Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

Джерд задумчиво провёл ладонью по лицу, незаметно стирая мелкие бисеринки пота, выступившие на лбу. Щека его слегка дёрнулась. Он нахмурился, стараясь не выдать боли, мучившей его. Смотреть на это было невыносимо, но я молчала.

— Мне пока нечего вам сказать, господа.

— Не отвечайте сейчас. Но прошу, Ваше Высочество, подумайте. Обстоятельно подумайте, — с надеждой проговорил Рейк.

— Вы нужны армии, нужны Ауррории, мой принц. — Генерал Далрим вновь пристально посмотрел на Джерда. — Мой слуга Викс, если позволите, будет передавать вам сообщения о текущих делах.

Джерд, чуть помедлив, кивнул. Настроение в комнате изменилось. Недоверие, которое поначалу сквозило в каждом его слове, сменилось если не интересом, то по крайней мере осторожным вниманием.

— Ваше Высочество, мы слышали про Скьярдарлинг. Думается, ультиматум рохи отклонят, — после недолгого молчания произнёс генерал Рейк. — Вас сильно потрепало?

— Терпимо, — коротко бросил Джерд, всё ещё прикрывая рукой кровавое пятно на рубашке.

Рейк кивнул и начал подниматься. Следом за ним встал Далрим.

— Не будем вас более утомлять, Ваше Высочество.

Они низко поклонились, и Далрим с искренним беспокойством в голосе добавил:

— Поправляйтесь, мой принц, и… берегите себя.

— Миледи, — он повернулся ко мне и вежливо кивнул на прощание.

Генерал Рейк последовал его примеру, и оба поспешно направились к выходу. Джерд же остался сидеть, задумчиво глядя перед собой. Когда гости почти достигли двери, он вдруг окликнул их:

— Рейк, Далрим!

Генералы мгновенно обернулись.

— Спасибо, — хрипло сказал Джерд.

Словно по невидимому сигналу мужчины выпрямились. В следующую секунду каждый из них ударил себя в грудь кулаком и с твёрдой решимостью произнёс:

— Доблесть и честь!

— Доблесть и честь! — повторил Джерд, вставая из-за стола.

Джерд

Шелестящие тени танцевали по каменным стенам, извиваясь и кружась. Они лентами взмывали под сводчатый потолок и тут же стремительно опадали обратно. Тени шептали множеством голосов. Разрозненный шепот, казалось, доносился со всех сторон и эхом отдавался у него в голове: «…Ты не сможешь исправить того, что сделал… сделал… сделал… Придётся вернуть… вернуть… отдать…»

Джерд резко распахнул глаза, выныривая из странного, вязкого, до жути неприятного сна. Он судорожно хватал ртом воздух, ощущая, как что-то неправильное и тревожное до сих пор цеплялось за его сознание. Во сне таилась угроза, и оттого хотелось его немедленно забыть, стереть из памяти. Сердце бешено билось сигнальным набатом, пульсируя болью в висках. Он попытался приподняться на локтях — и тут же вздрогнул. Левый бок обожгло калёным железом. Джерд обессиленно откинулся на подушки. Воспоминания о вчерашнем вечере нахлынули безжалостной ледяной волной. Визит генералов… напряжённый разговор… Крахен! У него разошлись швы. Теперь фрагменты того, что происходило после, стали выстраиваться в голове и сменяться, как узоры в хаотичном калейдоскопе.

