Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

— А мы ведь почти год тебя погибшим считали! Лорд Гром даже памятник хотел поставить. Не вернувшимся с Крестового похода. Только я не давала тебя в церквах отпеть. Вопреки всему ждала! Сердцем чувствовала, что живой.

Волк очень нежно и признательно обнял жену:

— Наверное, потому и выжил. В Ванланде у нас даже заклинание такое есть. «Жди меня» называется. Говорят, срабатывает. Только — если очень ждут!

* * *

Уже утром лорд Владимир уехал из Шансона. Неотложные дела не отпускали. По трёхстороннему Лорьянскому договору Союз Свободных графств должен был помочь табору завоевать Йотунхейм не позднее конца лета 6719 года. До этих пор за Дарданидами оставался весь хазарский флот, с основной базой на острове Бель-Иль, и большая часть сокровищ контрибуции. Герцог Генрих получил лишь задаток. Но и ему так обрадовался, что разрешил «венценосным родственникам» гостить у него в Лорьяне. А за теми потянулись в Бретань и наиболее пронырливые придворные.

Такое положение в корне не устраивало друзей. Они ни на йоту не верили вероломным и коварным «недобиткам Трои». Впрочем, это было взаимно. Те до сих пор трепетали от гнева при одном упоминании имени «Улис». Так что на хазарских «хитрых жаб» приходилось постоянно придумывать «хрущи с винтом». Прежде всего, по всем новообразованиям Бретани — графствам Рэн, Нант и собственно герцогству, произошла какая-то невероятная вспышка лесного разбоя. Многочисленные торговые караваны Нормана и ССГ банды практически не трогали. А вот гостей-хазар вырезали начисто. Пару раз причастных ловили и даже публично, при Дарданидах, вешали. Но ситуация не менялась. Хуже того, разбойники начали нападать на каботажные суда табора. Для чего использовали стаи быстрых вёсельных лодок. Совсем как мадьяры.

В море же появилась новая опасность. Вместе с зимними туманами и ледяными ветрами пришли викинги. Драккары дерзко налетали на торговые караваны и военные конвои, стараясь уничтожить или повредить наибольшее количество нефов. Причём, тоже как-то странно страдал от них один табор. Как и предполагал тархан Махаиль, «греческого огня» северяне не боялись. Они грамотно маневрировали, атаковали только под попутным ветром, что бы горящую смесь сносило на хазар. А несколько раз сами применили «негасимое пламя». В конце февраля запалили им с подветренной стороны лес, покрывавший Бель-Иль.

Кроме того, в видимости острова постоянно шныряла эскадра ССГшных мониторов. Якобы, тренировали молодых моряков. Военные вежливо приветствовали большие армады табора. А вот мелкие группы в это же время бесследно исчезали. Как грустно констатировал сиру Генриху лорд Волк — «от неизбежных на море случайностей».

Всё это требовало денег, внимания, личных встреч и договорённостей. А также подробных инструктажей и обеспечения снабжения. Особенно отрядов бретанских партизан, согласившихся и дальше уничтожать оккупантов под видом разбойников. Кроме того, совместное выступление на Йотунхейм тоже никто не отменял. К большой радости друзей, вскоре после подписания Лорьянского соглашения в Кангард прибыл сам ярл Бьорн на обновлённом «Арго». Оказалось, что уже весь табор прошёл через Южный канал. После чего лихие басконцы из дружины Тулузы хозяйственно захватили три замыкающих нефа. Трофейное оружие ярл сбыл войску Филиппа II, а вот рабов собрался везти дальше, домой.

Лорд Гром чуть поправил план побратима. Крепких мужчин-воинов выкупил сам, пояснив, что негоже давать хазарам второй шанс, и отправил в качестве живых «квинтан» на тренировки Стаи. А вот партия холёных, но крепких рабынь, действительно, убыла на Север. Там они были востребованы во всех смыслах. Поэтому уже через три недели у берегов Бретани рыскали хирды кланов Скарролигов и Гарролигов. А там и другие подтянулись.

Сразу после бесед с Бьорном штаб Стаи засел за разведывательный подсчёт. Получилось, что в распоряжении Дарданидов могло остаться до трёх тысяч человек. Из которых около двух тысяч воинов. Флот же табора состоял более чем из шестидесяти нефов. Этого хватало для захвата даже любого из Норманов. А если учесть, что ни один огнемёт хазары не сдали, а арбалетов у них всегда было много, предложенный Генриху совместный «рейд на Йотунхейм» выглядел дипломатической отговоркой. Легальной возможностью сохранить силы, выторговать время на перегруппировку, уточнить сведения о защите Бретани и подготовить новый неожиданный удар в наиболее уязвимое место. Вот и приходилось создавать табору максимально неблагоприятные условия. А заодно под любыми предлогами сокращать численность хазарской «Непобедимой армады». Что бы даже мысли не осталось вновь высадиться на материк.

Теперь Феоктистов и Зубров, в сопровождении отрядов сквайров, практически постоянно метались по Норману и Бретани. Хорошо, что брат Бьорн взял на себя всю координацию каперских налётов викингов. Он специально обосновался в тридцати милях от ближайшего побережья Нормана, на острове Гронсоу, втором по величине в скалистой россыпи Норманского архипелага. Место было очень удачным. Во-первых, почти на пути драккаров. А, во-вторых, имело сложные подходы с моря и природный лабиринт скал вокруг, что позволяло своевременно замечать вражеские и незаметно принимать свои корабли. От друзей к ярлу каждый день прибывал на быстром карви один из сквайров штаба Стаи, с последними данными о перемещениях и намерениях хазар. Северяне же сами определяли, где и как нанести следующий удар. Там же, на Гронсоу, оплачивали труд лихих каперов, перекупали у них трофеи и рабов, ремонтировали драккары.

При этом лорд Волк был озабочен ещё и усилением военно-морской мощи самой Стаи. Через Бьорна организовал выдвижение к Бретани тулузских мониторов и оснащение пушками уже имеющихся, формировал вспомогательную эскадру. Для этого на торговые суда ставили испытанное катапультно-огнемётное вооружение. Лорд Гром же привычно решал ворох возникающих проблем, касавшихся всех сфер хозяйственно-трудовой деятельности. Кроме того, присматривал за строительством на верфях Нормана трёх новых мониторов, а в самом ССГ пытался ускорить литьё, ковку и сварку оружия, а также учёбу новых пушкарей, аркебузиров и мушкетёров.

Раз в две недели друзья должны были встречаться у сэра Логина, ставшего теперь королевским графом де Рэн, и их личным вассалом. Его новое укрепление, прообраз будущего замка, активно строили прямо в центральном селении кельтского племени редонов, что спокон веков стояло в холмистой, заросшей кондовым лесом долине, на слиянии Иля и Вилена. Примерно на полпути из Кангарда в Лорьян. Вот только из-за занятости друзья трижды отправляли вместо себя сквайров с «записками», где по-русски излагали вопросы, требующие принятия быстрых решений, и указывали новые проблемы. Конечно, кое-какой эффект и от этого был. Но явно недостаточный. Наконец, в конце марта Владимир и Николай смогли-таки вырваться в Рэн лично.