Критическая масса - Дэниэл Суарез

Пройдя контроль безопасности и оказавшись в узком вестибюле, они увидели по обе стороны примерно дюжину мужчин и женщин — одни в синих комбинезонах, другие в галстуках и белых строительных касках. Этот встречный комитет, судя по всему, стал сюрпризом для охраны, которая попыталась оттеснить толпу.

— Господа! Дамы! Прошу вас. Сегодня здание закрыто.

Ближайший из группы — подтянутый мужчина лет пятидесяти с коротким ёжиком — протянул руку Чиндаркар. — Чёрт возьми, вы вошли в историю. Для меня честь познакомиться с вами, доктор Чиндаркар. Не позволяйте людям в костюмах помыкать вами.

Она растерялась. — Спасибо.

— Нет. Это вам спасибо.

Охрана двинулась вперёд, пытаясь их разлучить. — Прошу вас, полковник. Сэр…

Мужчина отмахнулся от охранника и повернулся к Тай.

Тем временем другая встречающая — женщина-астронавт — пожала руку Чиндаркар с улыбкой. — Вы для нас всех — пример для подражания.

— Я… Спасибо.

Пока Чиндаркар пробиралась сквозь этот живой коридор техников и астронавтов, охрана продолжала оттеснять их — безуспешно. Шеренга улыбающихся лиц напирала. Видимо, весть разошлась среди особой касты засекреченных лётчиков-испытателей, астронавтов и авиакосмических инженеров, и те не собирались упускать возможность встретиться с экипажем, который продвинулся дальше и достиг в космосе большего, чем кто-либо в истории.

К тому моменту полковник, успевший пожать руки Чиндаркар и Тай, встал рядом с Джином, который с молчаливым удивлением наблюдал, как тот отдаёт ему честь.

— Капитан Джин. Мне сказали, что вы выполнили манёвр аэроторможения. Вы, сэр, чертовски талантливый пилот.

Джин на секунду замер, выпрямился и ответил на приветствие — пилот пилоту.

Затем они тепло пожали друг другу руки. Другие американские астронавты энергично пожимали руку Джину. Кто-то хлопал его по спине. Уважение со стороны американских коллег явно удивило Джина, и несколько минут он провёл, отвечая на рукопожатия и воинские приветствия.

Наконец вошли ещё охранники и оттеснили толпу. Чиндаркар и её коллег поспешно провели через массивную броневую дверь, за которой оказалась конференц-зала без окон.

Дверь с гулом захлопнулась за ними, когда их провели к свободным местам у большого стола переговоров, за которым уже сидели представители гражданских и военных ведомств.

Чиндаркар опустилась на стул и бросила взгляд на Джина — тот явно чувствовал себя не в своей тарелке в комнате, полной сотрудников американского правительства. Дальше за ним сидели Рошá, Тай и Як.

Во главе стола стоял пожилой человек со строгим лицом — с пышной, тщательно уложенной белой шевелюрой и безупречным тёмным костюмом, украшенным лацканным значком в виде американского флага. От него исходило спокойное самообладание. — Доктор Чиндаркар. Господин Тай. Капитан Джин. Космонавт-исследователь Яковлев. Господин Рошá. Благодарим, что согласились встретиться с нами сегодня. Мы понимаем, что ваш график очень плотный, поэтому перейдём сразу к делу: правительство Соединённых Штатов располагает сведениями о том, что трое из вас принимали участие в незаконной миссии по добыче полезных ископаемых на астероиде в открытом космосе в период с 2033 года по…

— Позвольте. — Рошá осторожно поднял палец. — Мы возражаем против характеристики экспедиции к Рюгу как «незаконной». Она выходила за рамки устоявшегося космического законодательства, однако…

— Успокойтесь, counselor. Соглашения о неприкосновенности у вас уже на руках. — Пожилой мужчина повернулся и обратился непосредственно к Чиндаркар, Тай и Джину: — Тем более что вас ждут куда более серьёзные проблемы. Организовав свою экспедицию, Натан Джойс обманул очень опасных людей на миллиарды долларов — людей, отмывавших деньги для диктаторов и преступных синдикатов. И эти люди убеждены, что им принадлежит корабль для добычи полезных ископаемых «Константин», а также ресурсы с астероида, которые вы трое доставили на лунную орбиту. — Он обернулся к Рошá. — Более того, господин Рошá, осмелюсь заметить, что у этих диктаторов и преступников куда более весомые претензии на них, чем у вас.

Рошá прочистил горло. — Кредиторам Натана Джойса ещё предстоит доказать в суде с надлежащей юрисдикцией как сам факт существования «Константина», так и ресурсы, которые он якобы добыл.

— Оставьте свои юридические танцы. Существование «Константина» и этих ресурсов не вызывает сомнений, и речь идёт не просто о правовой игре. Натан Джойс не покончил с собой из-за стыда. Он знал, что его ждёт, и надеюсь, что вы тоже понимаете, что вас ждёт, если счета не будут урегулированы с этими людьми. Кто-то должен им четырнадцать миллиардов долларов, и неужели вы и вправду думаете, что траектория ваших астероидных ресурсов долго останется в тайне, если какой-нибудь диктатор или уголовный авторитет схватит вас и ваших друзей среди ночи и выбьет из вас орбитальные элементы пытками?

Чиндаркар и остальные повернулись к Рошá. То, что вдруг показалось ей очевидным, долгое время было скрыто за коктейльными приёмами Рошá для инвесторов и встречами с астропредпринимателями. Почему я не поняла этого раньше? Как я могла быть такой наивной?

Она подумала о семье Адисы. И о семье Морры. Их личности к этому времени, конечно, уже установлены — особенно с учётом того, что ога Адисы был причастен к делу. Это было так далеко от того, чего хотела Чиндаркар. Как давно Рошá об этом знал?

Рошá не выглядел обеспокоенным этой новостью — и даже встревоженным. Вместо этого он сделал глоток из стоявшей перед ним бутылки с водой и обратился к чиновникам: — Насколько мне известно, китайское правительство полностью рассчиталось с офшорными инвесторами господина Джойса — и теперь КПК претендует на полное владение «Константином».

Пожилой мужчина приподнял бровь. — И вы полагаете, что это улучшает ваше положение? — Он сделал жест в сторону Рошá, но обратился к Чиндаркар, Джину и Тайу. — Это заставляет меня задуматься: а владеет ли Catalyst Corporation вообще хоть чем-нибудь?

Чиндаркар тихо выругалась сквозь зубы.

Джин наклонился к Рошá. — Китай теперь претендует на владение «Константином»? Почему вы не сообщили нам об этом раньше?

Рошá прошипел сквозь сжатые зубы: — А зачем, по-вашему, мы здесь, Хан?

Пожилой мужчина продолжил: — К счастью для вас, четырнадцать миллиардов — не полная стоимость «Константина»: сам Джойс вложил ещё десять миллиардов — инвестиции, которые Соединённые Штаты теперь изымают в счёт погашения задолженности по налогам и уголовных штрафов. Таким образом, у Америки тоже есть доля в «Константине» и его ресурсах.

Он провёл пальцем по экрану планшета. — И всё же Китай сделал не только это: он также оказал техническую и оперативную поддержку