Последняя дочь. Книга первая. - Катерина Райдер

Ночную тишину вновь наполнили выстрелы. Что-то клацнуло у заднего колеса.

– Скорее. Меняемся! – приказал Адам, уже поднимаясь со своего места. – На счёт три. Раз… Два…

Я, дрожа всем телом, вцепилась в руль правой рукой. Сердце лупило так сильно, что отдавало одновременно в горло и переносицу. Всё произошло за пару секунд – он скользнул подо мной на пассажирское, я оказалась на его месте.

Раздался щелчок – Адам защёлкнул мой ремень и как-то странно улыбнулся… с горечью.

– Что теперь? – насторожено уточнила я.

Блэк молчал. Просто смотрел на меня. Слишком долго для ситуации, в которой мы оказались. Это запустило по телу неприятную дрожь…

– Я найду тебя после. Обязательно… – вдруг шепнул он с болезненной нежностью. – Ты только выживи. Обещай мне.

– Что?.. – поперхнулась воздухом я, боясь поднять взгляд от изношенной дороги.

«Фиат» снова тряхнуло. Я едва не выпустила руль.

– Кейт, осторожнее! – вскрикнул Адам.

Руки тотчас вгрызлись в дешёвый пластик до противного скрипа. Ладони нещадно потели…

– Что бы ни случилось – не сбавляй скорость, поняла? Не тормози. Ни при каких обстоятельствах.

– Адам… что ты задумал?!

Мой взгляд хаотично метался между тёмной дорогой, пятнами фар в зеркале и его лицом.

– Просто доверься мне, как делала это прежде. Ладно?

– Ладно… ЛАДНО?! Нифига не ладно! Точно так же сказал папа, а потом вышел под пули! – завопила я.

– Я бессмертный, Феникс… – ухмыльнулся Блэк, а в следующую секунду распахнул дверь… и выпрыгнул!

На полном ходу.

Без предупреждения.

Исчез в ночи, как падающая звезда.

– АДАААМ! Нет!!! – мой крик рванул связки до крови.

Руль вырвался из рук. Машину повело. Всё закружилось. Но я и не пыталась выровнять «Фиат», лишь беспомощно хватала воздух там, где ещё секунду назад сидел Адам.

Пыль и камни летели из-под колёс с громкими щелчками. Фары выхватили из тьмы ломаную линию старых ограждений у обрыва… Я, слабо понимая, что делала, зажмурилась и потянула на себя ручник… Раздался жуткий скрежет! Визг покрышек! Машина ушла в неконтролируемый занос. Всё внутри сжалось, готовясь к удару или… падению. Но сломав деревянную изгородь, колёса зависли в дюйме от обрыва и наступила тишина… в салоне… А снаружи, там, где остался Адам творился настоящий ад…

В чёрном месиве ночи громыхали крики, выстрелы, скрежетал металл. Что-то взрывалось, вспыхивало, устремлялось к небу, камнем падало наземь… И сквозь этот непрекращающийся гомон смерти, я вдруг услышала яростный крик:

– Живо заводи тачку, Феникс, и вали отсюда к чёртовой матери! Иначе все, кто тебя любил, погибли напрасно! – эта фраза пронзила грудь раскалённой кочергой…

Как в тумане я повернула ключ. Двигатель закашлял, машина несколько раз дёрнулась, как человек в предсмертных судорогах и… загудела.

Шины зашуршали по песку сначала тихо, затем громче. «Фиат» нехотя набрал скорость и спустя пару минут в зеркале заднего вида задрожала мгла, ровная, беспросветная… такая же, как ждала меня впереди…

Глава 22

Бесконечная дорога вилась между выжженными равнинами и кирпично-оранжевыми скалами, напоминавшими глиняные сталактиты, торчащие прямо из чрева земли.

Прошло восемь часов с тех пор, как я осталась один на один с ветром, пылью, бескрайним небом и тишиной, от которой звенело в ушах.

