Пепел на снегу - Анастасия Ваймор

был выше и сильнее. Ему ничего не стоило схватить меня, засунуть в одну из комнат и там запереть. Зелёные глаза недобро блеснули. Видимо, похожая мысль пришла в голову и ему.

«Надо менять тактику», — подумала я, иначе он меня и вправду запрёт, а вслух сказала:

— Пойми, я ведь с ума сойду здесь одна. Прошу, возьми меня с собой!

Он молчал. Выглядел он сейчас гораздо взрослее и внушительнее, чем обычно. Даже веснушки на строгом лице как-то вдруг поблекли.

— Я боюсь за него, Фальк, очень боюсь…

В носу защипало, я чувствовала, что вот-вот расплачусь. Думать о том, что придётся остаться и ждать, было невыносимо.

— Ты ничем не поможешь. А если он увидит тебя, это может сбить его с… правильного настроя, — Фальк говорил твёрдым, лишённым эмоций голосом.

— Давай сделаем так, чтобы не увидел.

— Кейт, ты не понимаешь. Он не просто попросил. Он приказал.

— И что будет, если ты не выполнишь приказ?

— Я даже думать об этом не буду.

— Почему он не хочет, чтобы я пришла?

Я замерла, ожидая ответа.

Бедный Фальк, оказавшийся между двух огней, сокрушённо выдохнул:

— Не знаю, могу только догадываться.

— Так скажи мне!

После некоторой паузы он произнёс:

— Думаю, не хочет тебя пугать.

— Пугать?

Я уже ничего не понимала.

Парень торопливо отвёл взгляд и серьёзно проговорил:

— Кейт, это будет не самое приятное зрелище…

Я не выдержала и вцепилась в его куртку, глядя снизу вверх:

— Фальк, пожалуйста, прошу. Я не могу его потерять.

Мой голос дрогнул. Я опустила глаза и замолчала.

Он устало потер руками лицо, вздохнул, и я услышала сдавленное:

— Ладно, собирайся.

А потом с усмешкой заключил:

— Крахен! Ты такая же упрямая, как он!

В зелёных глазах мелькнуло что-то тёплое. Уголок рта дрогнул, словно Фальк старался подавить улыбку.

От радости я подпрыгнула и, взвизгнув, чмокнула его в веснушчатую щёку. Парень покраснел. Я же побежала к двери одеваться.

* * *

Большой круглый амфитеатр, окружённый высокими бревенчатыми стенами, был переполнен людьми. В самом сердце его виднелась арена, кое-где выложенная грубыми камнями, которые скрывал мягкий слой снега, что шёл не переставая с самого утра. Факелы на массивных стойках по периметру арены создавали огненное кольцо. На специальном деревянном помосте стояли широкие скамьи, на которых уже восседали йординг с сыном в окружении личной стражи. Там же я заметила Эйриха и Аццо.

Мы протиснулись к арене, но близко решили не подходить. Раз уже я вымолила у Фалька разрешение пойти, играть следовало по его правилам. Пришлось пообещать, что своего присутствия я ничем не выдам, что бы там ни увидела. Мы встали за спинами двух не очень высоких рохов, оказывается, и такое бывает, и замерли, уставившись перед собой. Долгое время ничего не происходило. Сердце моё стучало и готово было взорваться от волнения.

Но в следующий миг толпа взревела и расступилась. В огненное кольцо вошёл Джерд. Его мускулистое, обнажённое по пояс тело покрывали алые беспорядочные разводы. Словно кто-то, обмакнув ладонь в кровь, провёл рукой, чтобы оставить жуткие полосы на загорелой коже. На лице и груди виднелись красные, неровные следы от пальцев.

— Фальк, у него кровь! — ахнула я, судорожно вцепившись в предплечье парня.

— Она не его, — успокоил он. — Это кровь священной для рохов птицы Фенрискар. Они метят ею бойцов перед Скьярдарлингом. Так Древние дают разрешение на бой.

Снег летел хлопьями. В воздухе остро пахло маслом и гарью. Толпа волновалась всё сильнее. Джерд неподвижно стоял в круге, держа в каждой руке по узкому длинному мечу. Их чёрные полированные лезвия сверкали в свете факелов, окружавших арену. Он ни на кого не смотрел. Взгляд его был сосредоточен и направлен внутрь себя. Твёрдые мускулы перекатывались под кожей, а дыхание в холодном воздухе превращалось в облачка пара. Чёрные металлические наручи покрывали его запястья и доходили почти до локтей. Снег таял на обнажённых плечах, оставляя мелкие, словно бисер, капли воды. Джерд, казалось, совсем не чувствовал холода. Я невольно поёжилась.

— Эй, принц! — раздался вдруг крик из толпы. — Смотри, не продай свою жизнь дороже, чем она того стоит!

И сразу со стороны, откуда донёсся голос, грохнул дружный смех. Повернув голову, я увидела того самого роха с татуировкой птичьего крыла на лице. Он стоял рядом с Коналлом и довольно скалился. Остальные люди вождя нахально смеялись, говоря что-то друг другу и показывая на Джерда.

Фальк сдавленно выругался. На брошенные из толпы слова и гогот Джерд не обратил ни малейшего внимания. На его каменном лице не дрогнул ни один мускул. Словно он не слышал и не видел сейчас ничего вокруг. Зато на них отреагировал Эйрих, а точнее, на того, кто это крикнул. Сузив глаза, он пристально и недобро посмотрел в сторону Коналла и его людей. Тяжёлый взгляд упёрся в птичье крыло и прошёлся по лицу светловолосого роха так, будто Эйрих хорошенько запоминал его.

Внезапно толпа взревела с новой силой и отшатнулась. С противоположной от Джерда стороны на арену, тяжело шагая, выступил его противник. Я ужаснулась и тут же зажала себе рот рукой, чтобы не закричать. Тот, кто стоял сейчас внутри огненного кольца, выглядел настоящим монстром. Обнажённый торс был едва ли не полностью измазан кровью, которая скрывала бесчисленные чёрные татуировки. Они тянулись по шее, переходя на безволосую, исполосованную шрамами голову. Под татуировками бугрились канатами толстые мышцы. Перекошенное свирепым оскалом лицо казалось мордой странного и страшного зверя. Он значительно превосходил в размерах высокого и мощного Джерда и выглядел настоящим гигантом. В каждой руке он держал по массивному боевому топору. Выйдя на середину круга, монстр резким движением вскинул их над головой. Воздух завибрировал. И толпа со стороны северных кланов тут же зашумела, приветствуя своего бойца. Всё, что сейчас происходило, выглядело донельзя пугающе.

— Крахен! — зло прошипел рядом со мной Фальк. — Это Бальдур Костолом. Говорят, он лучший воин Локкаира.

Я перевела взгляд на Эйриха и увидела, как привычная хмурая маска на миг сползла с его красивого лица и на нем отразилась растерянность. Но в следующую секунду, взяв себя в руки, Эйрих свирепо уставился на арену. Мой взгляд вернулся к Джерду. Понять, как он отреагировал на появление соперника, было невозможно. На его лице не мелькнуло ни единой эмоции. Он спокойно наблюдал за противником.

Со стороны северных кланов вновь раздался рёв.

— Бальдур! Бальдур! — кричали воины.

Гигант повернул к ним голову, небрежно махнул топором в сторону Джерда и что-то прокаркал. В ответ мгновенно раздался смех, но тут же резко оборвался,