Дом Зверя - Мишель Вон

У несчастного подкосились колени. Кровь закапала на пол. Она струилась из глаз, рта и ноздрей. Лицо, только что преисполненное надеждой, мученически исказилось. Под кожей вздулись вены, рот неестественно широко распахнулся в крике.

Какому бы богу он ни молится – тот его отверг.

Рыцари не стали тратить время. Один меч вонзился в грудь, другой – отсек голову. Кровь брызнула на мраморный пол, бьющееся в агонии тело рухнуло и застыло. В толпе раздались крики ужаса, но все в этом зале получили желаемое: пример того, что случается с недостойными.

Зал взорвался гулом голосов: кто-то радовался, а кто-то ужасался.

– Увы, – провозгласил кардинал Фартинг, перекрывая шум. – Он оказался маловером. Мы узрели, что ждет дерзнувших ступить за Врата без благословения. А теперь – да начнется церемония посвящения.

Вместе с остальными паладинами меня отвели в вестибюль перед церемониальной комнатой ждать своей очереди.

Помещение было красиво обставлено великолепными креслами и резными столиками – для знати Кугары все только самое лучшее, однако вид портила пара железных дверей, оснащенных тяжелыми вычурными замками. Каждый раз, когда створки открывались, механизм жужжал и щелкал. Одна дверь вела в пиршественный зал, другая – в церемониальную комнату. У каждой двери в карауле стояли рыцари. Несмотря на изящную мебель и дорогие обои, бросалось в глаза отсутствие окон. Мы оказались в ловушке – ни войти просто так, ни выйти.

На случай, если этого было мало, чтобы заставить человека тревожиться, имелась очаровательная компания. Впервые я оказалась лицом к лицу с остальными подающими надежды паладинами. Здесь собрались персоны, чьи великие имена я слышала всю жизнь. Нас было одиннадцать: лорд Карнус, Лайнел и леди Агата из Дома Метиа, трое Беспечальных в безликих белых мантиях Церкви Плачущей Девы, мейстеры Элоиза и Олисса из Дома Голдмерси, а также мой отец, Каим и я.

Целители устроились в креслах, невозмутимые, точно статуи. Каим в углу разговаривал со своим дядей, лордом Карнусом, и Лайнелом Метиа, руки которого так и порхали, быстро жестикулируя. Отец, недовольно поглядывал на меня, но, слава богам, наконец увлекся беседой с Олиссой и Элоизой Голдмерси – они шептались, без сомнения, обсуждая свой альянс.

Заметив винные пятна на прежде безупречном мундире Зандера, я спрятала ухмылку. В вестибюле царила напряженность, не хотелось привлекать внимания. Пусть мы все прошли первый этап, соперниками быть не перестали. Все явно разбились на группки – а я снова осталась в одиночестве.

Жаль, здесь не было Астера, но, бросив взгляд на бельма Карнуса Метиа, я вспомнила, что мои мечты тщетны.

Спустя несколько минут ожидания распахнулись двери, ведущие в пиршественный зал; вошел служитель Совета в сопровождении еще одного рыцаря. Его одеяния были скромнее кардинальских, и, в отличие от Фартинга, он приветствовал нас почтительным поклоном.

– Паладины Кугары, – объявил он, выпрямившись. – Начинается церемония посвящения. Первыми приглашаются избранники Дома Голдмерси: мейстеры Элоиза и Олисса. Мейстер Элоиза, окажите нам честь…

Элоиза Голдмерси гордо распрямила плечи, расправила серое платье и последовала за рыцарем ко вторым дверям. При ее приближении замок, громко загудев и защелкав, отворился – это было творение Голдмерси, зачарованное на открытие лишь по команде. Мейстер и рыцарь вошли в комнату, дверь захлопнулась, и замок снова зажужжал, запирая их по ту сторону.

И начался процесс, длившийся куда дольше, чем мне бы хотелось. Дверь отворялась, следующий искатель входил в церемониальную комнату, и какое-то время в вестибюле царила напряженная тишина. С той стороны к нам не проникало ни звука: металлические двери ничего не пропускали. Даже Каим и Карнус Метиа больше не перешептывались, пока все ожидали исхода.

Случись рыцарям пустить в ход мечи – мы бы об этом даже не узнали.

Но, разумеется, паладины один за другим снова появлялись в вестибюле – с влажными волосами, сияя от триумфа и облегчения. Каждый раз, когда открывалась дверь, к нам доносился приглушенный куполом звук аплодисментов – и каждый раз при этом я все сильнее себя накручивала. «Успокойся, – твердила я. – Астер не подведет».

Ни за что.

Служитель вызывал нас по Домам: сначала Голдмерси, за ними Церковь, следом Дом Метиа. Наконец остались только мы – трое из Дома Авера. Между нами повисло гнетущее молчание. Я гадала – станет ли отец приставать ко мне снова с очередной просьбой войти в его свиту или просто чтобы отругать – но, к счастью, в присутствии Каима Зандер на это не решился. Он с каменным лицом просто ждал своей очереди. Я молилась, чтобы его вызвали следующим и мы не остались наедине.

По крайней мере, Каим по доброй воле с разговорами ко мне не полезет.

Снова защелкал замок, дверь отворилась, выпуская Лайнела Метиа. На юном лице было больше облегчения, нежели торжества. Чуть дрожащими руками он вытер влажное от воды лицо. Посмотрев на меня, он слегка вздрогнул, будто стыдясь своего взгляда, потом робко улыбнулся и быстро направился ко второй двери, торопясь вернуться на празднество.

– Лорд Зандер Авера! – объявил служитель. – Проследуйте на церемонию посвящения. – Еще раз поклонился и добавил: – Да пребудет с вами благословение Четырех.

Я покосилась на отца: может, увижу хоть малейший признак волнения у него на лице? Не тут-то было. С непрошибаемой уверенностью отец проследовал за рыцарем в комнату посвящения.

До сих пор все успешно проходили испытание веры. А как же он? Астер все эти годы твердил, что отец недостоин звания Первой Длани. Может быть, сейчас Зандер останется без защиты? Какой позорный конец для него – но я все же подозревала, что отец справится, как и остальные. Он – та преграда, которую я должна сокрушить, чтобы доказать свое право стать главой Дома Авера.

И тут меня настигла ужасная мысль: а вдруг провалюсь только я? На глазах у всей этой толпы, которая видела, как успешно проходило посвящение до меня…

Идея была настолько жуткой, что я тряхнула головой, пытаясь ее отогнать; служитель с любопытством покосился в мою сторону. Я не обратила на него внимания.

До такого точно не дойдет. Моя связь с Астером сильна как никогда. Я терзалась теми же сомнениями перед первым испытанием и победила.

Мой высший бог меня не покинет.

Кто-то уселся рядом со мной, отвлекая от тягостных мыслей. Кто-то высокий, темноволосый и в черной форме. Каим.

Я уставилась на него. Кузен никогда не приближался ко мне. Он волнуется?

Хочет поговорить?