Воздушная кавалерия. Том 10 - Джек из тени

был там. Он не стал тратить время на извлечение оружия. Бронированный кулак, окутанный тусклым багровым свечением активной Пыли, врезался в пустоту. Воздух лопнул, маскировка слетела, и перед гигантом материализовался очередной «серый», отброшенный ударом на полшага.

Враг попытался вскинуть ствол, но второй удар строгановского штурмовика был смертелен. Кулак-кувалда обрушился прямо по центру лицевой пластины шлема. Полимер треснул, сминаясь внутрь вместе с лицевыми костями владельца. Густая, темная кровь брызнула сквозь трещины визора, заливая перчатку гиганта. Тело рухнуло на паркет, как мешок с мокрым песком.

— Чисто, — констатировал гигант, спокойно выдергивая свой клинок из тела первого убитого и обтирая лезвие об обивку дивана.

После этого короткого, но предельно ясного урока выживания, группа замерла. Они прождали еще пару минут, удерживая периметр, пока авангард не подал сигнал. Лестничные пролеты на верхний уровень были проверены дважды, растяжки сняты, слепые зоны просканированы.

— Выдвигаемся на крышу. Точка эвакуации подтверждена, — скомандовал старший.

Провожатый Юрьевского снова дернул князя за плечо, заставляя переступать ватными ногами. Они начали подъем по широкой винтовой лестнице.

Каждая ступенька отдавалась в сломанных ребрах патриарха колющей болью. Дыхание сбивалось, перед глазами плыли черные круги, но он упорно карабкался наверх, подгоняемый железной хваткой конвоира. Воздух становился холоднее, пахло озоном и дождевой влагой.

Наконец, тяжелая бронированная дверь, ведущая на плоскую крышу резиденции, была выбита направленным ударом, и отряд вырвался под открытое небо.

Ледяной петербургский ливень ударил в лицо, мгновенно промачивая остатки дорогого костюма Юрьевского до нитки. Крыша, усеянная коммуникационными антеннами и трубами вентиляции, была пуста. Лишь где-то вдалеке, в мутной серой хмари, мерцали огни горящего города. В центре посадочной площадки, подрагивая под порывами ветра, их уже ждал транспортник — изящная, черная машина без опознавательных знаков, приземисто сидящая на посадочных опорах.

— Это хреновая идея, парни… — прохрипел светлейший, сплевывая смешанную с дождем кровь. Он попытался упереться ногами в рубероидное покрытие крыши, сопротивляясь конвоиру. — Там… там летает…

Договорить князь не успел.

Воздух в пятидесяти метрах от крыши, прямо над краем здания, с низким, вибрирующим гулом пошел рябью. Оптический камуфляж растаял, обнажая истинный кошмар этого утра.

Угловатая конструкция из матово-черного металла, напоминающая раздувшееся брюшко хищного насекомого, зависла в воздухе, игнорируя гравитацию. Тускло мерцающие фиолетовые прожилки энергоканалов пульсировали на ее бортах. Боевая машина «Организации», та самая, что час назад снесла внешнюю оборону Юрьевского, вернулась, чтобы закончить начатое.

Все на крыше резко замерли. Времени на то, чтобы добежать до транспортника, не оставалось.

На брюхе «паука» разошлись бронестворки, и на всеобщее обозрение выкатились автопушки. Машина готовилась за секунду развалить на кровавые и металлические составные части как транспортник ударной группы, так и самих бойцов вместе с князем. Смерть смотрела на Юрьевского круглыми черными зрачками стволов.

Залп…

Слепящие трассеры, слившиеся в единую огненную плеть, ударили в сторону крыши. Юрьевский зажмурился, ожидая, что сейчас его разорвет на куски.

Но вместо звука рвущейся плоти и взрывающегося металла, пространство разорвал оглушительный, звенящий грохот, похожий на удар гигантского колокола.

Патриарх распахнул глаза.

Смерть не долетела до них. Метрах в десяти перед транспортником, прямо в воздухе, вспыхнул многослойный барьер. Огненный шторм автопушек «паука» бессильно разбивался о невидимую преграду, растекаясь по ней концентрическими волнами рикошетящих снарядов.

