Псы и чародеи. Книга 1 - Наталья Владимировна Резанова

От Кальюба она рассчитывала добраться до Гекаэйры, где предположительно имелся связной аббатства. Возможно, там ее ждет новое задание. И отлично.

Воспитанники Приюта у Семи Богов, странствуя по миру, всегда тосковали о единственном своем доме, но, возвращаясь в стены аббатства, порой скучали по прежним трудам. Поэтому наставники порой возвращались в действующие агенты… и снова со временем тосковали по аббатству. Но Лалаге еще не достигла того возраста, когда начинают мечтать о возвращении в аббатство, знала лишь то, что задания следует исполнять.

Солнце палило, холщовые рубаха и штаны пропитались потом, пот заливал даже глаза. Ладони под повязками зверски саднили. Ничего, это полезно после месяцев безделья и обжорства. Очень хотелось пить, но Лалаге решила, что потерпит с этим до вечера. И снова налегла на весла.

Глава 7

Словно магии не существует

1561 г. от У. К., за девять лет до событий.

Аббатство Семи Богов

На раннем этапе существования аббатства были споры, в чье ведение отдавать изучение снадобий – святилища Мастера или Дочери? Составление снадобий есть ремесло, а ремеслам покровительствует Мастер, утверждали одни наставники. Другие возражали: снадобья – не только лекарства, но и яды, а яды – это оружие. Оружие же находится в ведении Дочери. И получали закономерный ответ: а какая из дисциплин, преподаваемых в Приюте, не может быть использована в качестве оружия? Однако в конце концов точка зрения сторонников Дочери возобладала. Расса – богиня не только войны, но и мудрости. В том числе – покровительствующая медицине. И лекарства, и яды проходят по этому ведомству, не так ли?

Воспитанникам нравилось заниматься у брата Кигана. Не только потому, что он прекрасно знал материал. Но далеко не все имели склонность к составлению снадобий. Просто в свои лета воспитанникам скучно было сидеть в помещении, а брат Киган, за исключением зимних месяцев, занятия предпочитал проводить под открытым небом. В саду аббатства – несмотря на холодный климат – умудрялись выращивать даже теплолюбивые растения, а фрукты из сада служили подспорьем к столу. Или за стенами, на окрестных склонах и лугах. Ибо следовало уметь употребить с пользой не только специально культивируемые растения, но и те, которые окажутся под рукой.

Использовались для приготовления снадобий и минералы, но как раз занятия с ними проходили в лаборатории. А нынче – стояла поздняя весна, травы и цветы наливались соками, самое время показать ученикам, что к чему.

Они сидели на склоне и внимали наставнику. Кажется, на сей раз действительно внимали, не делали вид. В этом возрасте они уже умеют сосредотачивать внимание и не отвлекаются на мелкие потасовки и подначивания. Еще бы. Через год-другой они покинут аббатство. Надолго. И сознают – чтоб это «надолго» не превратилось в «навсегда», они должны усвоить то, чему учат их наставники, как можно лучше.

И уметь применять эти знания на практике.

Казалось бы, самая благодатная для наставника пора. Ан нет, не всегда и не вполне. Потому что головы у этих мальчиков и девочек работают (у кого не работали, уже упокоились), и вопросы они могут задавать самые неожиданные. Нельзя сказать, что это неприятно, но иногда озадачивает.

Вот, к примеру, когда он показывал им «слезы Златопряхи» – мелкие белые цветы, настойка на них очень хороша для желудка, также используется при изготовлении крепких ликеров, – то упомянул, что простонародье числит за этими цветами некие мистические свойства, поэтому они используются в колдовских обрядах, имеющих целью как любовный приворот, так и отворот. Поскольку «слезы Златопряхи» растут только в горах, городские простаки готовы платить за них немалые деньги, чем шарлатаны и пользуются. На самом же деле указанная настойка действия на психику или половые органы не оказывает. Только для хорошего пищеварения, да!

И тут Орна спросила:

– А что, если б это было правдой? Ну… эти верования?

Киган укоризненно сказал:

– Тебе сколько лет, Орна, – тринадцать или три?

– Простите, наставник, я неверно сформулировала. Я, собственно, даже не об этих цветах хотела спросить. Но мы знаем множество историй о магических свойствах различных растений. Все они объясняются суевериями простонародья. Но нам известно, что в прежние времена магия в нашем мире играла очень большую роль. Так могут ли эти верования иметь под собой какую-то основу? То есть поначалу эти магические свойства были, а затем, по каким-либо причинам, исчезли.

– Я не исключаю такой возможности. Хотя не в данном случае. Не могу поверить, чтоб, попустительством Семерых, «слезы Златопряхи» имели какое-то иное воздействие, кроме указанного.

– Тогда следующий вопрос. А может быть, что некоторые из этих магических свойств где-то сохранились?

– Ответ на это – в компетенции магов. Я – не маг и никогда не претендовал им быть. Среди наставников аббатства вообще нет магов.

– А почему, наставник? Для воспитания в Приюте отбирают детей с разными способностями. Вполне могли бы отбирать и с магическими. Это увеличило бы силу аббатства, Королевские Псы могли бы служить с большей пользой. Но у меня сложилось впечатление, что за века своего существования аббатство сознательно избегало каких-либо контактов с магией. Не из страха, и не следуя религиозным запретам, но просто… не хотели этого, что ли…

А вот от этого парня Киган подобного вопроса не ждал. Хелед – мальчик не то чтобы глупый, глупых здесь нет, но какой-то… совершенно без претензий. Будет хорош в качестве полевого агента, но не более.

Киган покосился на Лалаге – не она ли подначила своего «брата». Но похоже, что нет. Будь это ей действительно интересно, она бы спросила сама.

– Это вопрос не по теме занятия. Но поскольку, возможно, кое-кого из вас интересует то же, хотите ли вы, чтоб я высказал свое мнение на сей счет, притом что оно вряд ли способствует приобретению практических знаний?

Хеледа поддержали почти все воспитанники, присутствовавшие на уроке. Что ж, хотя каждый из них уже стоит в бою полдюжины королевских гвардейцев и знает десятки способов добычи сведений, в сущности, все они – еще дети. А у детей есть потребность верить в сказки… в иллюзии. Что ж, придется эти иллюзии разрушить. Ибо если они выйдут отсюда, сохраняя эту веру, то могут из-за нее погибнуть. А одна из обязанностей наставника – сделать так, чтобы его ученики прожили как можно дольше.

– Итак, поговорим о магии – с тем, чтоб больше к этой теме не возвращаться. Прежде всего, Хелед, у тебя сложилось правильное впечатление. Аббатство всегда сторонилось магии. То, что так следует поступать, понял еще наш основатель. В ипостаси Диври его считали не только чародеем, но порождением магии. И он охотно использовал эту веру в своих целях. Но в действительности к магическим операциям никогда не прибегал. И