Упал намоченный - taramans

С трубкой в руке дама подняла голову и удивленно уставилась на Серегу:

— Еще раз — в какую? В триста седьмую? Это не может быть ошибкой? Хорошо, хорошо, я поняла.

Старшая положила трубку и уставилась на Васильева. С неприязнью уставилась и с непониманием, вроде как с вопросом: «что же это за зверушка такая, совсем непонятная?».

Потом, как будто очнувшись, скомандовала:

— В триста седьмую его!

Уже позднее Васильев понял, чем было вызвано недоумение старшей: палата под номером триста семь была для старшего командного состава. От полковника и выше. А Васильев на такового никак не походил.

С любопытством Серега поглядывал по сторонам. Вроде все обычно: крашенные до середины светло-голубой краской стены, выше — побелка; бетонный, а точнее — мраморной крошки пол, залитый в виде некоей абстрактной геометрии. Однако на посту мебель посимпатичнее, напротив поста что-то вроде зоны рекреации — довольно большой холл, со стоявшими здесь диванами и креслами, телевизор на тумбе в углу, горшки с цветами и декоративными деревцами. Даже картины на стенах промелькнули. Его доставщицы явно старались убраться отсюда побыстрее — чуть не бегом докатили носилки до двери в дальнем краю коридора.

«А палата-то и впрямь непростая, на трех человек всего. И дверь сразу от входа слева: не иначе как санузел. Блатная палата. Но я-то не блатной. Значит — что? Похоже, поступила команда: спрятать меня получше, чтобы поменьше глаз видело. Спрятать, а потом побыстрее выпихнуть в часть. Ну, это согласуется с моими планами — не хрен мне здесь делать!».

Своего единственного соседа по палате Васильев разглядеть не успел: тот вроде бы и посмотрел на вновь прибывших, но потом, потеряв интерес, повернулся к стене и, укрывшись с головой одеялом, как будто уснул.

— Это чего еще? Он у вас голый, что ли? — спросила у медсестер «Фрекен Бок», — А где его одежда?

— Так не было одежды, — пожала плечами одна из медсестер, — В приемном надо спрашивать. А у нас вы сами знаете, ни халатов, ни пижам не выдают. Теперь это ваша забота…

— Это же солдатик, из воинской части. Ну, из тех, что позавчера привезли. У него вся форма в негодность пришла… — добавила вторая.

«Фрекен» поджала губы, помолчала и буркнула:

— Разберемся. Перекладывайте его на кровать.

— Да я и сам могу… — попытался «вякнуть» Васильев.

«Я солдат еще живой!».

Однако медсестры быстренько уложили его на кровать, укрыв простыней, после чего попытались смыться, прихватив каталку.

— Стоять! — рявкнула местная «домомучительница», — История болезни — где?

— Вот… — пискнула одна из медсестер и подала старшей нетолстую подшивку бумаг, что запуталась было в одеяле, на котором доставлялся «ранбольной».

— Свободны… — «милостиво повелевать соизволила» дама, сопроводив слова величественным кивком.

Выданная Васильеву пижама была явно не нова, но выстирана и даже отглажена.

«А что и куртка, и штаны заметно коротки, так то не проблема. Так, мелкое неудобство. Широковата она мне, но зато байка мягкая, уютная даже!».

Вот кожаные шлепанцы модели «Ни шагу назад!» заставили недовольно поморщиться: были побольше, чем надо размером, и растоптаны вдрызг, отчего на ноге держаться категорически не желали, так и норовя свалиться при каждом шаге. Чтобы больной от медиков не убежал, стало быть!

«Как говорится, „жить стало лучше, жить стало веселее!“. Посмотрим еще, как здесь кормят!».

Кормили, если честно, неплохо. Поданный на обед гороховый супчик был хоть и жидковат, но на вкус — вполне. Пюрешка с неким гуляшом тоже зашла на «ура». На третье — компот, как водится, из сухофруктов.

Надо сказать, что обед Васильеву и его соседу, худощавому деду лет семидесяти на вид, привезли в палату. Привезла молоденькая санитарка, шустро расставившая тарелки по прикроватным тумбочкам. На взгляд Сереги, была санитарка хоть и молода, но вида не имела: мелка и худа. Этакая сикотуха! То есть, мелочь, внимания не стоящая, нечто суетливое и бестолковое. Опять же, судя по взгляду санитарки, брошенному мельком на парня, Васильев ей тоже не приглянулся.

«Ага, приглянулся бы, как же! Морда сине-багрово-желтая, шрам опять же. Опухоль хоть и начала сходить, но… Красавчик, одним словом!».

Перед обедом военнослужащий вежливо представился своему соседу:

— Меня зовут Сергей. Сергей Васильев…

— Яков Кузьмич… — буркнул в ответ дед.

Кроме вежливости, Серегой двигало и некоторое опасение: если палата не для простых — в каком чине и звании пребывал сосед? А то, что дед явно и давно закончил службу, так у таких отставников вполне могут быть очень даже серьезные и непростые сослуживцы помоложе, подчиненные, ученики — как ни назови.

«Самое время разобраться, в кого я попал. Время… Время понятно. Хотя непонятно, на кой хрен мне все это снится? Ну да, ладно. Поживем, увидим, как жили наши родители, что тоже неплохо. Так сказать — своими глазами. А то в интернетах срач стоит — мама не горюй! Одни вещают, что все было плохо, прямо вот — „тюрьма народов“; другие — что реки текли молочные, с кисельными берегами. Полагаю, что истина, как всегда, где-то посередине. Вот и оценим!».

Разобраться с тушкой, в которую попал Плехов…

Серега Васильев, как уже было сказано, двенадцатого апреля одна тысяча девятьсот пятьдесят четвертого года рождения. СССР, Сибирь, семьдесят пятый год.

«Х-м-м… Надо признать, с реципиентом мне повезло. Не детдомовский какой-нибудь пацан, то есть база у парня — очень даже ничего, не с нуля начинать!».

Сергей Николаевич Васильев родился не с золотой ложкой во рту. Он не был ни сыном члена Политбюро, ни внуком легендарного большевика, соратника Ленина. Нет, нет… Даже рядом нет, но…

«Скажем так — не с золотой ложкой во рту, но с серебряной!».

А как еще назвать того, чьи родители являются пусть и областной, но все же номенклатурой? Отец Сереги — главный инженер передвижной мехколонны, без пяти минут директор оной. И мехколонна эта — ни разу не мелкое предприятие в глухом углу какого-нибудь мухосранского района Западной Сибири. Структурное подразделение «Строительно-монтажного управления» под номером «один» в Тюменской области. Организация сия весьма велика, возводит объекты самой разной направленности по всей Сибири, начиная от Крайнего Севера и до… И в Казахстане объекты имеются. Причем объекты именно разной направленности, недаром парень не раз слышал от отца, что СМУ это часто называют СпецСМУ. Нет, именно объектов военного