Среда размножения - Шон Хатсон

Солдат повертел ручки настройки, но его усилия принесли мало проку.

– А что, если слизни не пойдут за ними? – спросила Лайза.

– Пойдут! – негромко заверил ее Финч.

Гроган снова глубоко затянулся сигаретой и спустя миг выпустил длинную струйку дыма. Он потянул за свой галстук, слегка ослабляя его.

– Первая группа вызывает командование. – Этот голос донесся с мимолетной, но поразительной ясностью, заставив стоявших поблизости чуть ли не подпрыгнуть.

Маконнел вырвал микрофон у радиста.

– Это командование, – сказал он. – Говорите.

– Сэр… здесь что-то… в туннеле, позади нас. Я не вижу, что это… один из ребят собирается проверить… всплески вокруг… это, возможно…

Финч, Лайза и Гроган повернулись, слушая, как голос на другом конце линии становится громче. Его звук был теперь ясно слышен в паузах между короткими вспышками помех.

– …Господи Иисусе… да их здесь тысячи… они в воде… на стенах… Они двинулись… – Пронзительный вопль. – Повсюду слизни… сумеем ли мы добраться до следующего выхода из канализации… где же он, мать его? – Новый вопль, еще громче. – О господи, господи… я уронил свой фонарь… слизни повсюду… да где же…

Донесся другой голос, полный боли и муки:

– Помогите мне…

– …капитан… где же выход… они все на нас… о господи, господи…

И новый пронзительный вопль, от которого у Финча на затылке поднялись торчком волоски.

– …Мы не можем выбраться… нет… О боже, они у меня на лице… Глаза… мои глаза…

Эти истошные визги могли бы низвергаться из самого ада.

– …Мои глаза… мои глаза…

– Выключите это! – резко приказал Маконнел радисту.

Солдат какой-то миг колебался, и офицер снова проревел приказ.

Звуки воплей оборвались.

Наступила сверхъестественная тишина, но эхо этих визгов, казалось, повисло в воздухе немым укором.

– О господи! – только и сказала Лайза тихо.

Финч и Маконнел обменялись взглядами, в которых ощущались вина и горечь.

– А как насчет остальных солдат? – осведомился доктор. – Вы можете связаться с ними?

В течение бесконечно долгих секунд офицер, похоже, не мог поймать нить мысли: эти мучительные вопли все еще слишком громко звенели у него в ушах. Потом он кивнул, стряхивая с себя оцепенение, одолевавшее его. Капитан приказал радисту связаться со второй группой солдат, которая продвигалась по противогрозовому коллектору от Бревер-стрит. Связист снова принялся настраивать ручки радиостанции.

Рядовой Терри Бэнкс держал винтовку на груди, шлепая все вперед и вперед по колено в воде. Солдат рядом с ним, о котором Терри знал только, что его фамилия Дженкинс, в одной руке держал мощный фонарь, а в другой – двусторонний радиопередатчик. Позади них шли Чес Грэнжер и высокий рыжеволосый шотландец по имени Льюис. Оба они время от времени всматривались назад через плечо, в кромешную тьму. Льюис стащил фонарь со своего ремня и щелчком включил его, поигрывая лучом по стенам туннеля позади них. Но луч освещал лишь темную и сырую зеленую плесень.

– Что-нибудь есть впереди? – спросил Льюис по пути.

– Пока что нет, – отозвался Дженкинс с ноткой тревоги в голосе.

– А откуда, черт подери, нам знать, что мы идем в правильном направлении? – сказал Льюис.

– Они сказали, что надо идти все время прямо, – ответил Бэнкс, стараясь дышать через нос, чтобы свести к минимуму отвратительную вонь сточных вод. – Так ведь, Чес, да?

Его голос эхом разнесся по туннелю.

А Грэнжер не ответил.

– Чес!

– Ну что?! – рявкнул он низким скрипучим голосом.

– Нам велели все время идти вперед, – повторил Бэнкс, бросив взгляд назад, на своего товарища.

