Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

class="p1">Отдали должное хлебосольному гостеприимству вассала и уединились в центре пиршественного зала. Конечно, лучше бы беседовать у горящего камина. Но так их было сложнее подслушать. Из предосторожности разговаривали на русском.

— Володь, тебе не кажется, что мы уже заигрались в шпионов?

— Нет. Конечно, тархан не всемогущ. Но и недооценивать возможности его разведчиков нельзя. Я сам видел у хазар корабли, похожие на наши катапультные мониторы. Причём, закрытые гамбезонами. Достаточно, чтобы до врага дошло всего одно слово о наши новшествах, и на всём можно ставить большой жирный крест.

— Хм... Так ведь, всё равно рано или поздно узнает!

— Тут главное, чтобы поздно. А в идеале, вообще помер, так и не поняв.

— Оптимист ты, батенька!

— Какой есть... Придумка с вощёными мешочками просто классная! Особенно то, что порох сразу по зарядам отмерили. Но так его хранить проблематично. Оболочка слишком нежная. Малейшая царапина, и всё отсыревает. Я уж не говорю про пламя. Мы в Эрки были вынуждены их по четыре опять в деревянные бочонки закладывать. Я вот думаю, может чехлы какие пошьёте? Типа герметичных бурдюков.

— А вскрывать как будете?

— Ножом взрезать. Если кожаную оболочку чехла тут же завернуть, оставшиеся заряды ею от влаги будут закрываться.

— Так это не надёжно. И ненадолго!

— Ничего. На время четырёх перезарядок должно хватить.

— В принципе, это и сами можете сделать. У вас что, с баранами напряг?

— Баранов хватает. А вот мелкого копытного скота почти нет!

Коля оценил шутку. И тут же нашел решение:

— У редонов я большие отары видел. Деннарии при мне. Так что думаю завтра выкупим, да освежуем штук тридцать. Тут и пошьём. А что у вас с картечницами?

Уже месяц продолжались попытки поставить хорошо зарекомендовавшую себя «митральезу» на марсовую площадку топ-мачты монитора.

— Да что-то не очень. Если просто сверху ставим, никакой наводки почти не получается. Особенно по вертикали. Да и с повторным заряжанием... Практически никак. Марс же. Ни подержаться, ни упереться. Да ещё на высоте. «Турель» вашу железную приспособили, так сам монитор «пьяный чардаш» начал выплясывать. Центр тяжести уж очень сильно вверх ушёл.

— Тут тебе «огнемётчики» новый вариант сковали! — Николай развязал огромный мешок. Там лежало что-то вроде железного «солнышка» на вертлюге, лучи которого были скреплены тремя концентрическими железными кольцами. — Вот смотри. Аркебуз на рогульки крепится не жёстко, а зажимается в хомут. Так у стрелка остаётся возможностью поднимать и опускать ствол. Просто срезаете марс, забиваете в спил верхушки мачты железный «стакан», а в него ставите вертлюг. Для уравновешивания же остойчивости судна к килю монитора дополнительный балласт нужно положить.

— Не вывалится? — критически покрутил девайс Феоктистов.

— Ну, при сильной качке может. Нужно как-то снизу фалом поддерживать. Зато пять серий гарантированно держит. Проверили. Потом нужно стволы заново крепить.

— А перезаряжать, значит, лёжа в этом «гнезде»?

— Ну, да. Зато ствол чуть не вертикально поднимается. Как у зенитки. Заряжать, конечно, всё равно трудно. Но можно. «Огнемётчики» довольно ловко стреляли.

— Значит, и бавары должны справиться.

— Кстати, Володь, все спросить хотел. Почему ты опытных казаков в экипажи почти не берёшь? Чем тебе немцы-то твои так понравились?

Основной костяк экипажей мониторов теперь состоял из молодых воинов кельто-германских племён — ютунгов, вестготов, тевтонов, баваров, алеманов, нориков и тунгров. После взятия Трои вернувшиеся домой новые казаки-ахейцы, покрытые славой и сказочно разбогатевшие, были избраны фюрерами и кунингами своих племён. А через пару лет начали посылать самых крепких юношей в опасное путешествие к Краю Мира. Чтобы тоже приобщались к победной Хамингья Улиса и пытались войти в его легендарную дружину. Так что проблем с пополнением у Стаи не было. Но раньше варваров в ней никогда не служило более трети.

«Фон адмираль» тяжело вздохнул:

— Предчувствие какое-то гнетёт... Нельзя нам Союз без Стаи оставлять. Ведь почитай и так весь огнестрел планируем выгрести. А ветераны наши и с привычными мечами да арбалетами кого хочешь порвут. Опыт — он, батенька, и в Африке опыт.

* * *

Резкий южный ветер сдувал пену с крутых темных волн и клочьями бросал на светлый настил флагманской «Виктории». Адмираль фон Вольф стоял на мостике под круто вздутым парусом топ-мачты и поеживаясь от летящих брызг растерянно озирал небосвод. Клубящаяся сверху хмарь ему решительно не нравилась. Но никак не мог сообразить, что же дальше ожидать от такой погоды?

«На начало шторма не похоже. Хотя, может, вот это сгущение туч предвещает ураган?»

Он добросовестно пытался вспомнить портовые «уроки». В голове обрывками проносились наставления полупьяных капитанов. Но чаще, почему-то, вспоминались сами таверны, разбитные девахи, луженые глотки моряков и их похабные песни. Н-да! Похоже, мореходное дело изучается как-то не так... Парус над головой оглушительно хлопнул, начиная терять ветер, но вновь распрямился. Форштевень, усиленный медью на случай тарана, с силой обрушился на крутой бок иссиня-черной, с прозеленью, волны, и ледяные потоки залили фигуру у топ-мачты.

— Ах, чтоб тебя!

Впрочем, адмираль не изменил положения. Слева и справа плясал на волнах клин из ещё четырнадцати мониторов. Бортовая качка почти не ощущалась, но килевая многих варваров, гордых и дерзких на суше, уже извела.

— Что, милорд, взгрустнулось? — заставил вздрогнуть от неожиданности хриплый бартон над ухом. В нос шибануло духом свежего эля. А, капитан Грэг!

— Опять надрался?

— Так, самую малость. Горло сполоснул! — бывший огненнобородый верзила теперь выглядел нахохлившимся полуседым вороном. По местным меркам тридцатидевятилетний Грэг был уже весьма пожилым человеком. Но, судя по счастливым глазам и улыбке, сам он так не считал. На «споласкивание» же ушло не менее половины бочонка. Грэг всё ещё был лучшим капитаном Фракии. На корабле у него всегда царили порядок и дисциплина. А лишь при упоминании шторма у капитана азартно загорались глаза. В душе он так и оставался восторженным мальчишкой, навек влюбленным в море. Под командой Грэга пушечный флагман был самым совершенным и грозным судном в Атлантике. Однако фон Вольфа беспокоило нездоровое пристрастие капитана к спиртному. Приходилось с этим бороться. Благо статус и авторитет позволяли.

— Как строй? Удаление от хазар?

— Держат, милорд. Парусные команды на всех добротные. Даже на тулузцах.

Семь мониторов были переделаны, а три сразу построены под пушечное вооружение. Правда, чтобы до поры вводить в