Где сейчас Адам? Жив? Мёртв? Имела ли его жертва хоть какой-то смысл? И смогу ли я выстоять в одиночку против тех, кто всего за сутки вырезал всю мою семью? А главное: зачем мне такая жизнь?..

Очередной час пути пролетел незаметно, растворившись в мареве гудящего двигателя. Я уже не понимала, где нахожусь. Мир за окном слился в бесформенную красно-синюю мазню, превратившись в полотно безумного импрессиониста. Остекленевший взгляд упрямо цеплялся за горизонт. Возможно, я даже различала разметку на асфальте, но не чувствовала ни рук, ни ног – вела машину на автопилоте.

Впереди возникло пятно. Большое. Тёмное. Тревожное. Но ни один мускул в теле не отозвался на приближающуюся угрозу. И тут громоподобный гудок разорвал тишину. Я вздрогнула и впервые за несколько часов действительно сфокусировалась на дороге… Мой «Фиат» летел прямо в лобовую на огромный тёмно-синий грузовик. Тот ревел клаксоном, дымил, отчаянно пытался сместиться к обочине, но был слишком массивен и неповоротлив.

– Твою мать! – вскрикнула я, сдёрнула ногу с газа и резко выкрутила руль.

Легковушка заскользила по раскалённому асфальту, словно кто-то плеснул под колёса масло. Кузов начало разворачивать поперёк полосы, но каким-то немыслимым чудом мне таки удалось разминуться с многотонной махиной. Проносясь мимо неё, я мельком увидела лицо водителя: тучный бородач с волосами до плеч – настоящий викинг-дальнобойщик. Весь пунцовый, он трясся от ярости, но в глазах застыл ужас.

А я?..

Я ничего не чувствовала. Ни страха. Ни стыда. Разве что… досаду. И почти наяву ощущала раздражённое дыхание Смерти, поднимающее волосы на моём затылке – она снова промахнулась…

Через несколько миль на обочине замаячил самодельный указатель: криво прибитая доска, воткнутая в красный песок. На ней чёрным выведено: «Свободные комнаты и крепкий кофе». Я свернула без раздумий. Если не посплю, Ордену даже пальцем шевелить не придётся – я сама себя прикончу. Сдохну под колёсами очередной фуры или сорвусь в каньон на повороте.

Машина, подрагивая, закачалась на ухабах, петляя по грунтовой пыльной дороге между скал. Спустя пару минут я выехала на обветшалую парковку у захолустного кафе, кажется уже давно не работающего. К нему примыкал старый, облезлый мотель с тускло мигающей вывеской: «Аризонская мечта» – смешно… Впрочем, если мечтать оказаться на дне, то всё сходится.

Я припарковалась у торца здания так, чтобы «Фиат» не был виден с основной трассы, достала из бардачка свёрток с наличными, сунула за пояс пистолет и выбралась наружу. Потянулась с хрустом и… наслаждением.

Входная дверь противно скрипнула, хлопнув за спиной с отскоком. В приёмной было пусто. Обстановка так себе – доверия не внушала. Замызганный ресепшен, продавленные сальные кресла в углу, между ними – шаткий столик с облупленным горшком, из которого торчал пожелтевший кактус. Мутные окна. Одно с продольной трещиной, заклеенной скотчем. И запах… кислый, тяжелый, с привкусом пережаренного в микроволновке сыра.

– Эй? – окликнула я, подходя к стойке регистрации.

Рядом стоял напольный вентилятор с прикреплёнными к решётке лентами серпантина, которые хлопали на потоке горячего воздуха, словно подавали сигнал тревоги.

– Здесь кто-нибудь есть? Мне нужен номер! – добавила я громче.

Из-за бамбуковых занавесок за стойкой, шаркая шлёпанцами, вышел паренёк – высокий, худощавый, лет двадцати с хвостиком, в майке с эмблемой «Аризона Даймондбэкс» заляпанной кетчупом и арахисовым маслом.

– Простите, мисс, мы тут гостей принимаем нечасто. Я