Упал намоченный - taramans

— Уволь меня от таких лекций. И вообще — это глупо, ведь я старше тебя.

Сергей рассмеялся:

— Мама… Ты как-то забываешь, что каждое следующее поколение людей привносит что-то свое в жизнь общества. Так что не удивлюсь, если вы о чем-то не знаете, что знает молодежь. Это касается и вашего поколения, и поколения ваших родителей. Что-то уходит в прошлое, что-то новое появляется.

— Ты такой умный, что иногда просто тошнит! — сморщила носик женщина.

Серега опешил от такого типично женского демарша, а потом расхохотался. Как-то это не было похоже на реакцию матери, а больше смотрелось простым женским ерничанием.

— Мам… Повторюсь, чтобы ты успокоилась: я не собираюсь жениться в ближайшие пять, а то и семь лет. И смею надеяться, что у меня хватит ума, избежать возможных женских уловок. И вообще… В связи с этим у меня нет никакого интереса к молоденьким девушкам, ведь именно они больше всего нацелены на брак. Нет, они могут мне нравиться, но… Лучше я буду выбирать женщин постарше, с опытом, но не претендующих на штамп в паспорте.

Парень усмехнулся:

— Как вариант — замужние женщины.

— А ты циничен, сынок! — вот сейчас Сергей не смог понять, чего было больше в интонации матери — осуждения или одобрения.

— Не согласен с тобой. Я не собираюсь обманывать кого бы то ни было, навешивать дамам лапшу на уши. Все просто: если ее устраивают такие отношения — я рад. Нет… Ну, женщин вокруг много, и многие из них красивы.

Серега не удержался, чтобы не подпустить двусмысленную «шпильку»:

— Только очень расстраивает, что среди женщин нет никого, кто хоть чуток был бы похож на тебя.

Взгляды матери, что периодически ловил на себе, были непонятными: то ли задумчивость какая-то, то ли осуждение проглядывало, как будто женщина все размышляла и размышляла, а о чем — тайна сие великая есть!

Чтобы сменить тему, Сергей спросил:

— Мам… А вот на тебе сейчас шикарные колготки…

— Это чулки… — хмыкнула она.

— Да ты что? Обалдеть! Чулки — это смерть мужская. Чулки — это дьявольское изобретение, чтобы подчинять мужиков, лишать их воли и способности к сопротивлению. Красивая женщина в чулках — это оружие массового поражения.

— Да? — усмехнулась мать, — А что еще входит в комплект оружия массового поражения?

— Х-м-м… Черные чулки, тонкий пояс к ним, черные или красные трусики, кружевной бюстгальтер того же цвета, туфли на каблучке. Возможен вариант — корсаж. Корсаж — тоже оружие массового поражения.

— Сейчас же не носят корсет, — удивилась женщина.

— А я не про корсет, а про корсаж. Знаешь, есть такие — шелковые или атласные, без всяких там железок или костяных вставок. И талию подчеркнут, и грудь поднимут.

— Х-м-м… — задумалась мать, — Эта латышка тебя многому научила.

— Очень многому! — с улыбкой кивнул он в зеркало, — Ты даже не представляешь, насколько многому.

«Вот Инга удивилась бы, доведись ей отвечать на вопросы моей матери. Кстати, полагаю, что Верочка будет очень вдумчиво допрошена. Или до этого все же не дойдет?».

— Так вот, мама… У меня вопрос: где взять такие красивые чулки и пояс к ним? А также — где взять хорошие колготки?

— Чулки… Чулки постоянно есть в свободной продаже. Даже такие, как эти, иногда появляются. А колготки… Колготки хорошие всегда есть у Риты.

— Значит, нам туда дорога, значит, нам туда дорога, Ритина улица в стране советской есть! — пропел Серега, переиначив слова песни.

— Подарки будешь делать? — уточнила мать, — Это нормально, только мой тебе совет — не переборщи, это не должны быть дорогие подарки. Чулки, колготки. Может быть, флакончик недорогих духов, что-то вроде: «Пани Валевска» или «Быть может».

— Набор «неделек»? — спросил парень.

Женщина фыркнула:

— Хотела сказать, что белье дарят только мужчины, которые уже допущены к телу. Но у вас уже… Но — да, возможно такое. У той же Ритки они есть. Только как ты к ней попадешь, не договариваясь заранее? Да и такие вещи… У Риты будут вопросы, и она непременно позвонит мне.

— Да и пусть звонит, — легкомысленно отмахнулся Сергей, — А ты объяснишь, что сын внезапно вырос и у него сменились игрушки.

— Х-м-м… Ну ты и циник! — покачала головой мать.

— Мам… Да при чём здесь цинизм? Как бы ни гласила женская молва, что мужикам только одно и надо, но именно это «надо» не меньше нужно и самим женщинам. И если пара мужчина-женщина достигли консенсуса, а потом и совместного оргазма — разве же это плохо? Оба довольны, оба радуются жизни.

— Прекрати! — вздохнула мать, — Иногда я сама стыжусь — кого я воспитала.

— Клавдия Сергеевна! Здесь может выдохнуть и расслабиться: не надо брать на себя грех других. Напоминаю, что последние шесть лет я жил без твоей опеки и твоего воспитания, так что твоей вины здесь нет. Другие люди формировали меня как индивида.

Почесав затылок, Серега решил все-таки поинтересоваться — а с кем еще ему можно было проконсультироваться?

— Мам… А вот как определить — какие колготки нужны? Я имею в виду размеры.

Мать усмехнулась, но решила ответить:

— Вообще-то, колготки тоже имеют размеры. Первый — это для совсем юных девочек или для миниатюрных женщин. Второй — обычный, как правило, самый распространенный. Третий… Хотя третий тоже часто встречается. У меня, к примеру, «тройка». Четвертый — это если женщина склонна к полноте или совсем уж высоченная. Пятый и шестой… Вот, знаешь, вроде бы они есть, но что-то мне никогда не попадались. Наверное, спросом не пользуются. Если я правильно помню твою Ольгу… В общем, бери третий, не ошибешься. По крайней мере, лучше почаще их подтягивать, чем не натянуть, когда будешь первый раз пытаться надеть. Разочарование дикое! Тем более что они, колготки эти — недешевы. Наши львовские, еще куда ни шло… Три пятьдесят, вроде бы стоят. А чешские или «гэдээровские» — все семь пятьдесят. Да попробуй их еще найди, в свободной-то продаже. А у спекулянтов — две цены — точно, а то и все три.

— И еще, мам… Пойми правильно: мне же нужно какой-то житейский опыт набирать. Вот