Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

Шэ Юэ вздрогнула, выронив гребень. Они с принцессой коротали время, делая друг другу сложные причëски, – знали, что ложиться бесполезно. Принцесса покраснела, схватившись за выпущенную прядь, видно, не привыкла появляться перед мужчинами неприбранной.

– Что вам нужно? – спросила она, справившись с собой и комкая привычный платочек. Даже с незаконченной причëской-тучей она выглядела величественно. Шэ Юэ вместо обычных кос, перевязанных ленточками, тоже попросила у принцессы эмалевый пион и долго рассматривала в зеркало новую причëску, похожую на какой-то облачный дворец с висюльками.

– Что нам нужно, вас не касается, – отрезал начальник стражи. Он сделал знак, и двое охранников с пустыми лицами принялись простукивать стены, срывать одеяла с кроватей, потрошить кинжалами тюфяки. Заглянули даже в поганое ведро и в кувшин для умывания!

Шэ Юэ с принцессой стояли посреди комнаты, прижавшись друг к другу. Благо обыск закончился быстро: слишком уж скудная была обстановка.

Но начальник стражи всë не уходил. Он явно был недоволен, взгляд его цепких чëрных глаз скользил по стенам, пока не остановился на принцессе.

– Ты – та девчонка, что посмела мне перечить, – сказал начальник стражи с усмешкой. – Господин запретил тебя бить, иначе тебе досталось бы моей дубинкой. Но вот обыскивать тебя он не запретил!

Грубая лапища схватила еë за запястье, вторая рванула кушак.

– Нет! Не трогай сестрицу! – Шэ Юэ бросилась на него, целя кулаком в лицо, прежде чем успела подумать.

Мощный удар отбросил еë, как таран, и она, кажется, на мгновение потеряла сознание, ударившись головой о стену. Перед глазами всë поплыло, один из стражников схватил еë, как куклу, поставил на ноги, другой сорвал с плеч верхний халат…

Шэ Юэ зажмурилась, сжалась. Ух, дать бы одному ногой в пах, а другому – локтем прямо в курносый пятак, но нельзя, иначе они могут случайно найти тайник…

– Меня тоже нельзя трогать! – крикнула она. – Иначе принц Цзиньюань убьëт вас всех!

Начальник стражи рассмеялся.

– Здесь нет принцев и владык, кроме нашего господина! Но тебе повезло, девчонка: он сказал, что хочет сам медленно отрезать от тебя по куску мяса!

Шэ Юэ прижала руку ко рту, чтобы не стошнило. Белый Яд… Белый Яд придëт пытать еë сам…

Начальник стражи хлопнул принцессу обеими ладонями по бëдрам, обтянутым лишь нательным бельëм, грубо сжал грудь и разочарованно оттолкнул.

Принцесса, всегда стоявшая прямо и гордо, не выдержала, отступила на несколько шагов, схватилась за столик.

– Прошу вас… – Еë голос дрожал. – У нас ничего нет…

– Ну, хоть что-то у вас надо забрать. – Он усмехнулся, выдернул из еë волос золотую шпильку в виде феникса. Принцесса вскрикнула, схватившись за причëску, и выронила платочек.

Начальник стражи поднял и его, разглядывая изящно вышитые цветы сливы под снегом.

– Этого мне на первых порах хватит. Приготовь свои колечки, красавица, за ними я тоже приду.

Принцесса молчала, опустившись на пол. Она молчала, пока не закрылась дверь, пока не смолкли тяжëлые шаги, и лишь потом выдохнула, засмеялась и заплакала одновременно. Шэ Юэ не могла сдерживаться, обняла еë, смеясь и плача вместе с ней.

– Мы их провели, сестрица! Провели!

Принцесса крепко обхватила еë, всхлипывая.

– Но этот ужасный человек почти нашëл… почти…

– Но ведь не нашëл же! – Шэ Юэ отстранилась. Еë сердце бешено колотилось, но уже не от страха. От надежды. – Теперь мы сможем отсюда выбраться! Давай начнëм прямо сейчас, пока свеча не прогорела!

Принцесса улыбнулась сквозь слëзы и кивнула. Дрожащими пальцами она принялась распускать сложные локоны, пока не появились на свет крошечные кусочки бумаги – свëрнутые во много раз страницы. Такие же Шэ Юэ вынула из своих волос.

– Как ты придумала такое… сестрица? – спросила еë принцесса, пока они, простоволосые, как ведьмы, распрямляли и раскладывали листки прямо на полу. – Мы ведь можем называть друг друга сестрицами?

– Конечно! Мы боевые сёстры теперь! Я подумала про твои волосы и вспомнила историю про принцессу, укравшую личинки шелкопряда. Она спрятала их в свадебной причëске.

Никогда она не ожидала, что истории братца Юя пригодятся, и вот! Она мысленно поклонилась братцу, благодаря его. Если б только получилось поклониться ему на самом деле, обнять его снова!

– Мне рассказал эту историю средний брат… тот самый, про которого я тебе говорила. А старший брат рассказал про Цзу Тина и крик петуха. У них всегда столько разных историй и наставлений!

Принцесса взяла лист со стихотворением, погладила кончиками пальцев строки.

– Как же ты счастлива должно быть, сестрица! У тебя есть братья, есть жених. Меня же окружали только жëны отца. Все они думали лишь о том, чтобы родить ему сына, ненавидели друг друга, подлизывались ко мне.

Шэ Юэ хотела было сказать, что еë собственные братья совсем не такие, но вспомнила братца Цзюэ, его мутные глаза с красными прожилками – то ли от вина, то ли от слëз. Вспомнила, как А-Юань выбежал из зала, даже не взглянув на неë.

Счастье ли это, когда тебя окружают родные люди… которых ты на самом деле вовсе и не знаешь?

– Всë это не важно, если нам суждено тут умереть, – сказала она, но, подумав, что вышло слишком мрачно, тут же добавила: – Зато важно, что мы с тобой нашли друг друга! Я всегда хотела сестру, а вокруг были только мальчишки.

Принцесса улыбнулась ей и осторожно вытерла уголки глаз.

– И вправду. Кто мог представить, что в самый тяжëлый час я найду сестрицу! – Она склонилась над листами. – Посмотри, вот здесь сказано про свернувшегося дракона. Такой же выбит на нашей двери. Может быть, это указание на мастера, делавшего замок?

* * *

Шэ Юэ сбилась со счëта, сколько ночей у них ушло на то, чтобы научиться вскрывать треклятый замок.

Они с принцессой по очереди трудились над ним: одна читала стих, другая пыталась шпильками поддеть нужные бугорки, верхние и нижние. Никогда ещё Шэ Юэ не прикладывала столько старания и терпения к скучному делу! Несколько раз она в сердцах вскакивала и отбрасывала шпильки, но страх остаться в этом ужасном месте навсегда пересиливал, и она снова садилась на корточки, пыталась опять и опять, хотя голова гудела от бесконечного дневного чтения, а глаза слипались.

От бессилия хотелось плакать, но она запретила себе. Матушка никогда не плакала, а ей ведь приходилось так тяжело! Если начнëшь жалеть себя, руки опустятся. В школе Серебряного Ручья такому не учат.

«Будьте как вода, – говорил братец Цзюэ ученикам на тренировке, повторяя слова отца. – Вода приспосабливается ко всему, сбежит даже из железного котла, стоит ей отыскать