Сага о кораблях - Энн Маккефри

захваченных в прежних нападениях. Ровно дюжина, битком набиты людьми – куда выше оптимальной загрузки. Кое-кому из кольнари пришлось набиться даже в спасательные капсулы, других физических возможностей для размещения просто не оставалось. Условия жизни на борту этих кораблей были, надо думать, чудовищны, даже если системы жизнеобеспечения хоть как-то справлялись с перегрузкой. Три средних грузовых транспорта тоже были забиты под завязку взрослыми кольнари и их детьми. Два корабля, видимо эсминцы, хотя и выслужили свой срок, несли на себе большое количество ракет и другого вооружения. Еще два грузовых транспорта несли беспилотные устройства, по пять штук на каждом, что должно было значительно снизить общую скорость флотилии. Четыре беспилотных устройства содержали только взрывчатку, ракеты и запасные части. На пятом же, видимо, хранились запасы пищи, так как отражаемые сигналы радара говорили, что металла на них мало. Всего конвой насчитывал девятнадцать бортов. Внушительная армада, заведомо способная сломить сопротивление обитателей Равеля. Вероятно, это обстоятельство и определило выбор Равеля в качестве цели.

Используя лазерный пульсатор, Хельва передала дополнение к предыдущей информации. До ближайшего патруля Флота, кому информация предназначалась в первую очередь, это послание будет добираться, несмотря на скорость передачи, не меньше десяти суток. Адмиралтейство поклялось, что уничтожит все пиратские банды кольнари без остатка. Так что сейчас какой-нибудь амбициозный командир патруля вполне мог воспользоваться шансом получить повышение, аккуратненько выполнив клятву начальства. Даже один современный военный корабль с легкостью распотрошил бы вшивую банду оборванцев, набитых в древние консервные банки, еле-еле ползущие по космическим просторам. Но надо признать, что кольнари будут сражаться до тех пор, пока жив хоть один мальчишка, способный держать в руках оружие или нажимать на кнопку пуска ракеты. А ракет у них хватает. Даже женщины кольнари и те – отчаянные бойцы. Впрочем, проанализировав все имеющиеся данные о кольнари, можно было прийти к выводу, что большинство женщин – рабыни, захваченные в рейдах и принужденные рожать ради пополнения рядов их хозяев.

Хельва неслась вперед, глубоко сожалея, что у нее почти нет информации о переселенках с Хлои. Теоретически жизнь на новой планете в тесном общении с природой чудесна, но ведь практика – дело совсем другое. Первые религиозные группы поселенцев на Дафнисе и Хлое узнали об этом из первых, так сказать, рук, и обошлось им такое знание довольно дорого.

Она закончила монтаж голографического фильма, иллюстрировавшего самые отвратительные обычаи кольнари, включая их зверства во время вторжения на мирную планету Бетель. Трехмерная запись тех событий была обнаружена в обломках одного корабля и использована в качестве улики на суде по делу о нападении кольнари на S-900, когда судили захваченных в плен кольнари. Это был именно тот краткий и впечатляющий урок, который Хельва хотела преподать равелианкам. Она несколько отредактировала записи, добавила кое-что «от лектора», а затем ввела программу во внешний контур корабля.

Фильм должен был предотвратить пустую потерю времени на бесполезные споры и уговоры. Хельва хотела, чтобы каждая живущая на Равеле женщина надежно спряталась в подходящее убежище на все время пребывания кольнари на их планете.

Хельва не стала будить Найла. К чему его беспокоить, когда он спит как убитый… Нет, не его, конечно, а голограмму… Его всегда было так трудно разбудить… хотя разбуженный, он мгновенно переходил от сна к бодрствованию. Время у Хельвы было, и она перевела корабль в медленный орбитальный режим, пролетев над затененным полушарием, а затем над освещенным, регистрируя различные свидетельства жизни на планете. А их оказалось на удивление много. И притом что она наверняка заметила не все поселения. Но как могли эти заядлые адепты целомудрия увеличить численность населения планеты вчетверо по сравнению с первопоселенцами? «Плодитесь и размножайтесь», с их точки зрения, конечно, библейское наказание, но все равно даже с учетом последнего транспорта новообращенных единоверцев, прибывших сюда сорок лет назад, людей куда больше, чем должно быть. Вот если бы это были кролики… Ну а если кролики целомудренны? Ладно, придется ей посетить елико возможно больше этих… как они их называют… монастырей, что ли? И как можно скорее. А может, у них тут есть какой-никакой способ связи между монастырями? Ведь на главном континенте их разделяют достаточно обширные пространства. Пока ей придется игнорировать мелкие островные поселки и сосредоточить внимание только на крупных и наиболее соблазнительных для кольнари поселениях, которые будут атакованы в первую очередь.

Чуть ли не в центре континента Хельва обнаружила то, что она сочла посадочным полем: несколько акров выжженной земли, выложенных грубыми бетонными плитами. Сюда явно садились шаттлы и корабли, выгружая привезенные товары и людей. Ряды временных бараков, сильно пострадавших от непогоды и нуждающихся в ремонте, окаймляли посадочное поле с двух сторон, доказывая со всей очевидностью, что когда-то люди тут были и какое-то время работали. Обнаружилась и свидетельства наличия энергии низкого напряжения, да и местная растительность еще не успела отвоевать посадочную полосу обратно, хотя за сорок-то лет сорняки уже должны были пустить тут свои корни. Башня, построенная из каких-то блоков и стоявшая на стыке двух рядов бараков, успела покоситься. С той высоты, на которой летела Хельва, хорошо были видны четыре дороги, идущие на север, юг, восток и запад от заброшенного космодрома. Видны были и более узкие дороги и тропы, отходившие от главных, – второстепенные артерии, вернее всего грунтовые, ведущие к мелким монастырям. Хотя дороги были грунтовые, но пышная растительность явно не торопилась их отвоевать. Четкие границы отделяли дорожное полотно от кустарников на обочинах. Наверняка здесь пользовались какими-то химикатами для предотвращения наступления леса.

– Интересно, а как они решали, кому именно и куда именно идти? – пробормотала Хельва, начисто позабыв, что время подпирает и ее ждут несравненно более важные проблемы.

– Следовали, должно быть, божьему промыслу, – ответил Найл.

Оказывается, он давно уже сидел в своем кресле. Вечно он тут как тут.

Вообще-то Хельва не запускала звуковую часть программы, но раз уж Найл здесь, она обрадовалась, услышав чей-то голос после долгого молчания, длившегося почти весь полет до планеты.

– Если тут всего четыре главных направления для поисков, то дело заметно облегчается.

– Прокладка этих дорог потребовала большого времени, иначе они не были бы так хорошо видны. Ведь последний раз по ним ходили сорок лет назад.

– Верно. Ну а теперь… раз-два-три-четыре-пять-я-иду-искать… какую из четырех выберем мы? «Ведь Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут», – сказал Найл, по-прежнему пребывая в смешливом состоянии духа.

– А что насчет Юга и Севера?

– Так, может, вот таким путем? – сказал он, широко расставив руки, которые не указывали ни в каких главных направлениях компасной розетки.

– Ладно, пойдем на север, а там резко свернем, – решила Хельва.

– И дальше все кругами,