Воздушная кавалерия. Том 10 - Джек из тени

— Я всё понял уже, — устало, прикрыв глаза, ответил князь. Вся его империя, выстраиваемая десятилетиями, рухнула за одно утро. — Я сдам всех. Я отдам ключи от трастов, шифры «Организации», схемы движения денег. Только дайте мне уйти.

— Как пожелаешь, Мишенька, — ласково прощебетал голос, и от этой интонации у Юрьевского волосы на затылке встали дыбом. — Только вот отчего-то я уверена, что уходить ты не захочешь…

Абонент оборвал звонок. Короткие гудки прозвучали в тишине кабинета как удары молотка по крышке гроба.

Юрьевский остался наедине со своими мыслями. Внешний мир перестал существовать, сузившись до размеров дверного проема. Он слышал, как там, за толстым дубовым полотном, остатки его личной гвардии во главе с Глебом Захаровым отчаянно пытались удержать лестничный пролет на четвертый этаж. Светлейший различал длинные, захлебывающиеся очереди, глухие уханья разрывов гранат. Затем сквозь грохот прорвались крики боли, звон скрестившихся артефактных клинков и влажный хруст ломаемых костей…

Неожиданно наступила тишина.

Она обрушилась на уши, оглушая сильнее взрывов. Больше никто не кричал. Никто не стрелял очередями. Лишь мерно капала вода из пробитых труб отопления.

А чуть позже стали различимы аккуратные, размеренные шаги. Кто-то тяжело ступал по каменной крошке, битому стеклу и осыпавшейся штукатурке. Шаги были всё ближе. Периодически идущие останавливались, и тогда Юрьевский слышал одиночные, сухие выстрелы. Ими хладнокровно добивали раненых. Контрольный в голову. Шаг, еще один…

Медленно, с противным скрипом покосившихся петель, открылась дверь в кабинет, и князь увидел ствол…

В кабинет шагнул «серый». Боец «Организации» двигался без суеты. Никаких резких рывков или демонстрации превосходства. Лишенный любых опознавательных знаков штурмовой доспех поглощал тусклый свет аварийных ламп. Узкий визор шлема медленно, словно объектив камеры, повернулся в сторону сидящего на полу патриарха. Штурмовик плавно поднял короткоствольный штурмовой автомат, наводя его глушителя точно в переносицу Юрьевскому.

Светлейший не стал зажмуриваться. Он лишь криво усмехнулся разбитыми губами, ожидая вспышки.

Вспышки не последовало.

Пространство в полуметре от «серого» внезапно пошло густой рябью. Оптический камуфляж, идеальный до этой секунды, лопнул, осыпавшись мерцающими гексагонами. Из образовавшейся пустоты, словно удар молнии, вынырнула затянутая в черное рука. Пальцы в тактической перчатке железной хваткой сомкнулись на раскаленном стволе автомата, рывком уводя его в сторону и вверх.

Выстрел ушел в расписной потолок, выбив облачко гипсовой пыли, а в следующую долю секунды вторая рука неизвестного бойца уже завершала смертоносную дугу. Широкий армейский клинок вошел в сочленение между шлемом и воротником «серого», а затем повернулся на пол-оборота, расширяя раневой канал.

Кровь под давлением ударила в стену, окропив дорогие обои и лицо Юрьевского горячими каплями.

Боец в черной броне с серебряным шевроном волка на плече окончательно сбросил маскировку. Он не стал выдергивать нож. «Серый», несмотря на смертельную рану, оказался пугающе живучим. Его руки, ведомые остаточными рефлексами и боевой химией, отпустили автомат, и пальцы судорожно рванулись к набедренной кобуре с крупнокалиберным пистолетом. Он хотел забрать своего убийцу с собой.

Но маневр был прочитан еще до его начала.

Строгановский штурмовик перехватил тянущуюся к оружию руку врага, одновременно нанося короткий, удар ботинком под колено опорной ноги «серого». Боец «Организации» рухнул на одно колено, потеряв равновесие.

