Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

Вторые номера приняли ружья. Стрелки опустились за щиты, освободив проход. Скусить край патрона, высыпать порох, загнать пулю вместе с бумагой, дослать шомполом. Всё медленнее, чем отработке. Пальцы мёрзли после переправы, бумага отсырела, один шомпол уронили и затоптали. Но следующий выстрел всё же пришёл раньше, чем таренцы прошли половину ложбины.

Я смотрел на белое пятно выше первой телеги.

Щитовик держал заслон перед расчётом и левым отрядом. От Раста до него было примерно двести пятьдесят шагов. Маг развернул заслон к центральной пушке и оказался боком к канаве Раста. Дым разошёлся на несколько мгновений. В канаве блеснул ствол.

Раст выстрелил.

Щитовик шагнул назад, схватился за бок и сел между камнями. Белый край над телегой погас.

— Центральная, по телеге! — крикнул Вейн.

Гонец уже бежал к батарее. Начальник расчёта довернул пушку. Ядро ударило в плетёный щит, пробило его и разбило переднее колесо телеги. Толстая труба накренилась. Двое расчётных исчезли под щитом, третий выкатился на склон.

Таренская пехота в ложбине осталась без прикрытия. Кремнёвые звенья дали третий залп. Копейщики встретили тех, кто дошёл.

Справа всё пошло хуже.

Сольд резко повернулся к правому краю.

— Аэромант. Справа, близко!

Предупреждение опоздало на один удар сердца. Из дыма вылетел плоский камень, разогнанный порывом. Он ударил в обод правой пушки, разнёс две спицы и выбил кусок колеса вместе с железной шиной. Лафет бросило в сторону, ствол свалился на камни.

Брен устроился за пушечным колесом и целился с колена. Длинная щепа пробила ему бедро чуть выше колена и вышла с внутренней стороны. Он упал, не выпуская ружья. Старого заряжающего отбросило на настил. Двое других остались лежать у лафета. Один не двигался. Второй пытался подняться, но правая рука висела ниже плеча.

Начальник батареи бросился к пушке.

— Не трогать ствол! Обломки колеса убрать! Людей назад!

Дым после удара смешался с таренским. Чёрный щит у штаба ещё стоял, белый уже опустили, но правое стрелковое звено не увидело ни одного сигнала. Оно начало отходить от батареи, решив, что пушка сейчас взорвётся. Центральное звено, наоборот, двинулось вперёд за отступающими таренцами.

Между ними открылся проход.

Из дыма вышла третья группа пехоты. До атаки люди скрывались за низкой каменной стенкой. Теперь около шестидесяти человек бежали прямо к повреждённой пушке. Над ними появился тусклый синий изгиб.

— Второй щитовик, — сказал Сольд. — Близко. Шагов сто двадцать.

Грит не видел его за дымом. Раст лежал слишком далеко слева. Брен сидел на земле, зажав обеими руками ногу. Кровь шла между пальцами.

Грейв выдернул жезл из-за пояса.

— Резерв за мной.

— Маршал, Вейн уже послал людей к центру, — начал Генц.

— К центру. А я прикрою повреждённую пушку.

Грейв не обернулся. Он повёл вперёд три десятка копейщиков и людей третьего ряда, у которых были топоры, сумки с патронами и пять свободных ружей. Они проходили между отступающим звеном и разбитым лафетом, возвращали отходящих к батарее и ставили щиты в два ряда.

Вейн увидел их, ругнулся и поднял оба флага. Один гонец побежал к правому краю, другой к центру.

Таренцы ударили в резерв. Синий заслон принял первые пули. Копья сошлись у пушки. Люди падали на мокрую траву, вставали, цеплялись за древки. Грейв встал в первый ряд, подхватил выпавший щит и плечом вернул соседа в строй. За первым рядом успели сомкнуться остальные.

Арбалетный болт вошёл ему под левую ключицу. Он качнулся, перехватил древко чужого копья и толкнул его в сторону. Второй болт ударил ниже рёбер. Грейв сел на одно колено. Рыжий сотник подхватил его сзади. Грейв обмяк и больше не поднял головы.

Генц добежал до Вейна, снял с плеча сумку и достал запечатанный лист.

— Маршал погиб. Вводить второй порядок действий?

Вейн не сводил глаз с прохода.

— Печать цела?

— Цела.

— Тогда не вскрывай здесь. Неси к рыжему сотнику. Чёрный щит вправо. Центру стоять. Резерв уже введён.

Генц побежал.

Я мог сказать, что правому звену нужно вернуться, что центральное звено ушло слишком далеко, что пушку надо бросить. Всё это Вейн уже видел. Он послал к рыжему сотнику гонца с сигнальным флагом, повернул два кремнёвых звена к открытому проходу и приказал арбалетчикам бить поверх копий.

У повреждённой пушки начальник батареи ощупывал ствол. Казённая часть лежала на плоском камне, один цапфенный прилив треснул у основания. Канал остался цел, но бронзу вокруг цапфы смяло при падении. Я коснулся металла левой рукой.

Трещина шла по основанию цапфы и остановилась, не достигнув канала ствола. При выстреле цапфа могла отломиться, а ствол — сорваться с временной опоры и раздавить расчёт.

— Полным зарядом стрелять нельзя, — сказал я.

— А половинным?

Я направил дар в бронзу и нащупал края трещины. Боль отозвалась в висках. Через обожжённую ладонь я хуже чувствовал металл: пальцы не слушались, пот выступил под повязкой.

— Один выстрел. Если уложите ствол на брёвна и притянете казённую часть к задним кольям. Я удержу треснувшую цапфу даром.

Начальник батареи посмотрел на Вейна. Не на меня.

Начальник батареи послал мальчишку за разрешением Вейна. Гонец вернулся быстро.

— Вейн разрешил один выстрел половинным зарядом. Цель — щит. После выстрела пушку больше не использовать.

Расчёт собрали из тех, кто был рядом. Старый заряжающий поднялся сам. Из уха у него текла кровь, команды начальника он читал по губам. Начальник батареи оттолкнул его к лекарю и поручил одному из свободных стрелков отмерить порох. Двое других подкатили брёвна, ещё трое стянули казённую часть канатом к вбитым кольям. Порох отмерили дважды.

Я опустился рядом со стволом. Колено попало в лужу. Бронза была холодной снаружи и тёплой у канала. Даром я сжал металл по краям трещины, не пытаясь её заплавить. Нужно было лишь не дать краям разойтись.

— Готово, — сказал начальник батареи.

— Стреляй.

Пушка рванулась назад. Канаты натянулись, одно кольцо вышло из земли на ладонь. От трещины в ладонь ударила резкая боль. Я удерживал края, пока ствол не лёг обратно на брёвна.

Ядро ударило почти в центр синего заслона. Щит не лопнул, но прогнулся. Маг рухнул на колени и упёрся руками в землю. Арбалетные болты прошли над копьями, кремнёвые звенья выстрелили с двух сторон. Атаковавший пушку отряд остановился у самого орудия.

Грит поднялся за плоским камнем. Его выстрел прозвучал отдельно от залпа.

Наводчик второй трубы Гальта как раз встал на колесо телеги, чтобы разглядеть поверх дыма открытый проход в нашем строю. Пуля ударила его в грудь. Он свалился назад, задел фитильщика и уронил