Тирания бабочки - Франк Шетцинг

– Я просто хочу знать.

– И что потом?

Потом? Никакого «потом». Принесло ветром запах тления, аромат листьев, подгнивших в лужах, оставленных ночным дождем. Как вдруг обострились его чувства. Он мог чувствовать цветочную пыльцу на задних лапках ползущего шмеля, соль и феромоны собственного свежего пота.

Она улыбнулась:

– А ведь то был ты.

И продолжала улыбаться, когда рубашка на ее груди лопнула. Внезапно там появилось отверстие размером с монету в полдоллара. Ударом пули ее отбросило назад, «беретта» выскользнула из ее руки. Ища опоры, она упала на капот патрульной машины. Лютер вскочил на ноги, обыскивая взглядом местность. Увидел Рут, она стояла метрах в трехстах, чуть выше перекрестка дороги на рудник Юреки, и уже снова прицелилась из автомата. В несколько шагов он очутился у своего «глока», увидел убийцу: она ползла на четвереньках по щебенке, потом поднялась и побежала к «мерседесу». Неубиваемая, а разве могло быть иначе. Не успел он приготовить «глок», как она скрылась в машине. Щебень брызнул веером ему навстречу и посыпался на землю позади него – она развернула «мерседес» на месте и умчалась по дороге.

* * *

Рут видела, как та подъезжает. Она свою машину оставила за поворотом, проехав последний отрезок пути с выключенным мотором и сыграв на эффекте неожиданности. С желанным успехом. Рослая черная оставила Лютера в покое и пустилась в бегство. Рут видела в оптический прицел, что попала, но, судя по всему, на женщине был пуленепробиваемый жилет.

– Да тебя так просто не возьмешь, – пробормотала она.

Большинство людей даже в защитной броне падают и остаются лежать. Шок и удар дают о себе знать. А эта уже сидит за рулем. Рут встала на асфальте потверже, расставив ноги, и прицелилась в подъезжающий внедорожник. Целилась с твердой рукой и спокойным пульсом. Мгновенно пропали основания наносить этой женщине серьезные телесные повреждения, но, пожалуй, стоило ее арестовать. Она прицелилась в правое переднее колесо и нажала на спуск.

Никакого действия.

Выстрелила снова. «Мерседес» заболтало, он пропахал придорожную зелень, швыряя из-под колес камни и комья земли, и поехал прямиком на Рут. Чем ближе, тем меньше оставалось возможностей.

– Ну хорошо, раз ты так хочешь.

Переместила фокус на шофершу. Нацелила перекрестье на ее плечо. Выстрел. Пуля отскочила. Опустила автомат. Уже и ста метров нет. Вот и пятьдесят, а машина с каждой секундой разгоняется все быстрее. Побежала к своей машине, прыгнула за руль, бросила оружие на пассажирское место, стартовала. «Легко ты меня не возьмешь», – думала она, когда колосс проносился мимо нее, и вдруг увидела, к своему удивлению, что тот тормозит.

Что это может значить?

В облаке пыли «мерседес» попятился, снова миновал ее и остановился на расстоянии в два корпуса автомобиля перед радиатором ее патрульной машины. Над капотом, блестевшим на солнце, колебалось марево горячего воздуха, шоферша за бронированным стеклом подняла лицо к Рут.

Они смотрели друг на друга поверх рулей. «Маска», – подумала Рут. Африканская ритуальная маска, гладкая, безупречная, лишенная всякой эмпатии. Почти безучастная, глаза в ней не пылали от ярости и жажды мщения.

На повороте дороги показался Лютер.

Женщина обнажила белоснежный ряд зубов, оскал, не сулящий ничего хорошего. И потом она утопила педаль газа. Рут вскинула руки, чтобы защититься. Не снижая скорости, «мерседес» ударил в водительскую половину патрульной машины, отшвырнул Рут, как куклу, на среднюю консоль и снова подал назад. Лютер стрелял издали, но с таким же успехом он мог стрелять и холостыми. Поднявшись, Рут видела приближение следующей атаки. Образ разозленного тираннозавра Рекса так и стоял у нее перед глазами – в «Парке юрского периода» тот таранил джип Сэма Нила и Джеффа Гольдблюма, но те, по крайней мере, ехали! Она же слышала, как заглох мотор ее «форда», и снова все задрожало и загремело, когда черная продолжила свое дело разрушения. Второй удар оказался еще катастрофичнее. Металл скрежетал, лопнувшие боковые стекла посыпались на Рут. Она попыталась снова запустить мотор дрожащими пальцами. «Мерседес» въехал ей в зад и загнал ее в кювет, потом, наконец, развернулся и умчался прочь.

Лютер распахнул пассажирскую дверцу:

– Ты в порядке?

– Проклятье. – Рут ощупывала свои ребра. – Что это была за сумасшедшая? Ну и знакомые у тебя!

Он смотрел вверх по шоссе в сторону рудника Юреки, над дорогой плясали пылинки.

– Мне очень жаль, – сказал он. – Она нездешняя.

* * *

Два часа спустя в «Резиденции св. Чарльза» появился Робби и вразвалочку прошел в заднюю часть.

Традиционно задняя часть салуна служила для интимных встреч, по крайней мере, создавала такую видимость: кожаные кресла вместо барных табуретов, множество пожелтевших фотографий, трофеев и памятных предметов, связанных с «Бригадой дьявола», все это было погружено в приглушенный свет. За стеклом красовалась знатная коллекция исторических ружей и ручного огнестрела. Старинные рекламные плакаты Budweiser, Alaskan Amber и Doc Otis украшали кирпичные стены между парой лыж эпохи грюндерства и искусно расписанными санками, создатель которых давно служил питательной почвой для кедров; одна табличка предостерегала от игроков в покер и от легких девушек. Эта часть салуна выгодно отличалась от передней, не менее богато декорированной части отсутствием бара и бильярдного стола, поэтому завсегдатаи предпочитали главное помещение, а в задней половине можно было посидеть без помех.

Лютер с Рут устроились у камина, где компанию им составляла только бронзовая литая фигура золотоискателя, сердито роющегося в речном иле.

– …должен прибыть непосредственно за мной, – как раз говорил Лютер и замолк.

Робби выглядел смущенным.

– Извините, я хотел только…

– Садись.

Помшерифа подтянул кресло.

– Итак, я думаю, вам это не понравится. Женщина, которую вы описали, окей, такая есть, но…

– Еще как есть, – прорычал Лютер, ощупывая свою опухшую губу.

– Я имею в виду, в службе охраны «Нордвиска». – Робби выложил на стол фотоснимок: – Эта?

– Вне всяких сомнений.

– Ее зовут Грейс Хендрикс. А что касается номерного знака, то вполне ли вы уверены?

– Ты же получил распечатки, – сказала Рут. – Уж куда четче, все видно.

– Да, но та ли это машина?

– Если уж я что и запоминаю, так это номерные знаки, – сказал Лютер. – У меня было достаточно времени их разглядеть, пока я там сидел в грязи.

– Ну… – Лицо Робби смущенно вытянулось. – Тогда у нас сразу две проблемы. Указанный «мерседес» за последние сутки не сдвигался с места.

– Чепуха.

– Это можно доказать. Он стоит наверху, на ферме, чисто вымытый и без малейших царапин. Определенно это не он таранил твою машину, Рут. А женщины вовсе здесь не было.

Лютер смотрел на него непонимающе:

– Что значит – не было здесь?

– Она была в Пало-Альто. Весь день.

Рут выдула воздух за щеки.

– Какая чушь. Я же ее видела!

– Как