Искупление - Стивен Бакстер

Джофиэл и остальные вернулись к работе. Хотя на этом могучем сооружении Джофиэл чувствовал себя в такой безопасности, как никогда раньше. На следующий день Майкл Пул собрал старший персонал в центре амфитеатра жилого купола.

Джофиэл взглянул на их внимательные лица, залитые релятивистским сиянием Колеса. Чинело, первой ступившая на Колесо, тоже была здесь, ее лицо было открытым, заинтересованным.

— Итак, — сказал Пул без предисловий. — Давайте подведем итоги. Вот мы и на Колесе. Мы уже пережили эпическое путешествие беспрецедентных масштабов, чтобы добраться сюда. В основном нам это удалось. Замечательное достижение.

— Но теперь мы должны сделать больше.

— У нас много проблем. — Он посчитал на пальцах. — Первая. Мы застряли в этом отрезанном куполе. И это все, что у нас есть. Это все, что у нас когда-либо будет, если мы останемся здесь. И чем дольше мы здесь сидим, тем больше вероятность какой-нибудь катастрофической поломки. Циклы утилизации почти идеально замкнуты — но не совсем; что-нибудь у нас закончится. Или какой-нибудь случайный обломок упадет на нас с переполненного неба там, наверху.

— Тем временем, у нас, возможно, заканчивается другой ресурс — само время. Когда мы теперь застряли в этой яме ускоренного пространства-времени, как отметила Ашер.

— Послушайте, мы знаем, что происходит что-то вроде вселенского кризиса. Мы знаем, что из-за заражения формами темной материи все солнцеподобные звезды стареют слишком быстро. Насколько быстро? Солнцу потребовалось бы около пяти миллиардов лет, чтобы превратиться в красного гиганта. Теперь, похоже, это произойдет всего через миллион лет. — Он выдавил улыбку. — Звучит долго. Это не так. На нашем релятивистском Колесе, во всяком случае, на этой палубе, мы пройдем пять миллионов лет за двенадцать месяцев. Всего один год, по нашим ощущениям, на этой палубе.

— Однако…

Он кивнул встающей Ашер.

— Однако, нам не обязательно оставаться на этой палубе, — сказала она. — Нам нужно пойти еще кое-куда.

— Вы говорите о мирах-чашах, — отозвалась Чинело.

— Вы все видели их во время облета третьей палубы. Действительно, среды размером с миры — и мы нашли, по крайней мере, две, как нам кажется, достаточно похожие на Землю, чтобы мы могли выжить с минимальной технической поддержкой. Хотя не вините меня в этом, пока мы не доберемся туда и не разберемся во всем.

— И, послушайте. Миры-чаши могут помочь нам решить другую нашу проблему. Если мы выберемся из этой ямы относительности, мы выиграем больше времени. Пять миллионов лет во Вселенной — это всего лишь год здесь. Но этот год на палубе номер один растягивается на десять тысяч лет на палубе номер два и на миллион лет на палубе номер три. Понимаете? Мы можем выиграть жизненное пространство, а заодно и время жизни. А еще лучше, мы оставим ксили здесь, в их временной яме. Пока не будем готовы разобраться с ними.

Чинело нахмурилась. — Но если мы доберемся до чашечного мира, что, если там уже кто-то есть?

Макс Уорд ухмыльнулся и сжал кулак. — Мы проведем переговоры.

— Тем не менее, у меня вопрос, — сказала Никола. — Миры-чаши — как нам туда попасть?

Майкл поднял руку. — У нас есть решение. Поверь мне в этом. Мы работаем над деталями. Но у нас есть еще одна большая проблема. Которая заключается в…

— Я знаю это, — сказал Макс Уорд. — Ксили. Именно ради этого мы проделали весь этот путь. Где они находятся и как нам до них добраться?

Пул улыбнулся. — Хорошие новости — мы заметили их. Как мы думаем. В одном из исследований первой палубы, проведенных Ашер. Там были некоторые сигнатуры, которые, насколько мы можем видеть, не воспроизводятся больше нигде на Колесе. Например, гравитационные волны.

Никола хмыкнула. — А плохие новости?

— Это в нескольких световых годах отсюда. По этой палубе, но отделено сжатым пространством круглого Колеса. Помни, мы спустились наугад. Могло быть и хуже, но нам повезло.

Никола сказала: — Скажи мне, что у тебя есть способ добраться до этого… О, ты и над этим работаешь, верно? Именно поэтому нам нужно выиграть больше времени. И место, где жить. И если это будет мир-чаша — хорошо, Пул. Каков твой гениальный план, как туда попасть?

Пул продолжал улыбаться. — Мы построим грузовики. В конце концов, было подсчитано, что экипажу потерпевшего крушение звездолета потребуется четыре месяца, чтобы превратиться в детский крестовый поход, как выразилась Никола. Сто двадцать дней после посадки на первой палубе. Треть их года жизни среди звезд. Итак, они приступили к работе.

ПЯТЬ

Подумайте об истории расы. Линии нашей жизни возникли из океанов и миллионы лет вращались вокруг Солнца вместе с Землей. Затем, в результате краткого, впечатляющего взрыва причинно-следственной связи, эти линии рассыпались дикими каракулями по всей Вселенной. Человечество было повсюду. Но теперь наши возможности сократились.

Лизерль, около 5 000 000 г. н. э.

47

Время с момента старта корабля: 25 лет 256 дней

Земная дата: 1 796 000 г. н. э.

— Идем со мной, — рявкнул Майкл Пул.

Джофиэл с радостью подчинился.

Он редко удостаивался какого-либо внимания со стороны своего шаблона. Никола и Ашер пытались уладить сложные отношения двух Пулов: Ашер — с помощью такта, Никола — с помощью колких шуток. Как будто им нельзя было доверять друг другу.

И все же они были здесь, в своих усиленных скафандрах — одном подлинном и другим, подделкой под протокол соответствия — всего за один день, или три вахты, до отправления. Важной вехи, которую, по настоянию Макса Уорда, назначенного Пулом строгим контролером расписания на этом этапе миссии, никто не собирался упускать. Вышли вместе, прочь от жилого купола Коши, к грузовикам конвоя, вокруг которых даже сейчас царила бурная деятельность.

— Вторая пара глаз, — пробормотал Пул, когда они приблизились к первому грузовику, самому заднему в колонне. — Ты знаешь, как это бывает. Помнишь, как это бывает. В каждом крупном проекте, каждой важной вехе, на каждом необратимом шаге…

— Знаю. Ты убедишься, что ничего не пропустил. У Никола есть истории о военных летчиках антропоцена. Они были пилотами, а не инженерами. Но делали то же самое со своими самолетами. Обходили этих летающих птиц — пинали шины, говорит Никола. Просто проверяли то, что могли увидеть.

Пул, казалось, не заинтересовался этим анекдотом. Но тогда он, возможно, уже знал его. Джофиэл не мог вспомнить, рассказывала ли Никола об этом до его разрыва с Майклом или после. Общее прошлое может усложнить светскую беседу.

Пул молчал, его каменное, сохранившееся с помощью АВТ лицо, мягко подсвеченное отраженным светом от корпусной