Грэнжер кивнул, но, делая это, он ощутил, что боль, прицепившаяся к основанию его черепа, подобно стальному кулаку, сжалась немного крепче. Он поморщился. Ощущение было таким, словно кто-то натер всю его кожу горячими углями. На лбу у Грэнжера выступил пот.

А на щеке уже начинали проступать два больших пузыря.

– А далеко ли до Пикадилли? – поинтересовался Льюис. – Из меня от этих туннелей сейчас дерьмо полезет.

Бэнкс рассмеялся этаким показным хихиканьем, постепенно растаявшим в тишине.

– Ну, если из тебя дерьмо полезет, то лучшего места для этого, чем канализация, и не найти! – сказал он.

– Ага, ужасно смешно, – откликнулся Льюис. – Так далеко ли идти?

– Думаю, ярдов восемьсот или девятьсот, – ответил Бэнкс.

Они двигались все дальше. Дженкинс едва не поскользнулся в мрачной реке нечистот. Передатчик в его руке внезапно ожил, и солдат поднес его к уху.

– Вторая группа, ответьте!

Они узнали голос Маконнела.

– Здесь вторая группа, – ответил Дженкинс. – Слышим вас, сэр. По-прежнему никаких признаков слизней.

Последовала неловкая пауза. Потом Маконнел заговорил снова. Он просто сказал:

– Мы потеряли первую группу.

– О господи! – пробормотал Терри Бэнкс.

– Продолжайте продвижение в сторону Пикадилли, – сказал капитан. – Генераторы уже установлены.

– Генераторы? – переспросил Льюис. – А что они собираются делать с генераторами, черт подери?

Дженкинс помахал рукой, чтобы здоровенный шотландец заткнулся.

– Вас понял, сэр, – сказал он в радиопередатчик.

– Держите эту частоту открытой, – приказал Маконнел.

А потом вновь наступила тишина, нарушаемая лишь всплесками, сопровождавшими движение солдат, с усилием прибивавшихся по зловонной воде.

Грэнжер замедлил шаг. Боль в основании его черепа теперь стремительно распространялась, пробираясь вверх по затылку и вискам. И вот она уже принялась молотить, словно потерявшая управление пневматическая дрель. Грэнжер стиснул зубы.

Еще один большой волдырь вскочил у него на шее, и он ощущал, что под материей формы трутся и другие. Он вытянул руку, чтобы не потерять устойчивость, и коснулся слизистых стен. Немного скользкой плесени прилипло к его ладони, но, похоже, это не волновало его.

Он искоса взглянул на Льюиса, потом посмотрел, на солдат, идущих перед ним. На Дженкинса с радиопередатчиком и фонарем. На Бэнкса, который по-прежнему держал свою автоматическую винтовку поперек груди…

Правая рука Грэнжера опустилась к ремню, и пальцы сомкнулись вокруг рукоятки штыка. Он стал высвобождать его из ножен.

– Смотрите-ка, – сказал Дженкинс, посветив фонарем взад-вперед.

– И в какой же мы пойдем? – спросил Льюис.

Туннель загибался направо, но там был еще и другой отвод, слегка поменьше. Он вел налево. Из этого небольшого туннеля довольно быстро бежала грязная вода, вливавшаяся в основной поток. Солдаты двинулись дальше, пока не поравнялись со вторым туннелем, и Дженкинс посветил фонарем внутрь его. Примерно через десять ярдов луч поглощал мрак. Никто не знал, что таилось за этой стеной непроглядной мглы.

– Давайте останемся в нашем туннеле, – предложил Бэнкс, пытаясь сглотнуть, но безуспешно.

Рот и горло у него совершенно пересохли. В задней части шеи он ощущал тупую назойливую боль, которая, кажется, усиливалась.

– Я согласен, – поспешно сказал Льюис, стремясь убраться подальше от этой зияющей черной пасти и от ее неразгаданных загадок, которые, впрочем, ни один из них и