Глаза старой ведьмы, или Сибирское наследство - Ирина Мур

Девушка уже собиралась сесть, когда вспомнила о приеме у Гордеевых. После рассказа об очередном главе этой семьи завтрашний визит выглядел все менее светским, чем ей казалось ранее.

— Артем Павлович, я едва не забыла. В субботу Гордеевы устраивают прием. Начало в три часа, и они утверждают, что все это в мою честь.

Лопатин ждал продолжения.

— Вы сможете меня сопровождать? Постараюсь, чтобы мы там надолго не задержались.

— Хорошо.

Он ответил спокойно и без паузы. По-видимому, в обязанности наследного раба входили и услуги сопровождения на официальных мероприятиях.

Вера села. Лопатин закрыл дверь, обошел автомобиль и устроился за рулем. Когда заработал двигатель, в салон пошел теплый воздух, и Вера сняла перчатки, положив их рядом.

Ворота Белого Яра раскрылись перед капотом белого внедорожника, потом вдоль окна медленно проплыла каменная стена ограды некрополя, скрывая аллеи, памятники и верхушки лиственниц.

Вера откинулась на сиденье и посмотрела на отражение Лопатина в зеркале.

Новая информация меняла образ Аграфены, но не делала ее понятнее. Выходило, когда-то она спасала детей, смеялась, позволяла мальчишке таскаться за собой и объясняла ему книги. Потом произошло нечто, о чем Лопатин либо не знал, либо не хотел говорить, и милая девушка превратилась в женщину, оставившую после себя страх, смерть, наследственные обязательства и город, до сих пор живший с оглядкой на ее решения.

И еще — Шварцгест. Почти девяностолетний мужчина потратил неделю здоровья, чтобы показаться молодой наследнице красивым тридцатипятилетним вампиром. Считать все это одной лишь любовью к театральным эффектам было бы слишком удобно.

Grand Cherokee свернул на дорогу к «Соснам». Снег вдоль обочины потемнел от машин, над асфальтом висела водяная пыль.

Вера смотрела в окно и пыталась решить, какая часть услышанного кажется ей опаснее: история Шварцгеста, неизвестная причина перемены в юной Аграфене или завтрашний прием у семьи, чей прежний глава почти восемьдесят лет назад без колебаний решил удавить десятилетнего мальчика.

Глава 54

BMW отъехала от дома Аграфены ровно в три часа дня. Лопатин выехал за ворота и повернул на внутреннюю дорогу поселка, поднимавшуюся между соснами к верхним участкам.

Вера сидела сзади справа. Спинка водительского кресла закрывала Артема почти целиком, но в зеркале на лобовом стекле отражались серо-зеленые глаза под тяжелыми веками, короткие темно-русые волосы и верхняя часть слегка неровного носа. На поворотах изображение смещалось, ненадолго открывая скулу или угол упрямо очерченного рта.

Остальное Вера успела рассмотреть возле машины. Строгая одежда неожиданно хорошо пошла Лопатину. Темная тройка сидела абсолютно точно, очевидно портной не только снял мерки с фигуры, но и учел манеру клиента двигаться. Пиджак не стеснял плеч, жилет собирал сухой крепкий корпус, брюки не ломались лишними складками. Галстук Артем завязал аккуратно, но без преувеличенной старательности.

Костюм не сделал мужчину красивее в обычном смысле. Лицо осталось чуть резким, с тяжелыми веками, неровным носом и сильным подбородком. Хорошая ткань и точный крой просто убрали случайность простых темных вещей, за которыми Вера не замечала, насколько хорошо Лопатин сложен.

Артем оказался привлекательнее, чем она считала до сих пор. Не правильностью черт и не ухоженной красотой мужчины, который любит, когда на него смотрят. В Лопатине было другое: живое грубоватое лицо, подвижная крепость и спокойная уверенность человека, не привыкшего полагаться на произведенное впечатление.

Вера задержалась на отражении еще несколько секунд и отвернулась к окну. Скоро рассматривать будут уже ее, и оценка внешности Лопатина не относилась к задачам сегодняшнего вечера.

Перед посадкой Артем увидел ее возле машины и остановился. Его взгляд задержался на высоком воротнике, прошел по платью к туфлям и вернулся к лицу.

— Для первой встречи вы выбрали правильно.

Голос прозвучал с привычной легкой хрипотцой, без улыбки и без двусмысленности.

Вера решила принять его слова буквально. Черный цвет и закрытый фасон соответствовали трауру. Туфли составляли с платьем единое целое. Артем счел выбор уместным. Другого значения в его реплике она искать не стала.

Дом Аграфены быстро остался позади. Енисей еще несколько раз возникал между соснами и крышами — серый, широкий, лежащий заметно ниже дороги. Затем BMW поднялась выше, участки встали плотнее, вода исчезла за оградами и деревьями.

Усадьба Гордеевых находилась в другой части поселка. Здесь тянулся тот же сосновый лес, за тяжелыми оградами стояли такие же большие дома, но само пространство было устроено иначе. Дороги подходили к участкам прямо, охрана находилась близко, между соседними владениями не оставалось пустых просек и лишних поворотов, которыми поселок много лет отгораживался от старой ведьмы Буровой.

В четверг Инна Сергеевна прислала обещанный список, и фамилии «Попова» в нем не оказалось. Вера тогда проверила фамилии дважды, хотя поняла с первого раза: Елена Юрьевна не затерялась между супругами, взрослыми детьми и представителями старых семей. Для нее места в списке приглашенных просто не выделили.

Этого подтверждения Вера ждала с момента разговора с Инной. Значит, вся семья участвовала в попытках сближения Аркадия с Ольгой Буровой.

Само по себе это знание не помогало. Аркадий неизбежно окажется возле главной гостьи. Встретит вместе с родителями, представит приглашенным, поддержит первые разговоры, поможет выйти из беседы, если кто-нибудь задержит Ольгу дольше приличного. Любое из этих действий объяснялось положением сына хозяев. Значение получит только то, чему нельзя будет найти объяснения в правилах гостеприимства.

Вера поймала себя на том, что уже подбирает ответы на вопросы Аркадия, и остановилась: он еще ничего не спросил.

Хела должна начинаться именно здесь, с отказа выполнять за собеседника первую половину разговора. Пусть Аркадий сам выберет тему, произнесет вопрос и покажет, чего хочет. Вере не зачем прокладывать ему дорогу к сведениям, которые она собирается скрывать.

Артем молчал и следил за дорогой. Он наверняка знал всех, к кому они ехали. Знал старые связи, давние ссоры и значение фамилий из присланного списка. Можно было спросить, чего от них ждать и кого он считает опасным, выйдя к гостям уже подготовленной.

Но подготовка получилась бы чужой. Вера начала бы видеть подтверждение слов Лопатина еще до того, как человек откроет рот. Обычный интерес показался бы проверкой, вежливость — притворством, случайная пауза — угрозой. Вместо Хелы получилась бы все та же Аделаида, только заранее напуганная.

BMW плавно прошла длинный поворот. Боковой свет скользнул по юбке, и возле колена на несколько секунд проступил глубокий зеленый оттенок.

Вчера после кладбища и сегодня до сборов на прием к Гордеевым Вера обыскивала гардеробную Аграфены.