Глаза старой ведьмы, или Сибирское наследство - Ирина Мур

Артур шел у ноги Владислава. Мужчина время от времени касался его головы пальцами, без необходимости, почти не замечая. В этом движении было столько привычного, что Инна на мгновение увидела другого Владислава: молодого, еще не умевшего одинаково уверенно управляться с клиникой и семьей, но прикасавшегося к тем, кого любил, с бережностью, которую тщательно прятал от посторонних.

Муж и тогда не был мягким человеком. Даже молодость не делала его менее властным. Но рядом с ней и детьми он еще не успел превратить каждое свое чувство в действие, решение или обязанность. Иногда просто касался, проверяя, что любимый человек находится рядом.

Тот мужчина никуда не исчез. Он просто научился лучше скрываться. Инна видела его реже, чем ей бы хотелось, и оттого каждый такой жест ощущался особенно остро. Владислав не знал, на что именно она смотрит. Возможно, поэтому в движении не было привычной сдержанности главы семьи.

— Лопатину то она доверяет? — спросил Аркадий.

— Предполагаю, что больше, чем нам, — ответила Инна.

— При их договоре это естественно.

— Договор заставляет исполнять приказы. Он не позволяет рассчитывать на лояльность.

Аркадий посмотрел вперед, туда, где уже начинал проступать свет основного дома. Лопатин не нравился ему как мужчина рядом с Ольгой. Пока это положение можно объяснить лишь древним договором, положением семьи и самой идеей раба при каждой ведьме Буровой.

Инна еще раз вспомнила короткие взгляды Ольги в сторону Артема. Девушка не искала у Лопатина одобрения, не звала ближе, не обращалась за помощью. Просто проверяла, где он находится. Так проверяют закрытую дверь. Не думают о ней постоянно, но спокойнее дышат, зная, что она не открылась.

— Рядом с ним ей явно легче, — продолжила она. — Возможно, потому что его обязанности понятнее намерений остальных.

Аркадий по-прежнему смотрел на мать.

— Ты считаешь, что я вызываю ней опасения?

— Не больше остальных.

— Утешила.

— Ты действительно сегодня был не в лучшей форме. Но основная причина ее холодности к тебе, думаю, не в этом.

Глава 59

Крупные листья образовали над проходом темную арку. За ними перестал быть виден зал для приемов, но основной дом еще скрывался впереди. В стекле оставались только отражения семьи Гордеевых и черный силуэт Артура. Пространство сжалось так, что зимний сад ненадолго перестал соединять здания и стал отдельным местом, из которого нельзя выйти, не договорив.

Инна подождала, пока они пройдут узкий участок дорожки.

— Она знает о Лене.

Владислав не изменил размерности своего шага. Но пальцы над головой пса остановились. Артур мгновенно поднял морду, почувствовав исчезновение прикосновений. Владислав положил ладонь обратно, и пес продолжил идти.

— Откуда? — спросил сын.

— Не знаю. Но знает.

— Почему ты решила?

— Потому что сначала, в кафе, ты явно вызвал у нее интерес, а на следующее утро твое предложение ресторана получило отказ. Такая последовательность обычно говорит о поступлении в промежутке дополнительных сведений.

Аркадий задумчиво кивнул. Не стал спорить с самой идеей матери. Возможно, впервые увидел эти события рядом.

— Лопатин?

— По собственной инициативе — вряд ли. Он не стал бы обсуждать с молодой Буровой твою постель только ради полезной беседы.

— На прямой вопрос обязан ответить.

— Ответил бы, но кратко. Без попытки объяснить, что именно следует почувствовать по данному поводу.

Лопатин мог сообщить факт. Но не стал бы выбирать для Ольги отношение к нему. По крайней мере Инне хотелось так думать. Артем был связан договором, но не выглядел человеком, который добровольно отдает хозяйке лишнюю часть чужой жизни.

— Мельников, — уверенно проговорил Владислав.

Инна поддержала мужа.

— Скорее всего.

Имя чернокнижника изменило воздух разговора. Не буквально — вентиляция продолжала гнать тепло, листья оставались неподвижными, капли падали с прежней редкостью. Но Мельников возвращал в семейный разговор чужую волю. Человек, который первым получил доступ к новой Буровой, начал расставлять рядом с ней фигуры.

— Он мог сказать что угодно, почему она должна ему верить? — возразил Аркадий.

— Ему не требовалось ничего придумывать. Достаточно сообщить, что у тебя много лет есть женщина, и назвать нужное имя.

Инна повернула голову к сыну.

— Ты заходил в социальные сети Лены?

— Нет.

— Никогда?

— Мне это неинтересно.

Ответ Аркадия показался Инне честным. Он действительно не заходил. Не считал нужным. Лена существовала рядом с ним только в те часы, когда была физически нужна, а остальная ее жизнь не требовала его внимания.

— Вот и первая ошибка.

Он ничего не ответил. Аркадий редко признавал ошибку прежде, чем увидит доказательства ее последствий. Его мать не считала это худшим качеством. Хуже, когда человек быстро все признает, но поведения не меняет.

Пока Владислав и сын прощались с последними гостями, Инна быстро просмотрела страницы Поповой в соцсетях. Хотела проверить одну из возможных причин отказа Буровой от органного концерта.

Ольга действительно заинтересовалась выступлением. Это Инна видела. Быстрая реакция на то, что это — транскрипция, изменение дыхания при словах Марка о единственном концерте. Потом Аркадий предложил два билета, и девушка отказалась так, словно согласие значило бы нечто большее, чем просто приятно проведенный вечер.

Инна знала женщин. Не всех и не до конца, такой самоуверенности она себе не позволяла. Но достаточно, чтобы различить отсутствие желания и отказ от желаемого. Отсутствие желания делает ответ простым. Отказ от желаемого требует усилия. После него человек на мгновение остается недоволен не предложением, а собственной необходимостью отказаться. У Ольги этот переход оказался коротким, но Инна находилась достаточно близко и слишком хорошо знает женские лица, чтобы не заметить.

На страницах Лены оказалось объяснение, слишком очевидное, чтобы его игнорировать.

— Пока вы прощались, я зашла в Интернет и посмотрела, — сообщила мужчинам Гордеева.

— И что нашла? — спросил Владислав.

— Семейную хронику, которой никто в нашей семье не утверждал.

Владислав слегка приподнял бровь. Он уже все понял. Возможно, даже представил объем и характер публикаций.

Аркадий нахмурился.

— Что именно она разместила?

— Вас.

— Это не ответ.

— Напротив. Самый полный.

Инна стала неспеша перечислять. Школьные фотографии. Выпускной. Общие праздники. Курорты. Рестораны. Лена рядом с Аркадием на протяжении пятнадцати лет: под его рукой, у его плеча, на его коленях. Поцелуи, объятия, гостиничные террасы, новогодние елки, море, снег, дорогие столы. На одних снимках они были подростками. На последних — взрослой парой, которая давно перестала делать вид, что отсутствие кольца что-то меняет.

Она перечисляла без телефона. Картинки успели сложиться в ее памяти и не требовали повторного просмотра. Менялась одежда, длина