Огонь и Железо - Владимир Валериевич Стрельников

половина. Ещё около двух сотен получили ранения и ожоги. А остальные либо сгорели, либо ушли на дунайское дно. Раздосадованный Удега снял основную засаду и, с уцелевшими лодками, пошёл верхами вдогон. В принципе, план племянника был неплох — сопровождать наглецов по берегу, пока те не устанут, а затем овладеть кораблями быстрым ночным рывком. Тем более плыли ахейцы довольно медленно.

Вот только к ночи они несколько ускорились. Очевидно, понимали, что им грозит. К рассвету полторы тысячи мадьяр с лодками едва нагнали корабли. А ахейцы, похоже, оставили на вёслах лишь часть гребцов. Весь день они неторопливо сплавлялись вниз по течению. Из-за необходимости везти с собой по лесам ещё и длинные лодки теперь уставать начали уже преследователи. Поэтому Удега решил напасть сразу с наступлением темноты. Для этого отряд слегка обогнал ахейцев. Но в сумерках те вдруг пошли в обратную сторону! Пришлось срочно догонять уже по воде. Что оказалось плохой идеей. Корабли вытянулись поперёк реки, и щедро угостили почти настигшую их кучу лодок тремя струями колдовского негасимого пламени.

Пока спасали горящих, золотоносные наглецы уже скрылись. Целых мадьяр оставалось около тысячи двухсот человек, но все они горели жаждой мщения. Неутомимые нукеры Удеги вновь устремились в погоню по берегу. Теперь уже в другую сторону. Однако настичь врага им удалось лишь на второй день, у самого устья «Железных ворот». Вместо катапультных башен там дымили лишь осыпавшиеся кучи камня. Большая часть бойцов оставленной речной засады валялась на берегу, побитая странными толстыми короткими стрелами. Остальные, как потом оказалось, объятые страхом, скрылись в лесу. Два корабля, неожиданно лишившиеся своих высоких бортов, стояли уже за Дунайскими порогами. А третий пришельцы как раз дружно тащили верёвками через самый большой и бурный, под названием «Преграда». Атакующую лаву нукеров ахейцы встретили шквалом стрел и горящих камней. Это позволило им перетащить третье судно, закидать в него многочисленное барахло, уже дожидавшееся за Преградой, и уйти вверх по течению. Как потом рассказывал Удега, которому прилетевшим горящим камнем перебило кость левого бедра, на своих судах ахейцы подняли сразу по три-четыре паруса. Благо ветер дул вглубь «Железных ворот». Наверно, из-за этого все они очень быстро, не взирая на противодействие текущей воды, скрылись за ближайшим поворотом.

Остатки воинства Удеги, распалённые злым азартом, использовали немногие уцелевшие лодки и переправились вместе с конями на правобережье. Там вдоль всего русла шла пробитая в скале старая, ещё паннонская дорога. По ней бросились верхами в погоню. Да там же почти все и остались. Когда уже разведчики дьюлы Пети отправились вслед, на всём протяжении злополучных восьмидесяти миль они видели побитых камнями и короткими стрелами удальцов. Некоторых явно добивали пиками. И у всех павших отсутствовало оружие. У этих мерзавцев ещё хватало наглости грабить нукеров!

Когда разведка сама напоролось на корабли, всё прояснилось. С тех вдоль каменистой реки шарахнули из катапульт. Залпы щебня смахнули сразу несколько всадников. Затем с причалившего корабля выскочило трое пикинеров, а с борта их поддержали выстрелами проклятые ахейские лучники. Не смотря на короткие стрелы, били они гораздо дальше мадьярских луков. И почти так же точно. А в странных доспехах пикинеров стрелы, похоже, просто вязли, не причиняя вреда владельцам. Они быстро собрали оружие убитых конных разведчиков и вернулись на корабль. Тогда дьюла послал людей по вершинам обеих хребтов «Железных ворот», с задачей рушить на наглых ахейцев валуны и целые камнепады. Это сработало. Благо скальные стены здесь порой достигали высоты чуть не в полмили. Но утопить врагов не удалось. За шесть дней лазания по горам их смогли лишь вытеснить из речного ущелья.

На самом выходе из «Железных ворот» передовая тысяча нашла лагерь ахейцев. Здесь вместо многих прибрежных камней светлели круги пыли и груды мелких осколков. Похоже, ахейцы их активно дробили, а получившимся щебнем стреляли из катапульт по паннонской дороге. Кстати, и прибрежный лес лишился множества толстых ветвей. Очевидно, так враги пополняли запас своих коротких толстых стрел. Воевода задумался. Ему срочно требовалось что-то нестандартное, чтобы «не потерять лицо».

Но вот над одной из куч каменного крошева приподнялся кожаный шлем с бунчуком. Оказалось, там лежал связанный и засыпанный воин из отряда Удеги. Он имел многочисленные колотые раны, в том числе на руках и ногах, заботливо перевязанные лоскутами его же холщовой рубахи. Лицо уже заливала предсмертная восковая серость. Увидев подошедшего воеводу, он облегчённо улыбнулся:

— Дьюла, ахейцы ищут тебя!

— С чего ты так решил, дружок? — Пети никак не мог вспомнить его имя.

— Их атаман, Улис, так сказал. Он привязал мне на грудь золото. Велел отдать вождю Пети. И сказать, что хочет обсудить, как ты можешь получить в тысячу раз... — раненый вдруг прервался и заклокотал. Глаза полезли из орбит, а на губах начали лопаться кровавые пузыри. Через несколько минут все было кончено. Под его взрезанной кожанкой оказалась окровавленная нагрудная повязка, аккуратно прижимавшая пятнадцать золотых солидов норманской чеканки.

«Значит, в тысячу раз!» — дьюла окинул острым взором площадку бывшего лагеря. Вряд ли ахейцы знают другое место для ведения переговоров.

— Так орлы, срочно готовьте горящие стрелы! Три сотни — туда, ещё три — туда. Остальные резерв. Пора уже и нам ахейцам шкуру подпалить.

Предположение оказалось верным. Меньше, чем через час из-за лесистого поворота показались все три корабля-дракона. Теперь они вновь имели высокие борта, над которыми горбились гибкие полосатые крыши.

А посередине открытой площадки бывшего лагеря, со скрещёнными на груди руками уже гордо возвышался десятник Истван, в шлеме и плаще дьюлы. Сам воевода, с двумя десятками наиболее искусных бойцов, стояли конной группой чуть поодаль, изображая почётный конвой. Ведь не может же вождь путешествовать в одиночку! Остальные удальцы, вместе с оставшимися лодками, искусно хоронились слева и справа, в уцелевшей растительности, и в лесу позади «конвоя». Шесть сотен были готовы в любой момент начать стрельбу по кораблям горящими и обычными стрелами, а также атаковать по воде.

Вот только хитрые ахейцы всей группой не пошли. Два корабля встали на якоря на предельной дальности полёта стрелы. А третий поплыл прямо к каменистой площадке. Дьюла улыбнулся про себя. До остановившихся нукеры домчат за пару минут. Там даже якоря не успеют выбрать. А вот ближний нужно накрыть горящими стелами прямо отсюда и взять на абордаж с берега. Быстрые всадники для этого подходят даже лучше, чем лодки. Отдал соответствующее распоряжение, и один из «конвойных» скрылся в разросшихся кустах позади.