Воздушная кавалерия. Том 10 - Джек из тени

фигурка с пушистым хвостом и треугольными кошачьими ушками была одета в строгий смокинг с бабочкой. На голове у нее красовались циклопические, явно студийные наушники с мягкими амбушюрами, а в лапках была тонкая дирижерская палочка, которой она с маниакальным упоением размахивала в такт невидимому оркестру.

— Красиво вышло, душевно… — донесся снизу, из первых рядов гвардейцев, приглушенный переговорным устройством бас Матвеева. Ветеран, он же командир гвардии, негромко переговаривался с шедшим рядом Зиминым. — И музыка такая… ух! Прям сразу понятно, что шутки кончились, сейчас кому-то кишки на гусеницы намотают.

— Какая, мать вашу, музыка⁈ — взорвался Кирилл, резко развернувшись на каблуках прямо посреди террасы. — То есть я не дебил⁈ И мне не послышалось⁈

Дамы среагировали синхронно и с поразительным артистизмом. Елена мгновенно уставилась на остатки лепнины над карнизом, изучая барельеф с мордами борзых с таким видом, будто видела шедевр мирового искусства. Наталья, скрестив руки под грудью, принялась с преувеличенным интересом ковырять носком ботинка выбоину в мокром мраморе, тихо насвистывая сквозь зубы. Обе барышни старательно отводили глаза вверх и вправо — ровно так, как делал сам Кирилл, когда подключался к закрытым подпрограммам Консоли.

— Так… — протянул Строганов тем самым тоном, от которого у любого начальника цеха на его верфях случился бы мгновенный инфаркт.

После чего отдал команду Консоли снять, если такие имеются, все локальные блокировки на аудиовизуализацию.

В ушах щелкнуло, барьер, которым хвостатая дамочка предусмотрительно отгородила сенсорные каналы своего «дорогого хозяина», прикрывшись плашкой «Критическая перегрузка буферов обмена при тактическом планировании», с тихим звоном лопнул.

И Кирилла, наконец, четко услышал музыку. Прямо в черепную коробку, с идеальным качеством панорамного звука ударил громоподобный, симфонический каскад.

Трубы рвали душу на части, литавры били точно в ритм шагов шестидесяти пар тяжелых ботинок гвардии, а на заднем плане басовая секция буквально дробила остатки здравого смысла. В виртуальном пространстве раздался бодрый, командный голос Алисы:

— Четче шаг, паркетные волки, четче! Левой, левой! Раз-два-три! Вот так! Здорово! Камера номер четыре, укрупни план Матвеева! Давай, покажи эти мужественные шрамы и небритую челюсть крупно! Чуть сменим ракурс… пошла врезка с Еленой! Взгляд валькирии, свет снизу, пусть пыль красиво клубится в волосах! Пошла панорама на лестницу! Господи, это будет пушка! Мы порвем ГИС в клочья, серверы упадут на колени и будут молить о пощаде!

— ТАК! — рявкнул Строганов прямо во внутренний канал связи с такой мощью, что голографический чибик в углу интерфейса подпрыгнул на полметра. — Я не понял⁈ Слышь, ты, хвостатое чудовище… Это что, Имперский марш⁈

Дирижерская палочка выпала из лапок чибика, а наушники сползли на шею. Ушки прижались к макушке так плотно, что почти исчезли, а пушистый хвост встал торчком, распушившись до толщины корабельного каната. Фигурка медленно, с трагическим скрипом провернулась на крошечных каблучках и виновато уставилась на Кирилла снизу вверх огромными, чистейшими сапфировыми глазами.

— А мы тут… это… — пролепетал цифровая богиня тоненьким, дрожащим голоском нашкодившего котенка.

