Пламя на ветру - Анастасия Ваймор

— То есть всё? У меня больше никакой свободы? — спросила я, подняв на него глаза с нарочито возмущённым видом.

— А что ты подразумеваешь под словомсвобода, Кейт? — промурлыкал он в шею.

Я почувствовала, как рубашка сползает с плеча, предательски оголяя всё, до чего он хотел дотронуться губами. Поцелуи спускались ниже, становились всё горячее. Сопротивляться я уже не могла.

Он легко подхватил за талию и, прежде чем я успела вскрикнуть, усадил прямо на столешницу. Холодный камень резко контрастировал с жаром его ладоней, что блуждали по бёдрам. По телу разливалась сладкая томительная нега, которую только он умел во мне пробуждать.

— Если свобода — это возможность уйти от меня, то нет, её у тебя больше нет, — прошептал он, не отрываясь от моей кожи. — А если свобода — это быть моей, как ты хочешь и сколько ты хочешь… Тогда ты свободна, Кейт. Свободна как никогда.

Я сглотнула и на миг прикрыла глаза.

— И всё-таки ты жуткий собственник, — выдохнула я, выгибая шею навстречу его ласкам.

Он усмехнулся, целуя меня за ухом.

— Я тебя об этом предупреждал.

— Ты просто самоуверенный варвар. Вот ты кто, — буркнула я, всё ещё держа липкие руки на весу.

Джерд отстранился и хищно прищурился.

— Ты права. — Тёмная бровь взметнулась вверх. — И знаешь что?

Он вдруг резко провёл пальцами по моим бокам, точно зная, что сейчас произойдёт.

— Джерд! — взвизгнула я. — Не смей! У меня же руки в джеме!

Он рассмеялся, поймал мою ладонь и взглянул на липкие пальцы.

— Даже не думай… — предупредила я, пытаясь отдёрнуть кисть.

— Поздно.

Он медленно коснулся губами подушечки указательного пальца. Неторопливо, с явным удовольствием, будто пробовал что-то запретное, но слишком манящее, чтобы остановиться. Я забыла, как дышать.

— Сладкая… — хрипло выдохнул он.

— Это джем, — прошептала я, ощущая, как внизу живота вспыхивает пульсирующее тепло.

— Это ты.

Он задержал взгляд на моих губах. В тёмных глазах вспыхнуло обжигающее желание. На мгновение мы замолчали.

Затем он подался вперёд, обхватил меня и без слов поднял на руки.

— Джерд… — выдохнула я и обвила его шею руками. — А как же завтрак?

— Всё потом… — прохрипел он, чуть коснувшись губами виска.

В спальне он осторожно опустил меня на кровать и навис сверху, вглядываясь в глаза, словно пытался отыскать в них нечто большее, чем просто согласие. Жалюзи медленно поползли вниз, погружая комнату в мягкий обволакивающий полумрак. Я не выдержала. Потянулась к нему, провела пальцами по щеке, губам, по чёткой линии скул. Джерд затаил дыхание, прикрыл веки на долю секунды.

— Я хочу тебя, — прошептала я, нисколько не смущаясь.

Он распахнул глаза. Взгляд потяжелел, затуманился желанием. Его губы вновь накрыли мои.

Глубокий нетерпеливый поцелуй лишил меня всякого сопротивления. Я коснулась его груди, погладила твёрдые плечи и, поймав момент, слегка подтолкнула. Джерд прервал поцелуй и едва заметно улыбнулся. Он понял, чего я жду.

Оказавшись сверху, я обхватила его бёдрами. Сильные пальцы проникли под рубашку, тело моё мгновенно отозвалось. От его дразнящих прикосновений по коже прошла горячая волна, сладкая, точно расплавленный мёд.

Я подняла руки, позволяя себя раздеть. Когда ткань упала на постель, чёрные зрачки расширились, заставив кровь в моих венах запылать от жаркого предвкушения.

Джерд медленно прошёлся ладонью по бедру, затем выше, коснулся груди и слегка сжал.

— Ты моя.

— Твоя, — почти беззвучно простонала я.

Джерд

Кейт откинула волосы за спину, полностью открываясь ему. Всякий раз, видя её такой, Джерд сгорал и заново возрождался. Он забывал себя прежнего и становился другим — чище, честнее — для неё и ради неё. Она пробуждала желание одним только взглядом, улыбкой, лёгким взмахом руки.

Он знал наизусть изгибы её соблазнительного тела — каждую родинку и всё же чувствовал, будто касается впервые. Нежная шелковистая кожа под пальцами чуть мерцала, напитанная светом, несмотря на царивший в комнате сумрак.

Кейт двигалась медленно, точно в танце, и каждый мягкий толчок уносил Джерда за пределы Вселенной. Он обхватывал её бёдра, она тут же откликалась, позволяя себя направлять. В этой страстной близости они понимали друг друга с полувзгляда, с полуприкосновения.

Джерду нестерпимо хотелось перевернуть её на спину, зацеловать до беспамятства, раствориться в ней. Но он сдерживал себя, заворожённо наблюдая, как Кейт наслаждается, как трепещут её ресницы под тонкими веками. И всё в нём наполнялось жаром от столь захватывающего вида.

Он не помнил, чтобы когда-либо позволял женщине командовать собой в постели. Разум всегда оставался ясным. Джерд не отдавал ни контроль, ни ведущую роль. Но с Кейт всё было иначе. С ней он словно уплывал в иные миры, терял самообладание и без колебаний уступал инициативу, если она сама этого желала. Она его любимая женщина. Навсегда. Ей можно всё.

Кейт склонилась к нему. Пушистые волосы окутали, непослушные губы едва коснулись щеки. Джерд застонал сквозь сжатые зубы, обхватил ладонями её лицо и впился жадным несдержанным поцелуем. Он находился уже на грани. Кейт сдавленно выдохнула его имя и выпрямилась, когда он слегка изменил угол и подхватил её ритм.

Вкус кожи, тепло под пальцами, её беззащитность и безмолвное доверие разрывали его изнутри вихрем желания и бесконечной нежности.

Джерд приподнялся, чтобы губами добраться до её груди. Кейт громко всхлипнула и выгнулась навстречу. Не прекращая двигаться, она гладила его плечи, зарывалась пальцами в волосы, отрывисто целовала и вновь откидывалась назад, зная, что сильные руки удержат её.

Он терял себя, терял контроль. Когда Кейт снова и снова опускалась на него так сладко и чувственно, что он уже не мог сдерживаться. Глухие хриплые стоны сами вырывались из пересохшего горла.

Она заставляла испытывать невообразимое. Заниматься с ней любовью он мог бы вечно. Но насытиться — никогда. Он всецело принадлежал ей. Так, как, возможно, она никогда не узнает.

Он чувствовал, как она начинает теряться в ощущениях. Сознание разрывалось вспышками её удовольствия. Податливое тело всё чаще вздрагивало. Джерд сел, удерживая её на себе, не давая соскользнуть ни на миг. Кейт оказалась у него на коленях, лицом к нему, прижатая к груди. Дыхание её сбилось, пальцы сжали плечи. Она попыталась откинуться, но он не позволил, удержал. Он задавал темп — сильный, точный, выверенный — и Кейт охотно поддалась.

Теперь он двигался вместе с ней, мощно и уверенно, возвращая контроль в свои руки. Он крепко держал её за бедра, не позволяя ни на мгновение вынырнуть из этой безумной волны, которая захлестнула их обоих. Кейт дрожала,