Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

Сначала-то всё складывалось замечательно. По замыслу герцога Брита, во время его очередного утреннего вступления в королевский замок, туда должны были ворваться все двести троянских рыцарей свиты, имевшие опыт захвата цитаделей. В это же время почти четыре сотни хазар из числа ранее проникших в Кангард напали бы на заранее разведанные посты и караулы городского гарнизона. Их основной задачей было нейтрализовать стрелковые башни, контролировавшие реку. Ещё более пятисот воинов затаились на кораблях немного ниже по течению Орна. Они ждали сигнала с одной из башен, чтобы стремительно ворваться и завершить захват столицы. Далее мятежники планировали короновать герцога в качестве правителя «Великой Бретани», и дождаться шедшего морем значительного подкрепления. После чего, путём «вооружённого убеждения» (как в своё время сир Ратибор Львиное Сердце), принудить феоды Нормана к присяге королю Бриту.

Причём, Кальвадосских рыцарей и их надёжного друга, сэра Уильяма Галльского, в качестве вассалов хазары не рассматривали. Этих владетелей надлежало обязательно уничтожить. Мятежникам даже определили размер награды за голову каждого. Феоктистова это рассмешило:

— Не убив медведя, уже шкуру делят?! Впрочем, как торгашами были, так торгашами и помрут!

Но ответ у него созрел адекватный. Пленные рассказали, что все корабли табора имели установки «греческого огня» и большое количество арбалетов. Почти как сами «аргонавты» перед вступлением в Паннонию. Соответственно, опасность возникала на средних и малых дальностях. Но Союз-то имел уже и дальнобойное оружие: катапульты и пушки! В спешном порядке их доставили в Кангард и оборудовали на берегу артиллерийскую засаду. Оставалось лишь как-то заманить в неё корабли хазар.

Помог начальник тайной стражи. Правда, сначала он был убеждён, что никто не смог уйти из города и предупредить речную засаду. Ведь знали о ней лишь рыцари-троянцы. Но лорд Волк напомнил сэру де Гретевилу, что сам герцог Брит и его свита куда-то скрылись. Их не видели ни в ночном бою, ни на пожаре. Логично было предположить, что «посольство» укрылось на кораблях табора. Сэр Гаий согласился. После чего придумал и провёл блестящую операцию по дезинформации.

Утром из замка, на виду многочисленных погорельцев и временных лагерей пленников и рабов, вышла огромная кавалькада знати, в сопровождении почти всего войска. В середине ехал сам король Филипп. Повозки с припасами явно показывали, что уезжали либо далеко, либо надолго. К вечеру, несмотря на то что вопросы жёстко пресекались охраной, повсеместно распространился слух: наместник убыл просить подкрепления у своего бывшего опекуна, короля Славия.

Этим же вечером несколько городских стражников, пользуясь ослаблением контроля, напились и пошли продолжать веселье в лагерь пленных. Там они устроили прилюдную отвратительную оргию с юными хазарками. Прямо на глазах их родных. Отцы и братья не выдержали. Порвали путы и бросились на пьяных насильников. В стихийно вспыхнувшем бунте и при его последующем подавлении погибли почти все провокаторы и хазары мужского пола. Но примерно двум десяткам пленников удалось бежать в суматохе. Часть из них добралась до кораблей соплеменников и рассказала о фактическом положении дел в сгоревшей столице. Вот только они не знали, что король Филипп с войском той же ночью скрытно вернулся в город. А всех рабов из уцелевших хазар, от греха подальше, вывезли трудиться на промыслы ССГ.

Причём, сэр де Гретевил сотворил и истинный «штрих мастера» — приказал инсценировать поджог восставшими обеих речных башен. Это окончательно убедило герцога, что пришёл его звёздный час. За пошатнувшейся короной Нормана оставалось лишь протянуть руку! Десять кораблей выскочили из своих прибрежных схронов и стремительно рванули на вёслах в Кангард.

Когда замыкающий миновал засаду, по нему шарахнули из пушки раскалённой железной стрелой. Правда, та сначала ударилась с небольшим недолётом, взметнув султан брызг и шипящего пара. Но, благодаря огромной инерции, отрикошетила от поверхности воды и проломила борт.

— Целиться выше!!! — заорал Феоктистов. От досады аж долбанул себе по шлему: «Идиот! Забыл, что над водой воздух холоднее и плотнее». При высоких скоростях огнестрельных зарядов приходилось учитывать ещё и этот фактор. Следующие залпы пушек точнее накрыли недалёкие корабли. Практически сразу два вспыхнули высокими факелами. Железные заряды в пушки заряжали раскалёнными. Для чего в засаде имелась специальная печка. А что бы стрелы и ядра раньше времени не воспламеняли порох в стволах, их предварительно забивали пыжами из сырой глины.

Через некоторое время вражеские суда начали взрываться. Потушить заряды там не могли. А раскалённое железо, наоборот, уверенно воспламеняло всё вокруг. В том числе и запасы огнесмеси. Пользуясь суматохой, «Кальвадосская стрела», на всех парусах обошла вражескую эскадру и залила реку за ней «греческим огнём». А на пути троянцев такую же полосу прочертил огнемёт «Ники». Мало кому из врагов удалось добраться до берега. Но и тех быстро добили литыми пулями из пращ.

Вот только у врага должно было быть двенадцать кораблей. «Кальвадосская стрела» и «Ника» поспешили в погоню и уже за Уистером нашли оставшихся, выгребавших на юг. Скоростные норманские суда настигли хазар, чьи днища за месяцы путешествия обросли горами ракушек и водорослей, и за счёт лучшей маневренности и хорошего владения бортовыми катапультами просто разбили издалека. Выловили ещё пленных. От которых узнали, что осторожный герцог с дюжиной графов и баронов остался на берегу Орна.

Когда корабли вернулись, лорд Волк посетил место стоянки хазар и убедился, что больше десятка всадников действительно ушли оттуда на юго-запад лесной тропой. А там вдруг ощутил то, что помнил ещё с Гретевильского озера — слабый запах диверсанта. Поэтому сразу в погоню людей не послал, а приказал привезти из Шансона воздушный шар. Сам же вспомнил свои волчье-разбойничьи навыки. Как оказалось, предчувствие его не обмануло. Практически на всём протяжении тропы, шедшей, похоже, до самой Бретани, таились заранее оборудованные засады.

Пришлось стягивать артиллерию, рыцарей и все собранные и выделенные королём войска в единый кулак. Тогда и родилась их победоносная тактика нанесения удалённых ударов по целям, выявленным с воздуха. Сначала продвигались медленно, несли потери. Но постепенно темп погони возрастал. Сборное войско всё больше приобретало опыт, а враг терял обученных солдат.

Вот только весь опыт лорда Волка буквально вопил: жди неприятностей! Умный и опытный враг всегда сумеет ударить. Куда же этот диверсант долбаный подевался? До этого почти каждый день нюх выдавал его недавнее присутствие то в одной, а то и в нескольких встречных засадах. Кстати, сам бы он давно сменил тактику. Раз засады враг разбивает, значит толку с них —