Воздушная кавалерия. Том 10 - Джек из тени

class="p1">Грохот в замкнутом пространстве ударил по барабанным перепонкам даже сквозь активные наушники. Направленный удар вынес стальную плиту целиком, обрушив ее внутрь зачищаемого помещения. Плита с жутким лязгом рухнула на мраморный пол, раздавив зазевавшегося гвардейца Юсуповых.

В образовавшийся проем, окутанный сизым дымом и едкой пылью, мгновенно полетел пяток цилиндров светошумовых гранат. Канонада хлопков слилась в единый грохотот.

Вперед шагнули двое штурмовиков. Перед собой они держали массивные ростовые щиты. Лицевые панели щитов вспыхнули. Мощнейшие стробоскопы, запитанные от пылевых батарей, начали пульсировать с частотой сто двадцать вспышек в секунду. Ослепительно-белый, режущий глаз свет превратил коридор в адскую дискотеку. Защитники, чудом устоявшие после взрыва и гранат, физически не могли открыть прицельный огонь. Их вестибулярные аппараты сходили с ума, сетчатка выжигалась, вызывая дикую дезориентацию и приступы тошноты.

Из-за щитов выдвинулись стволы штурмовых автоматов. Тридцать секунд, и сектор был полностью зачищен. Командир тройки перешагнул через дергающееся в агонии тело в цветах Юсуповых и сделал разрешающий жест идущему следом инженерному звену. Успешный успех требовал повторения на следующем рубеже.

Но там, где гермозатворы были толще, а помещения шире, работали иначе.

Строгановские спецы на той стороне, подключив принесенный на горбу мобильный пылевой генератор прямо к обесточенным коммуникациям, подали напряжение в обход мертвой цепи. Моторы натужно завыли. Стальная плита, весившая не меньше тонны, со скрипом, высекая снопы искр из перекошенных направляющих, медленно поползла в сторону.

Образовалась щель шириной в ладонь. Затем в две…

— Огонь! Огонь на подавление! — в истерике завопил Климов, нажимая на спуск.

Двадцать стволов одновременно ударили в расширяющийся проем. Пули рикошетили от стальных кромок, высекая фонтаны искр. Свинец заливал щель сплошным потоком. Защитники в ужасе опустошали магазины, надеясь превратить в решето любого, кто попытается сунуться.

Но в щель никто не лез. Туда, словно издеваясь, влетела целая гирлянда черных ребристых цилиндров. Они отскочили от пола и покатились под ноги гвардейцам.

— Гранаты! Ложись!

Это было последнее, что успел крикнуть Климов. Взрывы термобарических зарядов выжгли воздух в коридоре, сплющив внутренние органы защитников. А затем в расширившийся проем шагнули черные фигуры со стробоскопами на щитах. Очередная партия трупов усеяла пол дворца Юсуповых…

Но хуже всего в эту ночь приходилось тем, на чьем пути оказалась новоявленная графиня. Наталья Строганова, урожденная княжна Ростова, шла по коридорам дворца с таким видом, словно прогуливалась по Невскому проспекту.

И раз уж судьба, в лице мужа и его пугающей помощницы, вручила ей этот специфичный дар, Наталья не видела ни одной причины им не пользоваться на всю катушку…

Девушка остановилась. Впереди, в свете фонарей ее сопровождения, маячила новая преграда. Это был главный гермозатвор, ведущий на минус третий этаж — в святая святых, туда, где находился бункер патриарха Юсупова. Толстенная плита, прошитая артефактными нитями для рассеивания пылевых ударов.

За этой плитой закрепилось не меньше сотни отборных стрелков. Элита гвардии, личная охрана князя, вооруженная до зубов. Капитан Зимин, командир штурмовой роты сопровождения, шагнул вперед, оценивающе постучав костяшками пальцев по броневой стали. Звук получился глухим, как из могилы.

— Здесь так просто не возьмем, госпожа, — доложил офицер, — Толщина сантиметров сорок. Моторы они с той стороны физически обрубили, никак иначе. Придется тащить плазменные резаки. Это минут сорок работы.

