Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

— не согласился Коля. — Смотри: везде порядок, если не считать этого какао в центре. Все каменные статуи и фрески целы. Даже не испорчены. Не похоже на грабеж. Конкистадоры, наверняка, разгромили бы здесь всё, что смогли.

— Может, торопились? Хотя, наверное, ты прав. Смотри, даже деревца рядами растут, как на грядке.

— Вот и я о том же. У нас ведь (тьфу, блин!), у ацтеков этот напиток считался огромной ценностью, а сами деревья — священными. Впрочем, ты же трескал какао каждый день. Откуда тебе знать такие мелочи.

— Что ты хочешь сказать? — Феоктистов почувствовал себя неуютно, враз поменявшись местами с обычно меньше его понимавшим Зубровым.

— Что фигово быть богом! Мозги отшибает начисто. Кто, интересно, сказал ацтекам, что, когда белые орды начнут истреблять их народ, они должны спрятать все свои ценности?

— Ты хочешь сказать...

— Да. Именно это я и хочу сказать. Что индейцы сами унесли отсюда золото и серебро. А что бы Кетсалькоатль не обиделся, посадили для него священное какао.

Владимир почувствовал огромную нежность к людям, считавшим его богом:

— Но если они сами спрятали драгоценности, значит их дела уже...

— Ни их делам, ни им самим уже ничем не поможешь. Бледнолицые перебили твой народ.

Друзья задумались. Каждый о своем. Наконец, Зубров произнес:

— Ладно, нужно выбираться отсюда.

— Куда?

— На кудыкину гору! Корабль нужно искать, который в Европу доставит.

— Я даже близко не представляю, где мы находимся.

— По-моему, у тебя за полтысячелетия, точно память отъехала! Мы же как раз и хоронились западнее удобного для корабельной стоянки залива.

— А, точно! Решили, что это удобное место для поселения. Но как быть с ванной? Вдвоем мы её не упрём! — озадачился Феоктистов.

— Оставим в склепе. Возьмем лишь немного золота и оружие. А когда разыщем людей и корабль, вернемся с носильщиками и заберем «краба».

Друзья хорошенько заложили и замаскировали лаз в свой склеп. Затем сориентировались по солнцу и направились на восток. Уже под вечер вышли на укатанную грунтовую дорогу.

— Ха-ха!!! Мы были правы!

Пыльная лента слегка поднималась в гору, но они припустили бегом. Выскочили на водораздел и застыли, любуясь открывшимся зрелищем. В зеленой дуге растительности, окаймлявшей побережье, краснели черепичные крыши. Над общей массой каменных строений привольно раскинувшегося небольшого городка возвышались два вычурных дома и острые шпили костёла. А в глубине залива, на рейде, стоял небольшой двухмачтовый парусник. Присмотревшись, можно было различить на гафеле красно-желтый стяг королевства Испания.

Глава 33

Друзья прошли не более полумили, как навстречу выскочила небольшая кавалькада. Всадники в металлических кирасах и рокантонах удивленно загарцевали, рассматривая странных путников. Одновременно они умело закрывали седоусого гранда в поношенном одеянии кастильского дворянина. Половина испанцев навела на паладинов пистоли, а вторая взялась за рукояти тонких мечей с витыми сложными гардами. По некотором размышлении Феоктистов решил, что это были боевые шпаги. Гром тут же лапнул кобуру, но Волк грозным окриком остановил:

— Не стрелять!!! Нам с этими донами как-то договориться нужно.

Удивление кабальеров было вполне объяснимо. Меньше всего они ожидали увидеть на пути губернатора Картахены бородатых русских витязей в чешуйчатых кольчугах и посеребрённых островерхних шеломах. Да ещё и со старинными большими мечами в витых ножнах с ацтекским рисунком. Кроме того, каждый из незнакомцев имел по индейскому дротику с золотым наконечником, колчану с луком и стрелами и странному футляру на поясе, из которого один из них ловко выхватил массивный пистоль непривычно угловатого вида. На втором красовался белый плащ с ярко-алым католическим крестом из перьев. Небольшие заплечные мешки «витязей» были почти незаметны спереди. А если добавить сюда ещё почти прозрачную кожу их бледных лиц... Это под палящим-то солнцем! (Испанцы не могли знать, что при анабиозной спячке пигменты загара разлагаются напрочь).

Украшенный плюмажем всадник что-то грозно спросил.

— Ни хрена не понимаю, чего ты там орешь! — как можно более невозмутимо ответил Феоктистов на далеком языке XX века. Почему-то ему показалось, что не стоило сразу говорить на ромейском. Да и вид их более соответствовал образу былинных русских богатырей. Седоусый успокоил спутников и под их настороженными взглядами приблизился к незнакомцам.

— Вы говорите по-английски? По-французски? По-тартарийски?

— Что ты там про тартарийцев сказал?!

Испанец оживился. С большим трудом ему удалось представиться: дон Эстоньо де Ламейна, губернатор округа Картахена-де-Индиас Вест-Индийских владений Его Католического Величества короля Испании.

Друзья отрекомендовались русскими путешественниками.

— Примите в знак нашего уважения! — сказал Владимир и, отобрав дротик у Николая, протянул оба гранду. Губернатор недоверчиво осмотрел сверкающие, явно золотые наконечники. Вакуум грузовых отсеков сохранил оружие в том виде, в каком его поместили в контейнеры пятьсот лет назад. Лишь револьверы пришлось дополнительно смазать, так как жир с них испарился.

— Это чистое ацтекское золото, уважаемый дон Эстоньо. А древки можете отломить, мы их сделали буквально сегодня утром.

При этих словах лица испанцев заострились от алчности, а де Ламейна поспешил последовать совету. Торопливо сунул тяжёлые наконечники за отвороты своего пыльного камзола. Губернатор испытывал определенные затруднения. Его золотой прииск недавно разграбили английские пираты, похитившие результаты полугодовой выработки. На плантациях какао опять завелись вредители, грозившие уничтожить половину урожая. А прошлый груз товаров округа едва удалось распродать в метрополии чуть выше себестоимости. Испанский рынок уже насыщался товарами Нового Света.

Правитель Картахены происходил из богатой и уважаемой семьи, был приближен ко двору. Но, к сожалению, имел весьма легкомысленную супругу. Десять лет назад дон Эстоньо в приступе ревности заколол в Мадриде её очередного любовника. Дело-то, в принципе, житейское. Да вот произошло на глазах многочисленных свидетелей! Чтобы не быть казнённым, пришлось спешно бежать. Хорошо хоть, Его Католическое Величество Карл II не оставил старого приятеля в беде и милостиво прислал губернаторский патент на управление одной из самых дальних Вест-Индийских провинций.

Гранд ещё раз осмотрел странных не то московитов, не то тартарийцев, запросто делающих такие дорогие подарки. Затем галантно пригласил быть его личными гостями. Сам же в это время лихорадочно анализировал ситуацию: «Как могли сюда попасть жители севера? У Московии нет выхода к Атлантике! Если только в обход Скандинавии, через Северный Ледовитый океан. Если же витязи из Тартарии, то добирались через Тихий океан. А затем что, посуху, через Анды? В обоих случаях слишком невероятно, чтобы быть правдой. Может, переодетые пираты? Нет. У них явно незнакомый язык. Это точно не британцы.