Вот он встаёт из-за стола, держась за бок… в каком-то отуплении смотрит на окровавленную ладонь… ещё мгновение, и он оказывается на полу… видит взволнованное лицо Кейт, склонившееся над ним… она шепчет: «Джерд!.. Нет, нет, не смей терять сознание, слышишь?!» … крики, кто-то куда-то бежит… он закрывает глаза… где-то вдалеке слышится сдавленное рычание Эйриха: «Крахен! Кудрявая, вас и на минуту без присмотра оставить нельзя!» … ласковая прохладная рука гладит его по лбу, это он помнит особенно хорошо… что-то капает на его губы… горько-соленое… он понимает: её слезы… его поднимают и куда-то несут… раскалённые угли под рёбрами обжигают… он видит белую бороду Авариса: «Эх, такая работа насмарку, теперь останется шрам»… и снова ласковые руки на его лице и нежный шёпот: «Какой же ты всё-таки упрямый! Но теперь всё будет хорошо…»

Джерд сделал глубокий вдох, поморщился. Бок горел крахеновым огнём. Неожиданно почувствовав рядом чужое тепло, он понял, что в кровати не один. Кейт лежала, свернувшись клубочком, подтянув под себя ноги и прижавшись к нему спиной. Непослушные локоны рассыпались по подушке. Девушка спала. Джерд не видел её лица, лишь слышал размеренное дыхание, и это вдруг успокоило его. Даже боль под рёбрами стала будто тише.

Он заметил, что заботливо укрыт. Девушка же лежала поверх одеяла, как была, в платье. Она должно быть сидела с ним всю ночь, а под утро не выдержала и уснула. Колоссальная всепоглощающая нежность затопила его изнутри. Он не хотел, чтобы она видела его таким. Ну, что уж теперь…

Он лежал неподвижно, боясь её разбудить. Собственное дыхание казалось слишком громким. Отчего-то одновременно хотелось, чтобы девушка вот так спала и спала рядом, лишь бы не покидала его, но в то же время хотелось увидеть её улыбку. И, может быть, наконец-то решиться сказать то, что он вот уже несколько недель носит в себе и не осмеливается произнести даже в мыслях.

Кейт завозилась, потянулась и внезапно села. Потерев виски, она повернулась к Джерду. Серые бездонные глаза с беспокойством замерли на его лице. Заспанная, с чуть припухшими от сна губами, она показалась Джерду такой красивой, что он всерьёз подумал, а не послать ли всё к крахену прямо сейчас. Только бы целовать эти губы, зарываться руками в волосы и изучать ладонями каждый изгиб тёплого, податливого тела. Он рвано втянул воздух, стараясь справиться с нарастающим желанием. Девушка моргнула, заправила выбившуюся прядь за ухо и ласково ему улыбнулась. Внутри у Джерда сладко защемило.

«Ещё немного — и я точно свихнусь», — мысленно простонал он.

— Здравствуй, — голос был совсем сонный, хриплый.

— Здравствуй.

— Как ты? — Кейт вдруг нахмурилась. — Ты вчера нас здорово напугал!

— Всё в порядке. Не беспокойся, — поспешил заверить Джерд.

Ему хотелось, чтобы она перестала хмуриться и вновь улыбнулась, но у Кейт явно были другие планы. Судя по всему, она собиралась устроить ему взбучку за вчерашний поступок.

— Зачем ты это сделал? — строго спросила она.

Кейт сидела на кровати, поджав под себя колени, и смешно злилась.

— Что именно?

— Не отвечай вопросом на вопрос. Ты прекрасно знаешь, о чём я. Зачем ты встал? Тебе ведь нельзя было. Аварис сказал, что от глупости и упрямства он не лечит. А в следующий раз, когда тебе вздумается погулять, предупреждать его заранее. Эйрих ведь вытащил его прямо из постели, а когда приволок сюда, на старике всё ещё был ночной колпак.

Джерд горестно хмыкнул, представив, как Эйрих должно быть напугал целителя, ворвавшись среди ночи в дом.

— Ну? — Кейт снова нахмурила красивые брови, сведя их на переносице. — Скажешь или нет?

Джерд понял, что ответить хоть что-то всё-таки придётся.

— Так нужно было. Но тебе не о чем волноваться, Кейт. Умирать вчера я не собирался.

— Не собирался?! — от возмущения брови девушки взлетели. Волны серой реки в её глазах тронул