Ехали на фронт герои - Пётр Петрович Белянин

Его память останавливается на образе человека в белом халате со шприцем. А дальше словно стена. У вашего сына способности к рисованию, и он нарисовал лицо человека в халате. Судя по портрету, я могу так охарактеризовать его: умён, даже, можно сказать, гениален, однако склонен к садизму, любит наслаждаться болью других, жаден и ужасный трус, но тщательно это скрывает. – Яков Моисеевич протянул лист ватмана с портретом, если можно так назвать рисунок, неприятного человека.

– Да-а, отвратительная внешность, – не удержался я.

– Предполагаю, – продолжил профессор, – нет, я полностью уверен, что вашего сына в плену дополнительно обрабатывали психотропными препаратами, из-за которых в купе с гипнозом у него утрачена историческая долговременная память. Что интересно, процесс формирования долговременной памяти, таламус и гипоталамус[70], и само тело памяти у вашего сына не нарушены. Он прекрасно помнит все фрагменты после восстановления сознания на кладбище. Ужасная история. Он помнит язык, математику, прекрасная моторика, судя по тому, как работает резцами по дереву. По моим предположениям, с вашим сыном работал очень грамотный специалист в области психотерапии. Он прекрасно знает, как бы попроще вам сказать, где, в какой ячейке лежат те или иные знания. Похоже, он специально удалил отдельные фрагменты долговременной памяти. В своё время я тоже этим занимался и даже написал небольшой труд о нейронном разнорезонансном воздействии…

– Профессор, извините, но я ни черта не понимаю в вашей науке.

– Да, извините, опять заболтался. Так вот, Александр Иванович, мне нужны наименования психотропных препаратов, которыми воздействовали на вашего сына, или их формулы. Я отправил кровь вашего сына на химический анализ, хотя уверен, что получу отписку, – у нас в Украине нет приличных лабораторий… – Яков Моисеевич увидел мою растерянную физиономию и приостановил свой монолог, смахивающий на лекцию. – Похоже, я опять заговариваюсь. Александр Иванович, предлагаю съездить в Киев к моему товарищу. Он преподаёт в Медицинском университете, прекрасный специалист в области психиатрии, профессор, академик. Я с ним созвонился, он заинтересовался вашим сыном. Думаю, что он знает человека, портрет которого нарисовал ваш сын. Если поедете, я передам своему товарищу письмо.

– Сегодня же на ближайшем поезде еду в Киев.

– Вот и прекрасно, письмо я уже подготовил, – профессор передал довольно пухлый пакет.

* * *

Утром следующего дня на Киевском вокзале неожиданно меня встретил невысокий мужчина лет пятидесяти пяти в светлом плаще и фетровой шляпе. Его круглое лицо излучало доброжелательную улыбку.

– Здравствуйте, Александр Иванович! Меня зовут Николай Михайлович. Я коллега, товарищ и ученик Якова Моисеевича, – сказал он, протягивая руку для рукопожатия.

– Как же вы меня узнали? Профессор ничего не сказал о том, что меня будут встречать в Киеве, я даже не сообщал ему номер поезда, – удивлённо ответил я, пожимая пухлую, однако довольно крепкую ладонь коллеги профессора Гросмана.

– Это в его стиле, он ведь прекрасный психолог, просчитал поезд, на котором вы поедете в Киев. Позвонил вчера, сказал: «Коля, встреть поездом №…», и красочно описал вас. Сейчас мы едем в университет, я там преподаю, декан факультета. Пойдёмте к машине…

Небольшое опрятное современное здание университета встретило нас тишиной коридоров, залов, аудиторий, лабораторий…

– Тишина перед бурей, завтра взорвётся оравой «учеников науки». Как же люблю эти минуты, – рассуждал Николай Михайлович, усаживая меня за стол декана медицинского факультета. – Александр Иванович, чай, кофе или чего-нибудь покрепче.

– Чай, пожалуйста, желательно покрепче.

Я пил чай с домашними плюшками, а Николай Михайлович с интересом читал послание от своего учителя. Как человек эмоциональный он вслух комментировал письмо Якова Моисеевича: «Интересно», «Но это же противоречит канону», «Совсем новый подход», «Если правда, то это переворот…» После прочтения он вперил в меня свой взор:

– Александр Иванович, с нетерпением хочу увидеть рисованный портрет этого злого гения.

Я показал рисунок, выполненный моим сыном. Николай Михайлович долго изучал его, а затем подошёл к шкафу и вытащил оттуда пухлый альбом. Перелистывая его, остановился на одной из страниц.

– Я, кажется, помню его. Да-да, это он. Выпуск 2000 года, медицинский факультет. Восемнадцать лет назад он окончил университет с красным дипломом. Его фамилия… – Николай Михайлович заглянул на обратную сторону фотографии, – да, фамилия его – Прокопчук. Отталкивающая внешность, однако молодой человек подавал надежды в медицинской науке, предложение остаться при университете на кафедре невралгии и психиатрии он категорически отверг. Где он сейчас, не знаю. Вот что, Александр Иванович, подходите завтра, к десяти часам, я постараюсь узнать всё о вашем злом гении.

Ровно в половине десятого я находился у дверей университета. Киевский медицинский университет напоминал разворошенный пчелиный улей. Его залы, лестницы заполнили стоящие, двигающие группами и поодиночке молодые люди, пёстро, но празднично одетые, одновременно они говорили, смеялись, похлопывали друг друга по плечам… Создавался фон жужжания. А ведь верно подмечено: «ученики науки» взорвали вчерашнюю благородную тишину Медицинус Альма-Матер. Николай Михайлович находился в окружении молодых людей. По его довольному сияющему лицу было видно, что человек несказанно рад, доволен встречей со своими учениками. Сегодняшнее мероприятие, начало учебного года, настоящий праздник для него.

– Николай Михайлович, поздравляю вас с началом учебного года! – Я бесцеремонно протолкался сквозь толпу студентов и потряс руку декану.

– А, Александр Иванович, вот знакомьтесь, мои ученики, без пяти минут светила медицинских наук, – обвёл он руками обступивших его студентов.

– Без пяти минут и нескольких десятков лет, – пошутив, поправил декана один из его учеников.

– Александр Иванович, вот ответ на ваш запрос, здесь всё об интересующем вас объекте. – Николай Михайлович подал мне со стола отпечатанный листок.

Уже на улице с нетерпением изучил содержание листа.

«Прокопчук Юрко Севалодович.

Родился 11 мая 1977 года в городе Львове, там же окончил среднюю школу с золотой медалью.

Проживал в городе Львове, на улица М. Коперника, дом 47, кв. 36.

С 1994 года по 2000 год обучался в Киевском медицинском университете.

В 2000 году с отличием окончил университет по специализации: “Невралгия и психиатрия”. Вручён красный диплом.

С 2000 года по 2004 год стажировался в одной из лучших клиник США, в клинике Джона Хопкинса.

С 2011 года работает в частной научно-исследовательской лаборатории закрытого типа по адресу: город Киев, улица Рижская, 3 (рядом с городской клинической больницей, Рижская, 5).

В 2013 году защитил диссертацию. Тема закрытая, проходила по военному ведомству.

Не коммуникабелен, друзей среди однокурсников не имел, во время учёбы снимал квартиру, на четвёртом курсе перешёл в общежитие, общественной жизнью университета не интересовался, спортом не занимался. По мнению однокурсников: жаден, труслив, недалёкий, можно сказать, грубый в части дружеских, человеческих