоятками.

— Это квачи, — объяснил он нам и, попрощавшись, ушёл.

Работали мы долго и очень устали, зато все лодки были приведены в порядок. Солнце уже одним краешком опустилось за лес, когда мы направились в лагерь.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Ремонт затягивается. В поход. Случай с сапожным кремом. Юные межпланетные путешественники. Двадцать ноль-ноль.

В лагере начали готовиться в поход. Готовились все. Отрядные вожатые составляли списки вещей, которые необходимо с собой взять, распределяли продукты.

От желающих принять участие в походе не было отбоя. Они ходили хвостом за Сергеем Александровичем и ныли:

— Сергей Александрович! Сергей Александрович! Запишите меня.

Сергей Александрович принимался доказывать, что всем идти в поход невозможно, что лодок всего шесть, но эти доводы мало действовали.

Мы с Волькой целыми днями просиживали на радиоузле, но всё у нас не клеилось. Отремонтировали трансформатор у приёмника — оказалось, что сгорело сопротивление; когда устранили эту неисправность, выяснилось, что в ремонте нуждается усилитель. До самого вечера мы возились около усилителя с приборами, записывали их показания.

Окончательно отчаявшись, мы пошли к Сергею