Жизнь и праздники крестьян Западной Руси - Юлиан Фомич Крачковский

губ.).

Когда приближается время отправляться к венцу, в доме жениха ставят посередине стол, на котором кладут хлеб. Жених трижды обходит вокруг стола, делает земной поклон перед иконой, целует руку родителей, целуется со всеми присутствующими и выходит из дому. В других местах этот обряд бывает сложнее, торжественнее. «Дружка» берет белое полотенце, один конец которого дает молодому, а другой держит сам. Потом он трижды обводит молодого кругом стола, и за каждым разом они кланяются в ноги всем присутствующим, также хлебу, который лежит на столе. После этого иногда еще садят молодого на корзине с рожью, и при этом крестная мать постригает ему волосы, а сестра припаливает их несколько восковой свечой. Присутствующие поют:

Яначка братня на гумне ходзиць,Да три сады садзиць, усе три хмелевые:«Вийся, хмелю, вийся да кола тычинки,Да усад шишечками:Пастрягайся, Яначка, з ребяцкаго стануДа у мужескую славу!»

После этого жених выходит с своей дружиной из дому и отправляется к невесте (Еремичи Новогр. уезда Минск. губ.).

Самые бедные селяне считают священным долгом отправляться к венцу не пешком, а на лошадях. Жених-иногда едет верхом. Когда поезд уже готов тронуться, то, в некоторых местах, мать жениха берет «калач» и освященную воду, обходит трижды вокруг телеги, в которой свахи с дружкой, а иногда и молодой, кропит всех священной богоявленскою водою и перед лошадьми кладет калач. «Возила» трогает лошадей и всеми мерами должен остерегаться, чтобы не коснуться «калача», в противном случае нужно ждать несчастия. Иногда же мать жениха, одетая шубой вверх шерстью, трижды обегает кругом лошадей, обсыпает их овсом, и при этом поют:

Стояла рутонька вкрай плоту,Друбненьким дощиком ульяна:Ой, там Иванко умывався,Своим ворогам кланявся:«Ой, мои жь вите вороги!А не переходьте дороги,А нехай перейде Господь Буг,А муй батенько навперуд!Кропи но ты коня,Коб Буг вносив дете,З великои дороженьки,С чужой сторононьки,Змежи чужих людей!»(Сборн. пам. нар. творч. в СЗ крае, CXCV).

Невеста, ожидая прибытия жениха, уходит в соседний дом и возвращается только тогда, когда жених уже в ее доме. Тогда родители невесты начинают приготовлять ее «до шлюбу». Ставят посередине комнаты квашню, в которую кладут хлеб с солью, и покрывают ее шубой вверх. Это вновь приготовленное место называется «посадом». К нему подходит невеста со своими подругами. «Дружки», сначала у родителей невесты, а потом и у всех присутствующих, испрашивают благословения посадить невесту «на посад»: «Пане ойче, пани матко, панове суседзи, – говорят они, – благаславице маладую на посад посадзици!» Присутствующие отвечают: «Боже, благаслави!» Дружки при этом поют:

Павстаньте, баяре, все у ряд!Сядзять маладую на насад!

Сама молодая подходит теперь к каждому гостю, не минуя ни старого, ни малого, и всем кланяется в ноги. В песне поется:

Хиляйся, калинка, хиляйся:Кланяйся (имя невесты), кланяйся,Старого, малого не минай,У Бога долечки добывай!За тое зганена не будешь,У Бога долечки добудешь,Старому, малому на двоичи,Свойму батюшку хоть трейчи!(Сборн. пам. нар. творч. в СЗ крае, CCLXV).

Если невеста – сирота, присутствующие от лица ее поют:

Низеньку головку клонючи,Межи бояри пана ойца ищучи;Я усе бояри перейшла,Свойго пана ойца не знашла;Кинуся, падуся об скамью,Свою головоньку розобью,Свои слезочки розолью,Свою родинку розжалю.Бедная моя головка у веночку,Нет мойго пана ойца у родочку!Бедная моя головонька у твете,Нет мойго пана ойца на свете!(Еремичи Новогр. уезда Минск. губ.).

