Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

музыка. Подбежавший к нам Торгэ, казалось, раз сто произнёс слова извинения. Эйрих, заверив его, что мы не в обиде и просто хотим поесть, с глубоким вздохом опустился на лавку.

— Что сказал Коналл? — тихо спросила я Джерда, когда он сел рядом. Мне хотелось знать, отчего же он так рассвирепел.

— Ничего такого, Кейт, что могло бы тебя заинтересовать, — невозмутимо ответил Джерд.

Он больше не хмурился, но от его весёлого, довольного настроения не осталось и следа, хоть он и старался этого не показывать.

— Прости, что напугал.

— Что вам принести?

К нашему столу подошла румяная Вигдис. Её большие синие глаза пожирали Эйриха, который, глядя на неё, улыбался, словно кот, увидевший сметану.

— А что у вас сегодня? — спросил Фальк.

Девушка перевела взгляд на него и начала перечислять:

— Рагу из оленины, пирожки с курицей и грибами, запечёная дикая утка, тушёная баранина с морошкой, медовые лепёшки с орехами, ягодный пирог с горячими сливками и патокой…

— Мне баранину, — коротко сказал Эйрих, — и подогретый бьер.

— А мне, — Фальк на мгновенье задумался и почесал затылок, — рагу и пирог.

Джерд повернулся ко мне:

— Кейт, что будешь ты?

Я растерялась, не зная, что ответить, ведь с местной кухней я знакома была совсем недолго. Заметив моё замешательство, он уверенно произнёс:

— Вигдис, принеси нам утку, пирожки и всё, что у вас есть на десерт.

И, вновь повернувшись ко мне, с лёгкой улыбкой спросил:

— И рип?

В эту секунду я ощутила прилив нежности к нему. Он запомнил, что я люблю горячий шоколад. Едва сдержав улыбку, я кивнула.

— И рип, — повторил Джерд.

— Сию секунду, принц! — качнув бедром и бросив обворожительный взгляд на Эйриха, ответила Вигдис.

Бог мой, ягодный пирог со сливками и патокой оказался настоящим объедением, впрочем, как и всё остальное. Я буквально мурлыкала от удовольствия, отправляя в рот очередной кусочек. Мы ели, болтали и пили горячее вино. Постепенно хорошее настроение вернулось — все снова были веселы и спокойны.

Когда мы, сытые и довольные, попрощались с Торгэ и двинулись к выходу, Эйрих, бросил быстрый взгляд через плечо. За стойкой прелестная Вигдис чарующе улыбалась посетителям.

— Не ждите меня. Я это… догоню вас, в общем, — с нахальной ухмылкой проговорил он.

Джерд скептически покосился на друга, но промолчал.

После разнообразия запахов в таверне было особенно приятно вдохнуть свежий морозный воздух. На улице шёл снег. Огромными хлопьями он медленно оседал на землю.

— Ну, я пошёл? — тихо произнёс Фальк, как только мы оказались снаружи.

Он вопросительно взглянул на Джерда и, дождавшись его кивка, исчез в ближайшем переулке.

— Домой? — спросила я.

Джерд ласково улыбнулся.

— Вообще-то мы приглашены к Храбану. Он устраивает представление в Замке.

Я подняла глаза к небу. В свете фонаря, под которым мы стояли, казалось, что это не снег летит с неба, а перья. Белоснежные невесомые перья.

— Госпожа Метелица снова взбивает свою перину, — прошептала я, заворожённо глядя наверх.

Джерд удивлённо посмотрел на меня.

— Это слова из одной старой сказки. Мама часто читала мне её перед сном.

— И о чём она?

Он шагнул ко мне, наклонился и заглянул в глаза. Затем бережно надел на мою голову меховой капюшон, защищая от падающего снега. Провёл большим пальцем по щеке, стирая капли от успевших растаять снежинок, и вдруг замер. Взгляд его опустился к моим губам.

Не смея вдохнуть, я осторожно поднялась на цыпочки. Он склонился чуть ниже. Моё сердце сладко кольнуло и… ничего не произошло. Потому что именно в этот миг двери таверны с грохотом распахнулись, выпуская на вечерний холод развеселую захмелевшую компанию.

— О, да это же Чёрный Принц! — заметив нас, завопил один из рохов. — Славного тебе Исфрила, Принц! Тебе и твоей женщине!

Компания тут же радостно загудела, поддерживая его.

Джерд бросил на них недовольный взгляд, досадливо усмехнулся и покачал головой. Я едва сдержалась, чтобы не заскулить от обиды. Надо же было им появиться именно сейчас! Возможно, если бы не они… Но момент оказался упущен…

— Эй, Чёрный Принц! Спасибо тебе за Фростхольд! — ещё раз крикнул рох, прежде чем скрыться из виду.

На улице снова стало тихо.

Джерд наклонился ко мне, взял за плечи и, слегка прищурившись, спросил:

— Так куда ты хочешь? Домой или к йордингу?

Я задумалась на мгновение. Идти в Замок не хотелось. Праздничное настроение сменилось сдержанным умиротворением, а летящий с неба сахарно-белый снег словно не отпускал.

— Если мы не пойдём к Храбану, это будет считаться неуважением?

Джерд негромко рассмеялся:

— Нет, Кейт, не будет.

— Это точно не нарушит какой-нибудь обычай? И тебе не нужно будет снова с кем-то драться? — уточнила я на всякий случай.

— Нет, — ответил он улыбаясь. — Не волнуйся об этом.

— Тогда, может быть, просто погуляем?

Он как-то по-особенному посмотрел на меня и кивнул.

— Так что в той сказке? — вкрадчиво спросил Джерд, когда мы неторопливо шли по пустынной улице. Со всех сторон доносились звуки праздника.

— Ну, если коротко, — я подняла на него глаза, — в ней говорится о том, что снег — это перья из перины госпожи Метелицы. Когда она взбивает её, перья разлетаются, и от этого по всему свету начинается снегопад. Мама читала мне её, наверное, миллион раз.

— Значит, ты любила сказки?

Джерд смотрел на меня с интересом.

— Ага, — подтвердила я, — всегда мечтала о том, что однажды окажусь запертой в башне и прекрасный принц явится, чтобы спасти меня.

Внезапно я осеклась, осознав, куда завели меня мысли. Принц… западная башня Дворца… побег…

Джерд мягко улыбнулся и внезапно попросил:

— Расскажи мне, какой ты была в детстве?

— Нелепой, — рассмеялась я. — Меня вечно дразнили из-за волос. Они всегда торчали в разные стороны, а мне так хотелось иметь гладкий, аккуратный хвост, как у других девочек. Но у меня три брата, и они никогда не давали меня в обиду. А потом, когда они подросли, все девочки в школе вдруг захотели со мной дружить. Особенно в старших классах. Мой брат Ник был настоящей легендой школы — страшно популярным. — Я иронично закатила глаза. — Все девчонки мечтали с ним встречаться, и к нам домой ходили толпы его поклонниц. А потом подрос Питер, и началось то же самое.

Я снова засмеялась, вспомнив все эти девичьи перешёптывания и взгляды, которые подруги тайком бросали на моих братьев.

— Значит, твоё детство было весёлым?

— Весёлым? — Я задумалась, возвращаясь мыслями в те дни. — Пожалуй. А ещё очень шумным. Знаешь, в нашем доме всегда было полно детей. Если каждый из нас приводил хотя бы одного друга, начинался настоящий