Воздушная кавалерия. Том 10 - Джек из тени

Юсупов замер. Рука с трубкой одеревенела.

Слова Шереметева не укладывались в голове. Откатываются? Гибнут? Последняя сводка, которую он получил до того, как Строганов обрушил связь, говорила об успешном продавливании обороны. Они гнали защитников к главному зданию!

Князь медленно, словно боясь увидеть нечто страшное, перевел взгляд на Игнатова. Командир гвардии, перехватив взгляд сюзерена, опустил глаза. Игнатов знал. Он получал обрывочные доклады от посыльных, пока патриарх пытался дозвониться. Он просто не успел, или не решился сказать, что штурм усадьбы Ростовых захлебнулся в крови, как только там появились ударные беспилотники и координаторы Аудитора.

Осознание собственного бессилия накрыло Юсупова ледяной волной. Признаться сейчас посланнику, что он сидит в бункере, слепой и глухой, отрезанный от собственных войск — значило расписаться в полной потере контроля над ситуацией. А Канцелярия со слабыми не договаривается.

Юсупов промолчал.

— Зато граф Строганов четко донес свою позицию, — продолжил Шереметев, наслаждаясь тишиной в эфире. — Помощи вам ждать, считай, неоткуда. Вы сами изолировали себя, князь, когда решили сыграть в эту грязную игру.

— Вы остановите это? — хрипло, растеряв весь лоск, выдавил Михаил Олегович. — Это бойня. Вы обязаны вмешаться.

— Сам по себе случай довольно беспрецедентный, — философски заметил посланник. — Иначе я бы уже отдал приказ Особому Корпусу блокировать оба района, с учетом взаимных обвинений в подлоге и использовании наемников. Но…

Шереметев выдержал издевательскую паузу.

— Но князь Ростов не отказался от возможности довести все до конца. Он официально подтвердил, что готов принять вызов на своей территории и не требует прекращения вендетты. А раз обе стороны жаждут крови… поэтому я досмотрю до конца. Вы хотели войны, Михаил Олегович. Вы ее получили. Всего хорошего вам, князь…

Короткий щелчок и линия умерла.

Князь Юсупов еще несколько секунд сидел, замерев, с прижатой к уху трубкой аппарата правительственной связи. В его остекленевшем взгляде, направленном в пустую стену, отражалось крушение империи, которую его предки выстраивали столетиями. Шереметев, бездушный винтик имперской Канцелярии, только что изящно, в полном соответствии с буквой закона, закрыл за Юсуповыми крышку гроба.

— Отец? — голос Андрея Юсупова дрогнул, разрушая тишину оперативного зала. Молодой княжич переминался с ноги на ногу у края массивного стола с картами. Его лицо, еще недавно искаженное спесью и жаждой крови Ростовых, теперь приобрело землисто-серый оттенок. — Отец, что он сказал? Когда прибудут жандармы Особого Корпуса? Они же обязаны остановить эту чушь, что сотворил Строганов!

Юсупов-старший медленно повернул голову. Он посмотрел на своего наследника так, словно видел его впервые. Взгляд патриарха был тяжелым, лишенным родственного тепла — это был взгляд человека, оценивающего безнадежно испорченный актив. Андрей всё еще цеплялся за старую реальность. За мир, где древняя фамилия служила непробиваемым щитом, а любой конфликт можно было решить взяткой, звонком нужному министру или апелляцией к имперскому своду законов.

Мальчик так и не понял, что правила игры изменились ровно в тот момент, когда кольцо скользнуло на палец рыжей девчонки из рода Ростовых.

— Жандармов не будет, Андрей, — сухо, словно пережевывая битое стекло, произнес князь. — Никто не придет. Мы в изоляции, а Строганов в своем праве.

— В каком, к дьяволу, праве⁈ — взвизгнул наследник, срываясь на истерику. Он ударил кулаком по столу, заставив подпрыгнуть пустые кофейные чашки. — Он громит нашу резиденцию! Убивает наших людей!