Невесту садят «на посад». Присутствующие поют:

Ляцели гусачки цёраз сад:– Час табе (имя невесты) на пасад.– Што вам, гусачки, да таго,Вець у мяне маточка для таго,Яна мяне на насад пасадзиць,Яна мне радочку парадзиць.– Парадзиць радочку я рада,Выправиць да шлюбу наеду.(Сборн. пам. нар. творч. в СЗ крае, CLXXIII).

Или:

Брат сястру на насад вядзе,Сястра брату да ног падзе:– Чём я братка дакучила:Ци русаю касой,Ци сваей красатой?– Ты мне ня дакучилаНи русай касой,Ни сваей красатой:Частыми госциками,Што суботы ездячи,Цябе, маладой, пытаючи.(Там же, CCLXVI).

Теперь приходят брат или ближайшие родственники (называемые «закосники») и так же испрашивают благословения у всех присутствующих «расплести маладой косу». «Есц тут Бог, бацько, матка?» и проч… Просьба повторяется три раза, и в ответ получается: «Бог благаславиць!» Закосники расплетают косу, иногда поджигают со всех четырех сторон ее волосы, дружка держит свечу, а подруга через кольцо продевает небольшие пряди волос и, подпалив их, отходит, а невеста встает с «посада». Сидение невесты на «посаде» представляется последним, заключительным делом пребывания невесты под теплым крылышком своей матери, ее прощание с беззаботною, холостою, так сказать, жизнью и приготовление ко вступлению в новый неизвестный мир. Минута трогательная, вызывающая слезы. Если девица выдержала свою роль, не уронив слезинки, ей тогда споют песню:

Щто жь там за пташечка,Чорная як галочка,У сё поля злятала,Крыльцом ни махнула,Перца ни зранила?Што жь там за дзевица,Пасад пяраседзела,Слёзки ни зранила,Маточки ни разжалила(Сборн. пам. нар. творч. в СЗ крае, CCLXXII).

В некоторых местах делают еще так. Посадивши молодую на посад, вводят в избу родителей и прочих родных, а между тем поют. Закосники и маршалы приносят невесте венок на салфетке, положенной на тарелке, а под салфеткой – башмаки и подвязки для молодой. В Ошмянском, Лидском, Троцком уездах между закосниками и маршалами начинаются при этом продолжительные споры, иносказания, двусмысленности, цель которых допросить маршалов, зачем они пришли; те, в свою очередь, объявляют, что они от имени целого общества пришли поздравить молодых. Чем богаче и знатнее свадьба, тем длиннее и утомительнее эти поздравления (Виленск. губ., Корева, 625).

Бывает и так: когда молодой приближается к дому невесты, ее приготовляют «садить на посад». С одной из «большанок-дружек» она сидит на лаве. В это время входит в избу брат молодой с пирогом из житной муки, ражкою воды и березовой веткой – тремя символами сельского житья-бытья. При входе он останавливается. Завидевши его, молодая с своею подругой покрываются платком и поют:

– А мой брахненька, пашта увышов,С ржаным пирагом, с дубовай ражкой,С пшонным пивом, с бярозавай розгой?– Ржаный пирог дзевкам падзялю,С дубовай ражкой у ягоды найду,Пшоннаго пива под угол падлию,З бярозавой розгой на паству паганю.

Тогда брат берет сестру и ведет ее на посад. Присутствующие поют:

Брат сястру на парад вядзець,Шовком зямельку мяцець,Сытой паливаець,С сястрой размовляець:– Сястрица радная,Да ня будзь гордая,Да ня желей галовки, да кланяйся,Мамце у ножки, няхай мамка знаець,Да об долю угадаець!– Знаю, дзяцятка, знаю,Да об долю ня угадаю,Дасць Бог долю, дасць добрую,Хвала Табе, Боже!А кали якую проклятую,Ах мощный мой Боже!

Брат испрашивает у присутствующих благословения: «Ёсць тут Бог, бацка и матка, хрещоные и родзоные, суседзи близкие и дальние, мужи статечные и бабки запечные и дзетки заплечные, благаславице малую панну на насад пасадзиць». В ответ получается: «Бог благаславиць!» После троекратного повторения молодая становится с своею подружкой у порога (обе покрытые платком) и причитывает: «Добры вечер да у гету хату, мужом статечным, бабкам запечным, дзеткам маленьким! Суседи мае, да идзице ка мне, на мае вясельле!» Невеста