Бледные Лица - Влад Апостол

— Всю?

Алекс на секунду закрыл глаза.

— Ту, от которой нас не застрелят сразу.

Матео коротко выдохнул. Почти смех, но сломанный.

— У вас ужасный талант выбирать слова.

— Зато ты меня понял.

Он положил ключи на панель. Открыл дверь левой рукой и вышел, держа правую поднятой. Ноги после трёх дней в яме и часа за рулём слушались плохо. Колено дрожало так заметно, что он разозлился на него, как на отдельного человека.

Матео вышел с другой стороны слишком быстро, спохватился уже на полпути и резко поднял обе руки. Дверь осталась открытой за его спиной, покачиваясь от ветра.

— Руки выше! — крикнули с дороги.

Из тумана справа появились двое военных. Потом ещё двое слева. Они шли не прямо к машине, а дугой, держась на расстоянии. Лица закрыты масками, поверх касок натянуты прозрачные щитки. На автоматах — фонари. Свет прыгал по дверям, по багажнику, по лицу Алекса.

— На колени!

Алекс опустился на асфальт. Колени сразу намокли. Матео рядом выругался шёпотом и тоже опустился.

— Руки за голову!

Они подчинились.

Один из военных подошёл к машине и заглянул внутрь, не касаясь дверцы. Второй держал их под прицелом. Третий обошёл багажник и посветил на номер. Четвёртый остановился позади Алекса.

— Имена.

— Алекс.

— Полностью.

Алекс назвал имя, фамилию, гражданство. Слова вылетели сухо, как на паспортном контроле.

— Второй.

— Матео Ривера. Испания.

— Откуда машина?

Алекс повернул голову чуть в сторону.

— Нас подобрал мужчина. Рамон. На дороге. На него напали.

— Не поворачиваться.

Алекс снова смотрел в асфальт.

— Где мужчина?

— Он погиб.

— Вы его видели мёртвым?

Пауза получилась слишком длинной.

— Нет.

Военный ничего не сказал. Только щёлкнул ручкой по планшету.

Второй полез в салон. Сначала достал рацию, потом канистру, потом рюкзак Матео. Положил всё на асфальт. Из бокового кармана рюкзака выпала мокрая салфетка, в которую были завернуты срезанные жёлтые браслеты.

Солдат развернул её двумя пальцами.

— Это что?

Матео молчал.

— Это что? — повторил солдат.

— Браслеты, — сказал Алекс.

— Их надели на границе.

— Почему сняты?

Алекс услышал, как Матео вдохнул рядом.

— Мы ушли оттуда.

— Ушли?

— Через дренажную трубу.

Солдат посмотрел на другого. Тот коротко сказал в рацию:

— Два самовольных выхода из первичной зоны. Контакт неизвестен. Одна гражданская машина, кровь на передке, внутри канистра, полицейская рация.

Рация ответила треском.

Вертолёт начал уходить в сторону, но не улетел. Просто сместился выше дороги и повис там, как тяжёлое насекомое.

У Алекса проверили руки, шею, лицо. Попросили открыть рот. Светили фонарём в глаза. Один солдат провёл пластиковым щупом вдоль рукавов, потом по штанинам, не прикасаясь ладонями.

— Укусы?

— Нет.

— Царапины?

— Были. В трубе. Об бетон.

— Покажите.

Алекс поднял рукав. На предплечье была длинная подсохшая полоска. Солдат наклонился, посмотрел, не приблизив лицо.

— Второй.

У Матео была содранная кожа на костяшках пальцев и синяк на скуле. На колене — грязная повязка из салфетки и изоленты.

— Укус?

— Нет.

— Покажите колено.

Матео поднял край повязки. Кожа под салфеткой была содрана, грязная по краям, но без следов зубов.

Солдат посветил фонарём, задержал луч на несколько секунд и опустил его.

— Встанете только по команде.

Через десять минут приехал грузовик.

Не скорая и не военный броневик. Обычный белый грузовик с высоким кузовом, только окна кабины были закрыты сеткой, а на борту краской написано: «ПРИЁМ». Под надписью кто-то приклеил новую бумагу: «КАРАНТИННАЯ ДОСТАВКА».

Их посадили внутрь.

В кузове уже сидели люди.

Шесть человек на металлических лавках, друг напротив друга. Мужчина с забинтованной рукой. Женщина в деловом костюме, босиком, туфли стояли у неё на коленях. Два парня в рабочих жилетах, оба в пыли, один с рассечённой бровью. Старик с маленькой собакой в сумке. Собака не лаяла, только дрожала так сильно, что сумка шевелилась.

Матео сел слишком резко, лавка звякнула.

— Осторожнее, архитектор, — сказал Алекс.

— Я теперь без тубуса. Могу официально быть кем угодно.

Женщина в костюме подняла на них глаза.

— Если будете кем угодно, выберите врача.

— Не получится, — сказал Матео. — Я падаю в обморок от вида крови.

Мужчина с повязкой посмотрел на его грязную одежду, на лицо, на колени.

— Плохо выбрали неделю.

Матео хотел что-то ответить, но только устало улыбнулся.

Двери закрылись снаружи.

Грузовик тронулся.

Внутри не было окон, только узкие вентиляционные прорези под потолком. Через них входил серый свет и запах дизеля. На полу между лавками лежала пластиковая бутылка без крышки. Она каталась при каждом повороте, стукаясь то о ботинок Алекса, то о металлическую стенку.

Женщина в костюме посмотрела на них. Тушь у неё размазалась под одним глазом, но осанка оставалась такой, будто она всё ещё сидела в переговорной.

— Вас где взяли?

— На дороге, — сказал Матео.

— Всех на дороге.

— А вас?

— В офисе продаж. Я продавала квартиры, которых больше, возможно, нет. Очень перспективная работа.

Она снова уставилась в свои туфли.

— Зато обувь дорогая, — сказал парень с рассечённой бровью.

— Можете забрать. Размер тридцать восемь.

— Мне жмёт даже смотреть.

Мужчина с повязкой спросил:

— Там город ещё стоит?

Алекс понял не сразу.

— Бадахос?

— Да.

Матео ответил:

— Стоит.

Мужчина кивнул, будто это было хоть чем-то.

— А люди?

На этот вопрос никто не ответил.

Грузовик ехал недолго. Минут двадцать, может, полчаса. Время без окон стало условным. Иногда они останавливались. Снаружи слышались голоса, команды, металлический лязг ворот. Один раз кто-то ударил по кузову ладонью:

— Не вставать!

Старик прижал сумку с собакой к груди.

— Она привитая, — сказал он неизвестно кому.

Собака высунула нос из сумки и лизнула молнию.

— У неё документы лучше моих, — добавил старик. — Паспорт, прививки, печать. Если кого и выпускать, так её.

Женщина в костюме тихо засмеялась. Не от веселья. Просто звук вышел сам, как кашель. Один из парней в жилете тоже фыркнул, но тут же замолчал, будто смех мог привлечь внимание снаружи.

Когда двери открылись, день стал ярким до боли.

Их выгрузили на площадке перед старым логистическим комплексом. Раньше здесь, наверное, были склады и стоянка грузовиков. Теперь стояли палатки, бетонные блоки, заборы в два ряда, цистерны с водой, генераторы, прожекторы, медицинские контейнеры.