Наталья слегка склонила голову набок. Лиловое свечение в ее глазах пульсировало в полумраке коридора, отбрасывая жутковатые отблески на бледную кожу.

— Сорок минут? — она усмехнулась. — Долго! Справимся сами, чуть по другому.

Она подняла руки и медленно, палец за пальцем, стянула перчатки.

— Оттяните людей назад. — приказала Наталья. — И отключите фонари по моей команде.

Капитан не стал спорить. Приказы этой сумасшедшей рыжей фурии не обсуждались, тем более графиня за последний час уже показала, на что способная. Он махнул рукой, и тени штурмовиков бесшумно откатились на пятнадцать метров назад, скрывшись за поворотом коридора.

Наталья осталась одна перед монолитной стальной стеной. Она сделала глубокий вдох, успокаивая бьющееся сердце. Закрыла глаза и положила обе обнаженные ладони на холодный металл гермозатвора.

Ее измененное восприятие мгновенно провалилось в структуру преграды. Она чувствовала связи, легирующие присадки, плотность артефактных нитей…

От девичьих ладоней во все стороны по стальной плите потянулись тонкие, едва заметные ручейки голубоватого света. Они ветвились, сплетались, образуя правильный круг диаметром около трех метров. Наталья открыла глаза. Лиловое пламя в ее зрачках вспыхнуло с неистовой силой, вступая в резонанс с голубым контуром.

Круг начал разгораться.

По ту сторону двери, в холле минус третьего этажа, царило напряженное ожидание. Сотня бойцов Юсуповых, укрывшись за баррикадами, держала ворота на прицеле. Воздух здесь тоже был спертым, но работали химические регенераторы.

— Командир, — нервно сглотнул один из пулеметчиков, не отрывая взгляда от стальной стены. — Температура растет.

Офицер нахмурился, он тоже это почувствовал. В холле становилось жарко. Очень жарко! Воздух задрожал, запахло жженой краской. Бойцы на передовой линии баррикад начали покрываться липким потом. А затем они это увидели.

На монолитной серой поверхности гермозатвора проступил огненный контур. Сначала он был едва заметен, как вишневое каление, но с каждой секундой цвет становился все ярче. Красный… Желтый… Ослепительно-белый!

— Всем приготовиться!

По ту сторону двери Наталья чувствовала, как металл под ее ладонями теряет кристаллическую решетку, превращаясь в жидкость. Когда белый круг проплавился на всю глубину сорокасантиметровой плиты, Наталья отняла ладони от металла. Сделала короткий выдох, сжала правую руку в кулак, концентрируя на костяшках уплотненный щит, и врезала по центру вырезанного диска.

Многотонный стальной цилиндр с оглушительным грохотом вылетел в коридор и обрушился внутрь холла минус третьего этажа.

— Огонь!!!

Но в этот самый миг, еще до того, как пальцы гвардейцев вжали спусковые крючки, произошло два события.

За спиной Натальи, по заранее оговоренной команде, бойцы погасили абсолютно все фонари. Коридор провалился в непроглядную черноту. А сама графиня, шагнув в зияющую, дымящуюся по краям дыру пролома, выпустила вперед невидимую волну Пыли. Волна разошлась по холлу, мгновенно разрядив в ноль все некрупные элементы питания.

Тактические фонари на стволах защитников вспыхнули и погасли. Вырубились аварийные светильники, висевшие на стенах. Абсолютная тьма накрыла сотню вооруженных до зубов людей.

Кто-то из гвардейцев Юсуповых, чьи нервы натянулись до предела и лопнули, не выдержал. Он нажал на спуск своего автомата, давая длинную очередь прямо в темноту, туда, где должен был быть пролом. Вспышки дульного пламени осветили холл.

И в этих коротких, рваных вспышках защитники увидели смерть.

К ним навстречу, плавно переступая через дымящийся край стального диска, шла девушка с рыжей косой. Она не пряталась за щитами, не кралась по стенам. Она шла в полный