Непокорный Меч - Гарет Ханрахан

завянут. Я решил оставить его на произвол судьбы и заниматься им только тогда, когда становится необходимо. Философия мягкого пренебрежения - но это чревато заражением. Все дело в том, чтобы найти правильный баланс". Он осмотрел один белый цветок и нахмурился, увидев маленьких жучков, которые ползали по листьям. "Впрочем, с ними ничего делать не нужно. Мороз уберет их, и я посажу новые семена, когда сменится сезон. Постепенно мне удасться все сделать правильно". Он поднял на нее глаза. "Посмотри еще раз, Торун. Найди магию, подходящую для дварфа".

Торун попятилась. Она подумала, не насмехается ли эльф над ней, но в его голосе прозвучала искренность, которая заставила ее засомневаться. Она снова поднялась в башню, этаж за этажом. Снаружи солнце садилось, и окна, выходящие на запад, наполнились осенними сумерками. "Может быть, там есть лунные письмена, которые видны только ночью", - сказала она себе, оставив невысказанной мысль о том, что такой подход был бы излишне туманным. Подождала, пока померкнет дневной свет, но никаких тайных посланий во мраке не появилось.

Торун снова прошла через все эти пустые комнаты, пока не оказалась на вершине башни. Уставилась на купол из звезд над головой. Она могла бы назвать каждую из них, проследить очертания созвездий, но они не вняли бы ее призыву. Они были бесконечно далеки, бесконечно холодны и презирали ее. Это не было для нее секретом - она знала это всю свою жизнь.

После суматохи предыдущей ночи небо прояснилось, и с этого высокого места Торун могла смотреть на запад через пролив. Там, далеко на горизонте, она увидела далекое зеленоватое свечение.

Некрад, подумала она, и эта мысль словно открыла дверь в ее сознании. Она никогда не видела этот легендарный город, но читала о нем сотни раз и слышала рассказы издалека. Город, построенный в древние времена, чтобы овладевать магией, собирать ее и направлять в нужное русло. Звездная ловушка в камне.

Это была магия, подходящая для гнома. Ее душа, может, и была тяжелой, как железо, а язык неспособен произносить изысканные эльфийские слова, но она была дварфийкой, а дварфы умеют строить и исследовать. Если магия может быть воплощена в камне, то она это поймет. Ее разум парил над улицами запретного города, словно спицы колеса. Некрад! В эйфории ей казалось, что город вращается под ней, а весь мир - это огромная машина, которая оживает, приводимая в движение невидимой рукой...

"Построй его заново", - сказал голос в ее душе. "Второй город".

Вершина возвышалась над островом, вырываясь из леса голым каменным пиком. Принц вел Ольву все выше и выше, и в тот момент, когда она почувствовала, что не справится с подъемом, они подошли к лестнице, вырубленной в горе. У подножия лестницы стояли статуи стражей. Они были сделаны в виде извивающихся драконов.

Маэдос остановился, и Ольва смутно почувствовала невидимую борьбу между принцем и стражами. Схватка длилась всего несколько мгновений, а затем путь на гору был открыт. Принц произнес какое-то слово, и пляшущие языки пламени осветили путь.

"Торун бы это понравилось", - пробормотала она. "Настоящая магия".

"Сегодня вечером ты увидишь, как действуют более могущественные заклинания".

"Куда мы идем?" - спросила она.

"На вершину. Это Кайрад Нал, Крепость Бурь на вашем языке. Здесь старшие впервые ступили на твердую землю, когда спустились со звезд. Но они не стали здесь жить". Они находились над верхушками самых высоких деревьев, и воздух был прозрачнее самого тонкого стекла. Принц указал на запад, через залив, и Ольва увидела слабое пятно на горизонте. "Они собрались в Некраде, первом городе, навеки ставшем домом эльфов в этих землях. Нас изгнали шесть тысяч лет назад, и мы до сих пор помним". Ольве стало ужасно жаль принца, и ее щеки вспыхнули при мысли о том, что ее собственный брат несет ответственность, по крайней мере частично, за то, что Некрад не достался его законным владельцам.

Он взял ее за руку и помог подняться. Лестница все огибала и огибала вершину, и высота становилась головокружительной, как будто малейший неверный шаг мог отправить ее в падение вниз по склону – или в небо. Она вцепилась в руку принца и попыталась сосредоточиться на его голосе.

"Эта лестница была построена гораздо позже, нашими отчужденными родственниками. Последователи Америт отвергли пути Эрлкинга и покинули Эвервуд. Пришли сюда и превратили остров в арсенал. Они вели войну со смертными и со временем изгнали узурпаторов из Некрада - но это была горькая победа. Они были так изранены войной и отдали так много себя, что стали извращенными и странными".

Лестница снова изогнулась, и в склоне горы появилась зазубренная рана. Рядом с лестницей зиял темный вход в пещеру. Разбитые камни и свисающий мох, словно зубы и слюни, уходили внутрь пещеры, как слизистая глотка в недра земли. Из нее исходило мерзкое зловоние. По бокам пещеры стояли колонны, испещренные рунами, и это напомнило Ольве о пасти какого-то зверя, вырезанной из мрамора.

Принц остановился и положил руку на колонну. "Будь осторожна, смертная! Здесь бьют опасные источники силы земли. Эти колонны укрощают ее, так что на этом пути ты в безопасности. Они были созданы энхедраями, используя ту же магию, что лежит в основе Некрада".

Они снова полезли вверх. Тропа изгибалась все сильнее, сужаясь по мере того, как сужался сам пик, так что им пришлось идти гуськом. Туман делал ступени скользкими, а тропа исчезала в облаках, окружавших гору. Принц Маэдос, однако, не замедлял своего восхождения и тянул ее за собой, хотя она почти ничего не видела в тумане. Ольва боролась с собственным страхом, полная решимости показать, что она достойна всего, что он ей дает.

Завеса тумана расступилась, и перед ними предстал каменный трон на самой вершине горы. Вокруг них был купол из пылающих звезд, и они потерялись в необъятном небе. Ольва опустилась на самую верхнюю ступеньку лестницы и прижалась к горе, радуясь, что подъем окончен, задыхаясь в разреженном воздухе.

Принц занял свое место на троне, и в его глазах заблестел звездный свет. Его взгляд блуждал по океану. Она почувствовала, как запели горы, когда Маэдос призвал магию Кайрад Нала. Сила земли поднялась и превратилась в небесный огонь. Вокруг вершины плясало полярное сияние, а звезды горели с такой ужасающей яркостью, что казались серебряными шипами, пронзающими Ольву насквозь.

"Три корабля плывут южным ветром из Эллспорта", - отстраненно произнес принц. Ольва проследила за его взглядом, но увидела лишь темноту. "Они плывут под флагами Эллспорта,