Искупление - Стивен Бакстер

полезной, что Ашер предположила, будто она была спроектирована таким образом, чтобы реки как системы транспортировки необработанных грузов выполняли второстепенную функцию для самих ксили.

Когда они были удовлетворены, конвой двинулся вперед. Потребовался еще день или около того, чтобы добраться до плота вблизи центральной линии реки. Этих щедрых шести процентов скорости света было недостаточно, чтобы создать какие-либо релятивистские эффекты, видимые невооруженным глазом. Действительно, даже на такой скорости Колесо было настолько громоздким в своих больших масштабах, настолько невыразительным в малых, что реального движения вообще не ощущалось.

Так было до тех пор, пока не стала видна стойка. Сама стена шириной в двадцать тысяч миль. Стремительно падающая в поле зрения.

Через сорок один день после прибытия к реке они приблизились к основанию стойки.

Они отъехали от реки. Стойка представляла собой стену, которая тянулась от земли до неба, от горизонта до горизонта. Дальнейшие исследования показали, что действительно существовал еще один поток из пластин корпусной обшивки, текущий вверх по поверхности распорки.

И еще один день осторожных экспериментов доказал, что подняться вдоль стойки прямо в небо будет проще, чем они опасались. Здесь, как оказалось, ксили использовали свою технологию управления инерцией. Каким-то образом сила притяжения при вращении была преодолена, и когда вниз указывало на стенку стойки, устанавливалось ощущение тяжести. Как только колонна оказывалась на стойке, транспортные средства могли просто плыть по восходящей центральной реке так же легко, как они следовали по собственному центральному течению палубы.

Однако установить транспортное средство на стойку было непросто. Казалось, что не было очевидного переходного оборудования, никаких пандусов или строп…

В конце концов осторожные эксперименты, проведенные людьми в скафандрах, которые просто входили внутрь, показали, что система инерционного управления, казалось, включала в себя что-то вроде невидимого пандуса. Если вы шли вперед, вас поднимали вверх по плавному прямому изгибу, пока ваши ноги не касались поверхности стойки. И вот вы там, стоите под прямым углом к своим товарищам по команде.

Таким образом, чтобы забраться на стойку в грузовике, нужно было просто ехать вперед и надеяться. Это был интересный опыт, как обнаружил Джофиэл, когда попробовал его.

Потребовалось еще два дня проб и экспериментов, прежде чем конвой был переведен на стойку.

Затем еще десять дней, чтобы отсидеться и позволить конвою подняться по стойке — или пересечь ее. По ощущениям стойка теперь ощущалась как мост между перевернутыми палубами, между двумя вертикальными стенами. Стенами, которые охватывали небо. — Архитектура рая, — сказала Никола.

Однако на семидесятый день экспедиции — более чем на полпути по маршруту — они пережили землетрясение.

Именно так чувствовал себя Джофиэл, который в то время пытался немного поспать. Грузовик, на котором он ехал, дернулся, слегка приподнялся, прежде чем снова опуститься на подвеску.

Все как раньше.

Поскольку грузовики все еще ехали, Майкл Пул созвал собрание, на котором они сделали замечания, сравнили записи и обсудили этот вопрос. Лучшая идея, которая у кого-либо была, заключалась в том, что в очередной раз звезда-изгой, упавшая с неба в центре Галактики, полного звезд-изгоев, преодолела все защитные сооружения, установленные ксили, и врезалась в Колесо — в стойку или палубу.

Вернувшись в Солнечную систему, Майкл Пул однажды врезался на космическом корабле в артефакт ксили, а позже в сам корабль ксили, в семя платана, была брошена целая малая луна. Ни один из них не показал ни малейшего отклонения. Хайсмит Марсден предположил, что технология ксили была привязана к самому пространству-времени. Очевидно, что эта привязка имела пределы. — Ударь по ней достаточно сильно, — мрачно заключил Пул, — и эта штука зазвенит как камертон.

Ашер тщательно зарегистрировала это событие. Это столкновение произошло через семьдесят дней после начала их одиссеи на грузовиках. Поднимаясь по опоре, они очень быстро выбрались из глубокой временной ямы, но даже при этом Ашер приписала событию поразительную внешнюю дату — 2 710 000 год нашей эры. В то время как первое столкновение, которое они испытали, произошло примерно в 220 000 году нашей эры.

Джофиэл был сбит с толку; он не так тщательно отслеживал космические даты.

Они приближались к трем миллионам лет со времени охлаждения Земли. И вот такая погода в ядре Галактики. Звездный дождь.

У него были проблемы со сном.

На семьдесят четвертый день они достигли конечной точки опоры. Они проехали по необычно выглядевшему туннелю, который провел их по еще одной прямоугольной кривой гравитации к верхней поверхности новой палубы, палубы два.

Здесь они провели еще один интересный день, переходя на новую палубу, на свежую реку из корпусных плит.

Оттуда еще девяносто дней.

И они добрались до края чашеобразного мира.

Земля-два. Место, которое можно было увидеть только во время поспешных перелетов через астрономические расстояния. И теперь это их лучшая надежда на спасение. Колонна отъехала от реки, грузовики поставили в круг и быстро разбили лагерь.

Затем, через пару часов, к краю мира-чаши осторожно приблизился одинокий грузовик, тащивший за собой прицеп с компонентами флаера.

49

Время с момента старта корабля: 26 лет 57 дней

Земная дата: 2 710 000 г. н. э.

Экипаж вышел из грузовика.

Джофиэл намеренно отошел на шаг в сторону от остальных и огляделся.

Вид неба был искажен их движением, но гораздо слабее, чем на краю первой палубы: повсюду вокруг него, над и под этой огромной платформой в космосе, отчетливо виднелись звезды, хотя и смещенные к синему и красному цветам. Замедление времени здесь тоже было более мягким. На второй палубе субъективный день соответствовал всего лишь семнадцати месяцам во внешней Вселенной, по сравнению с почти четырнадцатью тысячами лет на первой палубе.

Над его головой третья палуба, высотой более тысячи астрономических единиц, была невидима невооруженному глазу. Позади него простиралось огромное плоское пространство второй палубы. Вокруг него его товарищи, все в своих тяжелых скафандрах, их подошвы цепляются за безликий пол из корпусных пластин: Чинело, Ашер, Никола, Пул. Все оглядываются с явным любопытством, если не с благоговением.

А перед ними плененный мир, еще одна огромная деталь на еще более огромном артефакте. Как будто они стояли по другую сторону неба.

Осторожно они приблизились к краю чаши. Джофиэл увидел, что на краю менялась текстура самой поверхности. С этой стороны, под его ногами в вакууме, была обшивка корпуса. В чаше было что-то убедительно похожее на камень — разновидность гранита, как предположила Ашер.

Не было никакого ощущения, что это закрытая яма, никакого ощущения кривизны. Джофиэл подумал, что как будто он стоял на ровном краю какого-то огромного каньона, как