— Ага. Того самого, — Кирилл скрестил руки на груди, буравя взглядом пустоту перед собой. — Плюшками балуетесь? Рогаликами с повидлом⁈

— Ну, дорогой хозяин…

— Ты чего творишь, бестолочь цифровая⁈ — Кирилл едва сдерживался, чтобы не начать жестикулировать руками на глазах у выстроившейся по стойке «смирно» роты. — Меня ИСБ, Канцелярия и половина Сената и без того мечтают живьем сожрать за твои выкрутасы с трансляциями пленных наемников и резней в бункере! Шереметев там, небось, уже третий флакон валерьянки допивает, а Салтыкова вообще сожгли на выезде! А тут еще это⁈ Ты из меня кого лепишь перед всей Империей⁈ Дарта Вейдера местного разлива⁈

Гвардейцы за его спиной стояли не шелохнувшись, но Кирилл спиной чувствовал, как по шеренгам пробегает волна сдавленного, беззвучного конского ржача.

— Кирилл, ну не будь ты такой букой, — мягким тоном произнесла Наталья, подходя вплотную и собственнически подхватывая графа под локоть и прижалась к его плечу. — Ты посмотри, какая красота получилась!

Они шагнули под своды разбитого вестибюля, оставив гвардию блокировать вход. В просторном холле с рухнувшими люстрами и изрешеченными пулями картинами висела густая тень. Алиса, почуяв поддержку с фланга, мгновенно воспрянула духом. Уши взметнулись вверх, на виртуальной мордочке расплылась победная шкодливая улыбка.

— Воть! — пискнула кошка и с размаху шлепнула лапками по невидимому экрану, разворачивая перед глазами Кирилла полноразмерное окно видеоролика. — Сам глянь! Чистый синематограф высшей пробы!

Строганов замер посреди холла. Вздохнул, прикрыв глаза, сосчитал до трех и уставился в проекцию. Спустя минуту тишины граф медленно, с чувством поднял свободную правую руку в перчатке и с глухим стуком припечатал ладонь к собственному лицу. Фейспалм вышел монументальным. Кирилл издал долгий стон искреннего человеческого отчаяния.

— Алиса… — выдавил он сквозь пальцы.

Ролик был шедевром. С технической, режиссерской и монтажной точки зрения придраться было не к чему. Это было абсолютное, покадровое и циничное воровство культовой сцены из «Мести ситхов».

На экране под аккорды адаптированного под пылевой симфонизм марша грациозный, закованный в черную броню Кирилл Строганов с тростью в руке медленно и неотвратимо поднимался по монументальной лестнице юсуповского дворца. За его спиной, ряд за рядом, чеканя шаг в идеальном строю, вырастали шеренги штурмовиков в глухих шлемах — натуральный Пятьсот первый легион, идущий зачищать Храм джедаев. Картинка была насыщена эпическими ракурсами снизу, туман эффектно стелился по ступеням, вспышки догорающих пожаров выхватывали серебряные волчьи оскалы на наплечниках.

— Писец… — выдохнул Строганов, опуская руку. Лицо его выражало глубочайшую экзистенциальную скорбь.

— Но ведь потрясающе вышло! — с жаром вступилась Елена, заглядывая в его виртуальный экран через плечо, словно могла видеть интерфейс Консоли. Впрочем, Алиса наверняка уже продублировала картинку на очки обеих дам. — Ты посмотри на счетчик! Там просмотры валятся со скоростью десять тысяч в секунду! Сеть трещит по швам! Куча положительных реакций от армейских каналов, флотские в восторге, кадетские корпуса уже растаскивают видео на кадры!

— И заметь, мой дорогой хозяин! — нагло высунулась из-за плеча Натальи наглая ушастая мордаха. — Алиса никого не забыла! Все политкорректно и с глубоким уважением к трудовому народу! Смотри, какая врезка!

Окно видео сменилось. Вот на экране мелькнули залитые синим светом пылевых печей цеха Ореховской верфи: суровые работяги с Путиловского у гигантских прокатных станов, выбивающие снопы искр из новой броневой стали. Вот крупный план Семена Грушина в защитных очках, уверенно диктующего параметры плавки у мерцающих терминалов. Вот худощавый математик Лаврентьев, окруженный голографическими формулами распределения силовых нагрузок. Вот цеха дроностроения, где Костя с горящими глазами монтирует узлы управления на хищные тела беспилотников.

А следом — динамичная нарезка реального боя. Матвеев, сносящий ударом приклада челюсть наемнику. Боевые Кинетики