Тирания бабочки - Франк Шетцинг

что пришла, испытывая облегчение, что клетки теперь лежат в темноте. Когда она добирается до центрального прохода, она видит, что шторная дверь полуоткрыта, и в ней пробуждается ликование. Грузовики непосредственно перед ней обездвижены. Еще три фута – и она окажется снаружи, но этот небольшой участок меняет все. Отключение электричества остановило дверь раньше, чем она опустилась до конца.

«Мы это сделали!»

Она шустро спускается по лесенке, голос Майли в ушах отрывисто ей что-то внушает, ничего не понять. Отказывая себе во всякой спешке, она аккуратно ставит ногу на последнюю перекладину. А тут уже стоят Пит и Фиббс. Стоят с растерянными лицами, как будто не одержали только что большую победу. Пилар хочет сказать им какие-то ободряющие слова, как вдруг видит типов с автоматами HK MP7, хватается за свое оружие и получает пинок под коленки. В падении поворачивается. Она быстрая. Быстрее, чем они. Любому другому она бы на лету, в пируэте могла бы всадить пулю в лопатку или в ногу, но только не Грейс Хендрикс. Но, поскольку это именно Грейс, ее оружие вместо выстрела летит прочь высокой дугой, а ее ставят вертикально, как мешок картошки, перед ее глазами взрывается фейерверк, и она скользит под ноги Питу и Фиббсу.

– Темновато здесь, – говорит Грейс.

Она, приплясывая, наклоняется к Пилар и слегка пинает ее носочками. Игривый акт, предшествующий умерщвлению. Пилар силится подняться. Ее шансы стоять на ногах ничтожны, но уж совершенно точно она не останется валяться в пыли перед этим куском дерьма.

– Зачем? Зачем ты в этом участвуешь?

– Можем обсудить это за шопингом. Не пойти ли нам, девочкам, чего-нибудь выпить? – Грейс слегка ощеривается в улыбке. – Только мы двое. – Ее губы складываются в трубочку как для поцелуя. – А для начала было бы волшебно, если бы ты снова включила свет. И все остальное.

– Тебе не хватало твоей работы? Экспедиций, задания! Которое мы выполняли вместе?

– Что это за плач скрипок я слышу?

– Ты же отвечала за нашу безопасность!

– А ты – за то, что здесь произошло. – Улыбка Грейс иссякла. Ее лицо задеревенело в маску. – Это же ваших рук дело, разве нет?

– Понятия не имею, о чем ты… – начал Пит.

Грейс пинком сбила его с ног и поднесла дуло пистолета к его затылку.

– Включайте свет. Я считаю до трех.

Пит поднялся на четвереньки. Его трясло.

– Оставь моего друга в покое, – прошипел Фиббс. – Если только один волос с его головы…

– Хорошо. – Ее оружие переметнулось на детектива. – Тогда, значит, ты. Мне все равно. Я считаю до трех. Один…

– Грейс! Если тебе надо что-то обсудить, говори со мной.

– Заткнись, Пилар. Ваша взаимная готовность пожертвовать собой ради других мне ни фига не интересна. Только не думай, что я блефую. Два…

Взгляд Фиббса метнулся к Пилар. Его чутье подсказывало ему, что эта черная с фосфоресцирующими глазами далека от всякого блефа.

– Подумай о токе, – пропела Грейс. – То-о-ок.

Пилар почувствовала, как судорожно сжались стенки ее желудка. «Нет! Я не могу этого допустить. Тогда мы должны застопорить вам что-то другое. Может быть, вы и не знаете, кто тут есть еще из наших. Лютер, Рут. И Эльмар. Тогда пусть будет. Я сейчас…»

Свет.

От растерянности она не издала ни звука. Опять установился машинный шум, роботы продолжили то, на чем остановились. С треском поднялась вверх шторная дверь. Грейс уставилась на Фиббса, как будто это он включил свет силой своей мысли.

– Кажется, сегодня тебе повезло. – Она потрепала его по щеке. – Тогда прошу вас в порт. By the sea, by the sea, by the beautiful sea…[19]

Грузовики покидали сектор R.

* * *

– Быть того не может! – вырвалось у Майли в ENC уже второй раз. – Не может быть!

Ее руки сортировали картинки, поглаживали снимки стрекозиной стаи и отодвигали их в сторонку, где они зависали беспорядочной кучей. В комнате по-прежнему парила модель острова, но теперь она раскалилась от информации. На что ни тыкала Майли, это открывалось в символике, в графике, в поле данных, что-то выдавало. Д.С. и Джим зачарованно смотрели, тогда как Кенни забился в дальний угол и там на голографическом ноутбуке проходил свое собственное путешествие. Словно удвоенные, его пальцы летали по развернутой клавиатуре – он быстро прорабатывал историю A.R.E.S.а в обратной хронологии. Не то чтобы был хоть какой-то шанс проникнуть в защищенные области. Правда, благодаря правам доступа Майли вся документация была ему открыта, с помощью нее аккредитованные ученые могли проследить становление A.R.E.S.а от его начала и сравнить со своими собственными ИИ-проектами. В целом, правда, это не значило беспрерывного доступа извне, но могло содержать указания на то, в какое время система была плохо защищена и доступна для вторжения.

– Совершенно бессмысленно, – ругалась Майли. – Я все могу понять, но ни на что не могу повлиять. Остров играет мертвого, и теперь посмотри на это.

– И что же это такое? – спросил Джим.

– Семерка. Лютер выключил контроллер, и вдруг система посылает робота, чтобы все вернуть на место. И ток снова течет.

– Ты думаешь, – Д.С. застенчиво откашлялся, – что какой-то железный человечек забрался внутрь и влез в распределительную коробку?

– Да. Железный человечек. Проклятье.

– И много таких железных человечков? – спросил Джим.

Она кивнула:

– Сектор R. Там то же самое.

– Наш добрый друг Палантье. – Джим потер подбородок. – Он хочет, чтобы поставка шла гладко. Любой ценой.

– Но что именно является его планом?

– Да что уж там, – сказал Д.С. – Нет ничего более прибыльного, чем торговля оружием.

– Это я тоже знаю. – Майли посылает стаю стрекоз в сектор R. Странным образом это не представляет собой проблемы. – Но, если у него так много влияния, для него не составило бы труда обрезать нас полностью. Почему он позволяет нам все это наблюдать?

– Демонстрация своей власти.

– Скорее, нашего бессилия. – Джим смотрит, как Грейс и ее подручные гонят перед собой Пилар и двух человек из группы Лютера. Его зубы рвут кожу с нижней губы. – Пилар захвачена, Майли. Нам надо туда.

– Момент. Лютер?

Временно прием был нарушен, теперь связь восстановилась.

– Как там у вас?

– …надо подождать, пока их что-то отвлечет, – прозвучал приглушенный голос Лютера. – Тогда я спущусь вниз.

– Оставь это, план лопнул. Роботы пробрались после вас и все снова включили. Кроме того, Грейс захватила Пилар и твоих людей.

На короткое время возникла тишина. Майли увеличила картинку с экранопланом. Она отчетливо могла видеть на пирсе вооруженных, а в тени портального крана Джейрона в разговоре с кем-то еще. Опорная колонна загораживала его собеседника. Затем Лютер сказал:

– Все еще может получиться.

– Как?

– Мои штормовые стропы. И как насчет пластической