Ответить патриарх не успел.

Сводчатый потолок бункера содрогнулся. Вибрация, рожденная где-то на поверхности, прошла по мощным бетонным перекрытиям, отдавшись дрожью в подошвах туфель. И тут же, перекрывая гул вентиляционных шахт, взвыла сирена боевой тревоги. Надрывный, пульсирующий вой заполнил помещение, мигая в такт вспыхнувшим красным лампам аварийного освещения.

Оперативный зал мгновенно взорвался хаотичным движением. Игнатов, до этого мрачной тенью стоявший за спиной князя, бросился к коммутаторной стойке. Десятки аппаратов внутренней связи, раскиданных по периметру усадьбы, зазвонили практически одновременно, сливаясь в невыносимую трескотню.

— Что там, Игнатов? — спросил князь.

— Территорию дворца накрывает, ваша светлость, — не отрываясь от аппаратов, быстро доложил полковник. — И это не дым от пожаров. Наблюдатели докладывают о плотном, неестественно густом тумане. Он генерируется искусственно, источниками за пределами нашей внешней ограды. Ветер его не сносит.

— Обычная дымовая завеса? — нахмурился Юсупов. — Пустите по низам Кинетиков воздуха, пусть сдуют эту дрянь направленными потоками!

— Никак нет, это не дым, — Игнатов поднял на патриарха тяжелый взгляд. — Гвардейцы на периметре говорят, что смесь содержит мелкодисперсную взвесь, пропитанную инертной Пылью. Наша оптика ослепла. Мы физически не видим дальше собственного носа.

— Радары? — Юсупов повернулся к техникам, колдующим над уцелевшими армейскими консолями ПВО, которые не были подключены к общей информационной сети.

— Небо чистое, ваша светлость! — нервно отозвался старший оператор, вглядываясь в зеленый круг. — Ни одной отметки. Сканеры активны, излучатели работают на максимальной мощности, но над нами никого нет.

В этот момент зазвонил телефон с прямой линией на крышу восточного флигеля, где располагался один из ключевых постов визуального наблюдения. Игнатов сорвал трубку.

— Слушаю!

Голос наблюдателя на том конце провода срывался, переходя на фальцет. Давно не участвовавший в реальных боевых действиях боец был близок к панической атаке.

— Господин полковник! Я их слышу! Слышу турбины! Прямо над нами! — орал наблюдатель в трубку так громко, что Юсупов отчетливо разбирал слова. — Они садятся прямо в туман, сбрасывая маскировку в последний момент! Десантные машины!

— Почему молчит ПВО⁈ — взревел Игнатов.

— Радары молчат! А визуально — они пробивают слой тумана, зависают на секунду у самой земли и тут же почти что свечой уходят вверх! Я насчитал уже восемь посадок в северном парке и не меньше пяти за оранжереей!

Полковник медленно положил трубку.

Строганов использовал тактику, которая ломала классические шаблоны обороны. Его транспортные платформы были оснащены системами РЭБ такого уровня, что радары Юсуповых воспринимали их как фоновый шум. Невидимые для приборов машины просто падали с небес в непроглядную аэрозольную мглу, сбрасывали десант и мгновенно растворялись в небе.

— Оценочная численность? — севшим голосом спросил Юсупов.

Игнатов быстро прикинул в уме грузоподъемность тяжелых десантных дирижаблей, характеристики которых ему были известны по общим армейским справочникам.

— Учитывая количество зафиксированных посадок и время нахождения машин в нижней точке… — полковник сглотнул. — Человек пятьсот, не меньше. Полноценный штурмовой батальон, развернутый прямо на наших газонах.

Андрей Юсупов издал сдавленный звук и осел на стул, обхватив голову руками.

— Прикрыть зоны высадки! — скомандовал патриарх, пытаясь сохранить остатки контроля. — Перебросьте резервы к оранжерее и в северный парк! Блокируйте их там!

— Некем, ваша светлость, — Игнатов покачал головой, и в его