И только тут Юрьевский, сквозь пелену дождя и дыма, разглядел, что генерирует этот щит.

Маскировочный контур, укрывавший еще одну машину, пал. Прямо перед транспортником Строганова, заслоняя его своей тушей, висел тяжелый штурмовой дирижабль. Он прибыл сюда заранее и висел в невидимости, терпеливо дожидаясь, пока «паук» проявит себя, клюнув на приманку в виде беззащитного эвакуационного борта.

Автопушки машины «Организации» захлебнулись, перегревшись, но фрегат графа даже не попытался открыть ответный огонь. Ему это было не нужно.

Из низких, свинцовых облаков, пробивая толщу дождя, на «паука» обрушились ракеты.

Удар наносился с ювелирной точностью тяжелыми машинами, висящими гораздо выше в стратосфере. Две первые ракеты, оставляя за собой дымные спирали, врезались в хреновенький барьер «паука». Генераторы машины «Организации» не были рассчитаны на прием тяжелых боеприпасов с неба — щит лопнул со стеклянным звоном.

Следом за ними в открытую брешь вошли еще четыре ракеты.

Они вонзились прямо в угловатый корпус «паука». Взрыв был такой силы, что ударная волна сбила Юрьевского с ног, несмотря на хватку бойца. На месте высокотехнологичного монстра расцвел ослепительный огненный шар. Разорванная на дымящиеся куски машина «Организации» рухнула вниз, обрушивая остатки фасада резиденции и исчезая в провале двора.

Дождь мгновенно прибил клубы черного дыма.

— Двинули, — все так же буднично, словно они только что посмотрели салют, скомандовал гигант в черной броне.

Конвоир рывком поднял Юрьевского на ноги, и команда быстрым шагом продолжила путь к распахнутой аппарели транспортника. Внутри машины горел тусклый свет.

Князь, перебирая ногами и чувствуя, как его нервная система окончательно сдает позиции, разразился хриплым, истеричным смехом. Его трясло. Он посмотрел на своего невозмутимого провожатого, который волок его в нутро корабля.

— И много… много вас таких у графа? — с нервной усмешкой спросил светлейший, сплевывая кровь.

Провожатый буквально забросив Юрьевского на сидение, а затем повернул голову к князю.

— Нет, ваша светлость, — ответил боец, и его голос, пропущенный через динамик, прозвучал неожиданно спокойно, к удивлению Юрьевского. — Вы видите перед собой половину от состава группы специального назначения.

— Всего-то? — ехидно, почти с издёвкой добавил Юрьевский. Он понимал, что терять ему точно нечего, раз эти люди, чьи лица скрыты, не скрывают от него такую стратегическую информацию. Умирать, так с музыкой. — Неужто граф Строганов денег зажал своим хваленым «волкодавам» на экипировку для целого батальона? Казначейство же, вроде, не бедствует…

Боец молча разжал хватку на плече патриарха. Руки в перчатках легли на замки шлема. Тихий щелчок, шипение выходящего воздуха, и матово-черный шлем был снят, обнажая лицо.

Юрьевский осекся. Ироничная ухмылка сползла с его лица, сменившись выражением глубокого, искреннего потрясения.

Он узнал его. Это был не безликий наемник. Перед ним стоял сам Матвеев — бессменный глава гвардии Строганова, человек, который по статусу должен был сидеть в защищенном бункере и отдавать приказы по связи, а не лазить по залитым кровью коридорам с ножом наперевес. Шрамы на его суровом, обветренном лице резко выделялись в красном свете транспортника.

Матвеев стряхнул капли дождя с коротко остриженных волос и посмотрел на князя тяжелым, по-настоящему волчьим взглядом.

— Не все в этом мире можно купить за деньги, ваша светлость, — тихо, но веско ответил командир гвардии. — А комплект на нас — это штучный товар. Экспериментальная серия.

Матвеев чуть сузил глаза, и на его губах промелькнула холодная, зловещая улыбка.