Черный боец действовал с эффективностью промышленного пресса. Вторым слитным движением он выбил пистолет из ослабевших пальцев противника, а затем обрушил свое бронированное колено прямо в визор шлема «серого».

Враг дезориентирован. Жесткий захват на болевой — рука «серого» вывернута под неестественным углом, фиксируя обмякшее тело в согнутом пополам положении. Строгановец неуловимым движением выхватил из собственной кобуры пистолет. Ствол уперся в основание шеи, точно под нижний срез шлема.

Глухой, приглушенный интегрированным глушителем выстрел поставил финальную точку. Тело «серого» дернулось и безвольным кулем осело на залитый кровью паркет.

Все это, от появления спасителя из ниоткуда до контрольного выстрела, заняло не больше трех секунд. Юрьевский, уже успевший попрощаться с жизнью, судорожно втянул носом воздух, чувствуя, как бешено колотится сердце.

А выстрел в кабинете словно сорвал невидимую пломбу. За стеной, в широком коридоре второго этажа, мгновенно разразился ад. Но это был странный, пугающий ад. Светлейший слышал плотные, частые хлопки выстрелов из оружия с глушителями, глухие удары тел о стены, визг скрестившихся артефактных лезвий и треск лопающихся пылевых барьеров. Но ни одного крика. Ни стонов раненых, ни мата, ни яростных боевых кличей. Обе стороны убивали друг друга в абсолютном молчании, словно за дверью столкнулись не живые люди, а две армии призраков.

— Нам пора, — сухо и безразлично произнес боец в черном.

Он не стал дожидаться, пока у патриарха пройдет шок. Стальная хватка сомкнулась на плече Юрьевского, рывком вздернув обмякшего князя на ноги. Боец бесцеремонно, прикрывая собой, потащил светлейшего к выходу из кабинета.

Переступив через изуродованное тело «серого», они вышли в коридор. И здесь Юрьевский, несмотря на затуманенный болью и страхом разум, смог по достоинству оценить уровень мастерства тех, кого граф Строганов называл «своими людьми».

Коридор представлял собой бойню, устланную телами в серой броне. Воздух был сизым от пыли и пороховых газов. Но хаоса здесь не было, отряд сработал как швейцарские часы.

Безвозвратных потерь среди черных не наблюдалось. Трое бойцов Строганова сидели, прислонившись к мраморной стене, пока медики в такой же тяжелой броне оказывали им помощь. Никаких бинтов или жгутов. В руках полевых врачей пульсировали сгустки концентрированной зеленой Пыли, которые заливались прямо в открытые раны, мгновенно купируя артериальные кровотечения и сращивая разорванные ткани на глазах.

Остальная группа методично «проверяла» лежащих на полу «серых». Короткие, одиночные выстрелы в головы гарантировали, что ни один враг не попытается выкинуть фокус со спрятанной гранатой.

Внезапно идущий впереди колонны гигант, боец поистине медвежьих габаритов, закованный в усиленную, штурмовую броню, резко остановился. Он развернулся на пятках, перехватывая свой чудовищных размеров прямой клинок. Юрьевскому на долю секунды показалось, что лезвие летит прямо ему в лицо. Князь инстинктивно вжал голову в плечи, зажмурившись.

Тяжелый удар сотряс стену буквально в десяти сантиметрах от левого уха светлейшего. Юрьевский распахнул глаза.

В стену, пробив дорогую деревянную панель и уйдя в кирпичную кладку на добрую половину лезвия, вошел клинок. А на самом лезвии хрипело и дергалось тело еще одного «серого». Маскировочный контур наемника «Организации», пробитый артефактным металлом, с треском коротнул и осыпался, явив врага, который подобрался к ним вплотную под оптическим камуфляжем.

Еще один контур преломления света дрогнул возле мраморной колонны. Но гигант уже