Тирания бабочки - Франк Шетцинг

тем дала время поработать в лаборатории. Джим Гарко, ее новый друг, держал кафе серферов в Монтерее – это была, скорее, деревянная будка, которая жила исключительно с кофейной машины, – и в целях культа тела управлялся с ней по три раза подряд. В это время бывший Пилар открыл радости женитьбы, устроился на постоянную работу и предложил Пилар взять на себя его лодочный прокат, и вдруг жизнь приобрела не такой уж и обывательский облик.

В следующее лето спортивный бизнес рухнул. Две лодки сгорели. Кто бы их ни поджег, для Пилар это означало руины. В этом критическом положении Элинор оказалась спасительным ангелом. К тому моменту уже соучредительница империи «Нордвиск», она предложила Пилар работу. «Нордвиск» тогда не подкупал чрезвычайными зарплатами, правда, там все было бесплатно: еда, напитки, спорт, медицинское обслуживание; сам Эльмар обещал ей большое будущее. То, что большое будущее исполнится не среди пипеток и чашек Петри, Пилар узнала, когда он взял ее с собой в Сьерру и объяснил про Ворота:

– Все, что ты видела до сих пор, когда странствовала мысленно, здесь реально! Плюс еще пара вещей, до которых твоя голова никогда бы не додумалась. Мы проводим научные экспедиции, но не каждый из нас Альберт Швейцер или Александр фон Гумбольдт, если ты понимаешь, что я имею в виду.

– Не вполне.

– Не каждый создан для того, чтобы ползать в дерьме. Ты хоть раз пробовала вырезать кусок из задницы живого орка?

– Я же не сумасшедшая.

– Параллельные вселенные существуют. А что живет, то не дает себя обокрасть. Теперь я не сказал бы, что мы крадем, но мы забираем с собой вещи, изучаем их здесь, пытаемся выяснить, как они функционируют. Чтобы приблизиться к этому, мы должны проникать в структуры. Чаще всего совершенно легально. Мы что-то покупаем. Если что-то не продается, то мы посылаем людей, которые для нас это добудут. В некоторых ПВ встречаются организмы, животные, растения, каких здесь нет, а их экстракты, присущие их телу защитные вещества, яды и так далее обязательны для производства, скажем так, определенного медикамента. ПВ – укомплектованный в том числе и опасностями мир! Иногда помогает только одно – быстро убежать. A.R.E.S. натаскан и на то, чтобы выискивать квазиидентичные Земли. Как наша, только более продвинутая. Но Земля – это обширное поле. В прошлом году мы приземлились на одной без М-П-границы.

– Без мелового-палеогенового перехода? Ты имеешь в виду, без метеоритов?

– Вот именно. Туда за последние шестьдесят шесть миллионов лет не упало ничего твердого, что истребило бы динозавров. Итог – цивилизация летающих в космос динозавроидов. Главная заповедь в чужой ПВ – не бросаться в глаза. А это трудно, не имея хвоста и шестидесяти восьми зубов, и от тамошней дикой жизни я вовсе не хочу начинать. Если коротко, мы оттуда вернулись – еле успели и были сильно потрепаны. В ПВ мы принципиально входим вооруженными. С защищенными транспортными средствами. Исключительно ученые, но половина из них должны быть натренированными, как моряки, – натренированными в выживании, в технике ближнего боя, способные при необходимости вывести группу из ада.

– И как часто случается попадать в ад?

– Редко, но заранее никогда не знаешь. Пилар, то, что ты здесь найдешь, сильно продвинет твои исследования в группе Элли! Но нам нужны такие люди, как ты, чтобы руководить экспедициями. Организаторы. Вожаки. Нам нужны Шварценеггеры! Hasta la vista, baby! Хочешь?

Хочешь? Да все это было как с неба упавшее счастье, упускать которое значило вызвать серьезные сомнения в душевном здоровье Пилар. Она искала себя – тут она себя находила: то как точную копию, то постарше, то помоложе, замужнюю, многодетную, один раз даже в тюрьме за нарушение закона об обороте наркотических средств, в следующий раз прокат лодок не сгорел и она повернулась к науке спиной. Выяснить, кто она была в ПВ, служило не подготовкой личной встречи, а непременному избеганию ее, ведь это могло быть проблематичнее, чем без хвоста и шестидесяти зубов показаться в ПВ динозавров. Ей это нравилось! Во множестве экспедиций Эльмар сопровождал ее лично, иногда с ней была Элинор, то и дело Хьюго выражал готовность, пусть и из спортивного азарта, а в последнее время все реже. Представители всех научных областей, тщательно отобранные, теснились в бесконечных пузырях мультивселенной и выказывали симптомы опьянения, как бывало в Сьерре середины девятнадцатого века на грязных, напоенных кровью и выпивкой улицах Бельмонта, Голдфилда и Даунивиля. Через два года в руках у Пилар было уже плановое руководство для всех экспедиций.

С Джейроном Родригесом, руководителем служба безопасности, ее ничто не связывало, то есть ничего плохого. Он был новенький, вежливый и по-своему очаровательный, напоминающий переодетого волка в сказке. В границах своей работы они находили темы для беседы, а у костров духа они никогда не встречались. Джейрон оставался ей чужим. Ей нравилось его бесстрашие, быстрая реакция, она восхищалась присутствием такого академически отшлифованного ума в таком физически тренированном теле и наслаждалась тем, что на него всегда и везде можно было положиться. Джейрон структурировал службу безопасности «Нордвиска» числом почти в сто человек, выгонял сонных и склочных и привел дюжину своих проверенных спутников, в том числе Грейс Хендрикс. Грейс, это оружие на взводе.

С самого начала Пилар ощущала близость эфиопки как успокоительную и вместе с тем внушающую страх. В некоторых вылетах в ПВ Грейс Хендрикс брала на себя специальные задания. В ее присутствии чувствовали себя уверенно. Грейс была тенью. Она не знала никаких преград. Она проникала сквозь любой туман, добывала то, чего требовал Эльмар, и пользовалась тем, что при необходимости могла действовать как Мата Хари, загадка, которая сводила мужчин с ума в усилии ее разгадать. Однако Пилар, знакомая с подавленной яростью, видела глубину за фосфоресцирующими глазами Грейс и не находила там ничего, что служило бы сохранению или культивированию вещей, никакого созидательного духа, никакого порядка. В Грейс был только хаос.

– Три месяца назад, – рассказывала она Лютеру по дороге сквозь ночь, – поступило одно странное сообщение из пограничной области между Суданом и Южным Суданом. Группа солдат, ужасно изувеченных. Тела, от которых мало чего осталось, кроме кучи кровавых костей. Теперь такие варварства в областях, где идут гражданские войны, обычное дело, но у меня зазвенели все колокольчики тревоги. Я составила себе картину. Полетела в Юбу, вступила в контакт с голубыми касками. Это было очень сложно. Туда было не так просто попасть, где все это произошло. Дороги развезло, во все, что походило на вертолет, стреляли сразу и без разбору. В итоге я стояла перед одним трупом. И сразу все поняла. На острове, в ПВ-453, они показывали нам фильмы, симуляции – то