Критическая масса - Дэниэл Суарез

Джин повернулся к Кернеру. — У нас есть рабочий транзитный аппарат?

Кернер кивнул.

Джин повернулся к Яку. — Если Роскосмос не сможет восстановить связь, будь готов выйти на «Транзит-05». А пока продолжайте пытаться выйти на тех тайконавтов и космонавтов. Дайте всем знать, что мы можем оказать помощь.

Глава 40: Наследие

НАСЕЛЕНИЕ СТАНЦИИ КЛАРК: 137

ДНЕЙ ДО ОТЛЁТА К РЮГУ: 461

РЕСУРСОВ ЗАПУЩЕНО НА L2: 113 500 ТОНН

В дни, последовавшие за великой солнечной бурей, на Станцию Кларк начали прибывать пострадавшие от радиации — некоторые в критическом состоянии — с космических кораблей со всей лунной орбиты. Космонавты, тайконавты и астронавты получали экстренную помощь в единственном госпитале в условиях искусственной гравитации — или вообще каком-либо госпитале — в дальнем космосе. Кроме того, за прошедший год в медицинской лаборатории восточного жилого модуля было открыто отделение генетической хирургии для лечения онкологии Джеймса Тая, и теперь оно занялось восстановлением генетических повреждений, полученных космонавтами. Один из них погиб, но остальные пострадавшие выжили и вернулись на Землю.

Единственным утешением стало то, что радиационная буря окончательно доказала устойчивость и практическую ценность коммуникационной сети ЦТБ и логистики Станции Кларк. В последующие месяцы США, Великобритания, Австралия, Россия, ЕС, Япония и Индия официально признали законность люксембургской судовой лицензии Станции Кларк, а луна была включена в листинг нескольких земных бирж — хотя большинство держателей не спешили продавать, предпочитая инвестировать свою луну за пределами Земли.

Как ни странно, в разгар всего этого китайское правительство объявило, что «дарит» Станцию Кларк (или, как они её называли: Nónglì gōngdiàn) всему миру, и что ею будет управлять ЦТБ как ДАО. Это был сюрреалистичный политический театр, однако он ловко обходил вопрос о праве собственности на станцию и решал щекотливую проблему. Теперь кто вообще мог сказать, кому принадлежит Станция Кларк?

Наблюдатели от Космических сил США, ЕС и России, проводившие спасательные операции с борта Станции Кларк после бури, впоследствии вдохновили на создание международного Цислунарного корпуса поиска и спасения (ЦПС). Джин Хан и Прия Чиндаркар поддержали эту инициативу, и после консультаций с Лукасом Рошá, а также с Таем и Севастианом Яковлевым ЦТБ наделила ЦПС транзитными космическими кораблями и целым этажом в восточном жилом модуле. Устав ЦПС провозглашал его международным органом, призванным защищать жизни и имущество в любой точке цислунарного пространства, укомплектованным на ротационной основе астронавтами из нескольких государств.

В этот период международного сотрудничества в космосе, последовавшего за бурей, Рошá также помог согласовать международную правовую базу, давшую начало Службе деконфликтации орбит — международному реестру траекторий в пределах цислунарного пространства.

И сквозь всё это Тай ощущал укол сожаления, ведь он знал: эта эпоха гармонии в дальнем космосе не может длиться вечно. Особенно с учётом того, что он знал, что должно быть сделано.

Глава 41: Биржа

НАСЕЛЕНИЕ СТАНЦИИ КЛАРК: 161

ДНЕЙ ДО ОТЛЁТА К РЮГУ: 423

РЕСУРСОВ ЗАПУЩЕНО НА L2: 126 800 ТОНН

Джеймс Тай вошёл в хорошо освещённую компьютерную лабораторию ЦТБ на уровне H1 западного жилого модуля. Внутри он обнаружил Рамона Марина, сидящего за залитым светом рабочим столом, заваленным печатными платами, микросхемами, проводами и непонятными электронными устройствами.

Марин поднял взгляд и улыбнулся, заговорив по-английски с акцентом. — Мистер Дж. Т. Что привело вас в мой уголок станции?

— Прия говорит, что мне нужно разобраться, как работает блокчейн ЦТБ. Мы финансируем строительство космического корабля с ядерной тепловой двигательной установкой, и, судя по всему, мне придётся что-то сделать со своими «токенами выпуска», или как они там называются.

— Понятно. — Марин встал из-за стола. — Вы изменили своё мнение о криптовалютах как о финансовой пирамиде?

Тай обдумал вопрос. — Всё, что я знаю: то, что придумали вы с Лукасом, удерживает сверхдержавы на Земле в узде. Пока что. И если это даёт мне время и ресурсы для постройки спасательного корабля, я буду благодарен.

— Очень хорошо. Я уже думал, когда вас увижу. — Марин методично убирал инструменты. — Вы последний из администраторов ЦТБ, кто проходит обучение.

— Я был занят. Надеялся, что кто-нибудь другой займётся этим делом.

— Как акционер биржи, вы должны выполнять свою роль лично. Любая законная власть сопряжена с ответственностью.

— Можно без морализаторства?

— Конечно. — Марин указал на металлный табурет напротив.

Тай сел, оглядывая лабораторию. Столешницы были завалены тем, что выглядело как кубсаты на разных стадиях сборки. — Что это вообще такое?

— Наш завод атомных часов.

Тай приготовился отодвинуться. — Атомных? Как в — радиация?

— Не беспокойтесь. Стронций будет установлен снаружи. Это всего лишь корпуса часов.

— Для чего они?

— Для сети транзакций и расчётов ЦТБ. Эти часы будут встроены в более крупные спутники, которые выведут на дальние орбиты по всей системе Земля — Луна. Все они будут связаны лазерными приёмопередатчиками.

— Зачем атомные часы?

— Точная синхронизация транзакций критически важна для нормально функционирующего рынка — и для навигации в дальнем космосе. Оба применения неоценимы для торговли. Если запустить спутник по определённой траектории в точное время, с точными бортовыми часами, этот спутник будет знать своё положение в любой момент — и это позволит передавать данные непосредственно на него, расширяя мощность и живучесть сети. Благодаря вам у нас более чем достаточно стронция для этой задачи — дюжина тонн, — потому что в конечном итоге мы будем запускать и обслуживать десятки тысяч таких спутников.

Тай присвистнул. — Так много.

— Слишком много, чтобы злоумышленник мог найти и уничтожить. — Марин убрал инструменты. — Давайте поговорим о криптовалютах. Помимо убеждения, что они являются финансовой пирамидой, что вы знаете?

— Я знаю, что Натан Джойс сколотил состояние на криптовалютных рынках, когда ему ещё не было тридцати, — и что он был человеком, который вольно обращался с правдой.

— О, но он был куда большим, чем это, не правда ли?

Помолчав, Тай кивнул. — Да. Полагаю. Но на Земле, если это не касалось пещерного дайвинга, меня не интересовало. Так что я мало что знаю о крипте.

— Тогда знайте: она основана на том, что называется «блокчейн» — форме публичного реестра общего пользования. Как сам Интернет, блокчейн можно использовать как во благо, так и во вред. Но это полезная технология, а значит, ею будут пользоваться. Поэтому нам стоит её изучить.

— Ну, я