Капитан Джон - Д. Лаборантова

входить в их с напарником положение — все, кто знал ее хоть немного, согласились бы, что это совершенно немыслимо. Как видно, Сол просто хотела спокойно провести вечер, не жертвуя отдыхом ради соблюдения формальностей. Что ж, это было вполне в ее духе. Когда-то здоровый эгоизм Сол, непоколебимый фундамент ее личности, вызывал у Рессела интерес, не лишенный некоторого восхищения, но вскоре Джону стало ясно, что за стремлениемзаботиться исключительно о себе скрывается совсем не та уязвимая внутренняя глубина, на которую он рассчитывал, оказавшись в странной роли немолодого мужчины, ухаживающего за такой же немолодой женщиной после долгого одиночества. Как бы то ни было, их отношения продлились пару месяцев и остались практически незамеченными в городке — разве что Линден, кое-что о них знавший, иногда позволял себе не слишком деликатные высказывания.

«Удивляюсь, что ты в ней нашел, — говорил он. — Она на пять лет старше тебя, у нее мерзкий характер, она вульгарно одевается и, похоже, всех ненавидит».

Джон отмахивался и пожимал плечами: он и сам не знал, что свело их вместе. Не ожидавший от новых отношений ничего из того, что он не успел бы испытать и опробовать за предыдущие годы, Рессел принял скоропостижный разрыв с философским равнодушием. Ему было неплохо и одному, а тяжелый пряный аромат любимых духов Сол вызывал у него головную боль. Его навязчивые следы еще долго мерещились Ресселу повсюду, и он едва отделался от привычки непрестанно проветривать комнату и сдавать в стирку чистые комплекты одежды.

— Ребенок может остаться здесь, — сказала Сол, усаживаясь в пустое кресло. — При соблюдении кое-каких условий, конечно, — и она перечислила эти условия, загибая крепкие пальцы с коротко остриженными ногтями: — Во-первых, он не пробудет здесь ни дня дольше, чем понадобится для нормализации его состояния. Где он окажется после, меня совершенно не волнует, но я знаю одно — это будет не в нашем городе. Можете вернуть его прямо туда, где вы его взяли. Во-вторых, все затраты на его лечение будут покрыты из вашего заработка. В-третьих, я подам на вас докладную в директорат — ничего ужасного пока не произошло, но произойдет неизбежно, если все экипажи станут привозить сюда неизвестных. Мы не благотворительное общество, и вам стоило бы об этом помнить.

Линден выдержал еще один холодный взгляд, а следом — улыбку, напоминавшую щель в нижней трети лица. На этом его терпение иссякло.

— Есть вещи, мимо которых не пройти. Я не люблю мертвых детей, — с нажимом произнес он.

— Было бы странно, Крау, если бы вы признались в противоположном. У нас в обществе такое осуждают, — полковник Харшл обернулась к молодому врачу — тот стоял неподвижно, скрестив руки на груди. — Займитесь пациентом. Остальное обсудим позже. Кстати, где ваша именная табличка?

Юноша побрел к лифту, везя перед собой кушетку на колесах. Рядом с головой мальчишки лежала модель сломанной кости в натуральную величину, отлитая диагностическим аппаратом.

— И еще кое-что, уже не связанное с нашим разговором. С сегодняшнего дня у всех прибывших берется анализ крови. Прелюбопытная история: стажер 389-го при стоянке в порту приобрел у торговки бутыль с некой жидкостью и отпил из нее. В пути у него начались галлюцинации. Все обошлось, но этот дегустатор мог устроить катастрофу, угробив судно вместе с экипажем и грузом. Он считает, что ни в чем не виноват — внутренние правила Четвертой запрещают употреблять алкоголь и наркотики, а о прочих веществах там ничего не сказано. Что ж, правила будут пересмотрены, а с карьерой пилота ему придется распрощаться.

Сол вынула из шкафчика два одноразовых моментальных анализатора.

— Надеюсь, вы знаете, как с этим обращаться.

По лицу Линдена, как всегда бывало в минуты волнения, расползлись красные пятна. Он выполнил процедуру и с тревогой посмотрел на Джона. Для Сол, замечавший любые мелочи, этого было достаточно, чтобы что-то заподозрить. Она пристально следила за тем, как Рессел помещает палец в отверстие анализатора и, чуть помедлив, нажатием кнопки приводит в действие иглу. Прозрачное окошко на корпусе устройства окрасилось в красный цвет. Анализатор издал пронзительный писк. Сол дернулась, будто намереваясь вырвать прибор у Рессела из рук, но Джон сам вернул ей пластиковую коробку. Сол все еще любила те самые духи — от ее сильных пальцев исходил знакомый густой аромат. У Джона заломило виски.

— Как интересно. Крау, с вами все в порядке, вы можете идти. Уведомление о вызове к начальству по поводу нашего неожиданного пациента получите позже — а вы его получите, я не сомневаюсь.

— Никуда я не пойду, — сказал Линден почти грубо.

Сол изучала крошечный мерцающий экран.

— Рессел, у вас в крови превышена концентрация действующего вещества препарата № 1920. Сильный анальгетик, от употребления которого предписано воздерживаться в период управления кораблем.

Джон устало выдохнул. Иногда он думал о том, что нечто подобное рано или поздно произойдет, но ни разу не пытался представить, как он станет вести себя при этом. Красная точка на безымянном пальце чесалась.

— Такое лекарство не пьют при обычной головной боли. Для его приема должен быть серьезный повод. Рессел, что вы можете об этом сказать?

Сол говорила медленно, и слова ее словно писались в воздухе у Рессела перед глазами.

— Могу сказать, что принимал это лекарство. До и во время полета.

Линден схватился за голову. Он еще верил в то, что судьба напарника зависела от правильного ответа, когда обо всем сказали бесстрастные символы на экране анализатора.

У Сол сузились глаза.

— Вы признаете этот факт и согласны с тем, что в дальнейшем ваше признание вместе с результатами анализа будет доведено до сведения начальника летной службы?

— Согласен. Я даже знаю, чем это грозит.

Линден поднялся с кресла и встал позади Джона. Он предполагал, что Сол получала от разыгравшейся перед ней сцены своего рода удовольствие, и, в общем-то, был прав.

— Послушайте, у него болит раненое колено. Вы должны это учитывать.

В повисшей между тремя собеседниками тишине сухо рассмеялся бледный Рессел.

— Спасибо, Линден. Думаю, теперь я точно могу идти.

Сол снова широко улыбнулась.

— Можете, Рессел. Не забудьте проверить почту: я вышлю вам вызов на внеплановую медкомиссию и на разговор к начальнику летной службы. Последнее, Крау, касается и вас. До свидания.

Полковник Харшл стремительно покинула зал, взяв с собой анализаторы.

Глава 10

Обычно они с Линденом вместе ходили через два квартала, разделявших центральную площадь и зеленое здание общежития; оба пилота «Громобоя» квартировали в нем на разных этажах. Иногда Линдена встречала Анна, и тогда