В крепости Чёрного Пламени (Блэкфайр) - Энтони Райан

"Значит, - размышлял Лорвет, - оно знает, что мы его выслеживаем".

"Оно привело ее сюда не для того, чтобы забрать меч", - понял Гайм. "Но заманить нас сюда, чтобы его сила покончила с нами". Он издал тихий горький смешок, зная, что Лакорат наверняка назвал бы это смертоносное коварство достойным самого Разрушителя, но быстро остыл, почувствовав, что остальным неприятно слышать в его голосе хоть какое-то проявление юмора.

"Если древняя легенда правдива, - сказал он, - то мы знаем, что силу Глефы Некроманта можно сдержать. Пока она остается необнаруженной, любой, кто умрет в пределах досягаемости ее влияния, восстанет и будет пировать на живых".

"Линия тел, которую мы нашли, должна обозначать предел ее силы", - сказала Орсена. "Но деревня, где старик выбрался из могилы, находится за этой чертой".

"Магия подобна пламени, Ваша Светлость, - обьяснил Лорвет. "Горит ярко, когда ее только зажигают, а потом угасает. Я бы предположил, что старик проснулся, когда меч был найден в этой крепости". Он поморщился. "Где бы он ни прятался".

Орсена покачала головой. "В гробницах хранятся только ржавые мечи. Мы вскрыли каждую из них и проверили все уголки этого склепа. Его здесь нет".

"Должен быть..." настаивал Гайм, но не успел договорить, как Ищейка резко напряглась и подняла глаза к потолку.

"Что такое?" спросил Гайм.

"Лисса", - мрачно ответила Ищейка. Каракал был отправлен на вершину башни, чтобы следить за врагами, пока они собирались в склепе. "Она их чует. Их много. Каждая душа, некогда обитавшая в этой долине, восстает из озера".

Ее предупреждение было подтверждено приглушенным звуком встревоженных голосов, эхом разносившихся по лестничной площадке. "Оставайся здесь, - велел Гайм Лексию, когда все остальные направились к лестнице. "Здесь должно быть что-то, какая-то зацепка, иначе Экири не смогла бы ее найти".

"Но разве не все клинки понадобятся?" запротестовал Лексий, прикладывая руку к Зубу Кракена.

"Ты самый острый ум, с которым я сталкивался за всю свою долгую жизнь", - сказал ему Гайм, направляясь к лестнице. "Но и, пожалуй, самый плохой фехтовальщик. Твое место здесь. Продолжай искать и приведи меня, когда найдешь".

Выйдя во двор, он обнаружил, что баррикады были возведены лишь частично. Те, что стояли в проломах, были высотой в четыре фута, в то время как крепление из сколоченных досок у ворот было более основательным. Несмотря на то что барьер был выше, чем большинство людей, между его верхними балками и аркой ворот оставался ощутимый зазор.

"У нас нет времени", - сказал Гайм встревоженному Ансельму, который был занят громкими призывами к солдатам прибить побольше досок. Один взгляд за баррикаду, прикрывающую выход к озеру, показал, что на его берегу царит страшная и нарастающая суматоха. Жуткие твари плотной массой выбирались из воды у основания перешейка, в то время как еще десятки плескались среди скользких от мха камней у подножия крепости. Какой бы злобный разум ни руководил этими тварями, он явно намеревался атаковать их со всех сторон.

"Сержант Тухмель!" крикнул Гайм. Коренастый солдат быстро подошел к нему, его лицо было покрыто капельками пота как от тяжелого труда, так и от вполне оправданного страха. "Сложи все бочки, какие сможете, у баррикады у ворот, чтобы получился бруствер, - приказал ему Гайм. "Возьми половину роты и работай с ними по очереди, пока они не устанут. Они должны постоянно пользоваться своими алебардами и следи за тем, чтобы каждый был в перчатках. Эти твари умирают, если размозжить им черепа, а один-единственный укус может привести к летальному исходу. Приступай к делу, парень!" - рявкнул он, когда Тухмель замешкался, бросив вопросительный взгляд на Ансельма. Получив кивок от своего лорда, сержант убежал, выкрикивая приказы.

Гайм ожидал от Ансельма гордой отповеди по поводу посягательств на его власть, но вместо этого внимание рыцаря было приковано ко входу в башню. Внутри него горел огонь, Лотар все еще трудился, облегчая страдания умирающего оруженосца.

"Твое место здесь, - напомнил ему Гайм. "Люди должны видеть, что их лорд не боится".

"Он спас мне жизнь, - сказал Ансельм, не сводя глаз с дверного проема. "И не раз. Мой отец говорил, что без хорошего оруженосца рыцарь - всего лишь изнеженный пижон в блестящей экипировке". Он рассмеялся, горько и коротко. "Мой отец был человеком большой проницательности, и она становилась еще более проницательной, когда он выпивал несколько мехов вина. Видите ли, он не был рожден в дворянской семье. Он получил дворянство благодаря храбрости в бою, чего никогда не забывали ни он, ни истинные дворяне. Хотя и рожденный с титулом, я действительно был одним из них". Эльсиноре, однако, было все равно. Как и Гэлвину".

"Вам лучше всего расположиться поближе к воротам, милорд", - посоветовал Гайм, когда Ансельм погрузился в задумчивое молчание. "С вашего позволения, Каменные Псы будут следить за проломами".

Ансельм моргнул и кивнул, доставая свой длинный меч, а затем окинул хмурым взглядом двор и потрепанные стены Блэкфайра. "Это бесполезная груда камней, не так ли, капитан?" Не дождавшись ответа, он снова рассмеялся и покачал головой. "Странно, что я не заметил этого раньше. Я так мечтал о нем. Мой собственный замок, вдали от насмешек и презрения знати Запада. Я был бы добрым лордом для здешних людей, честным и справедливым. А теперь, похоже, они хотят меня съесть".

"Уничтожьте их всех, и земли опустеют", - сказал Гайм. "А в хорошей земле никогда не бывает недостатка арендаторов".

Он зашагал прочь, подзывая Ищейку и остальных. "Выбирай место, - сказал он заклинательнице зверей, кивнув на зубчатые стены. Когда она побежала к ступенькам, ведущим к сторожке, он подавил желание напомнить ей, что каждая стрела на счету: он никогда не видел, чтобы она промахивалась.

"Ультрия, - позвал он, обращаясь к Орсене. "Будь добра, присмотри за брешью на востоке, а я присмотрю за западом. Мастер друид, оставайся во дворе и береги силы. Если эти баррикады падут, нам понадобятся твои ветры, чтобы прикрыть отход к башне".

Лорвет с бледным лицом кивнул, прежде чем