Детройтская история. Становление неформальных отношений собственности в депрессивном городе - Клэр Херберт

вниманием властей. Например, Хамтрамк – это отдельный город площадью в две квадратные мили, территория которого почти полностью окружена Детройтом; здесь есть своя полиция, а обитатели старых кварталов нередко платят частным охранным компаниям за патрулирование местности. В районах, где проживали четыре указанных респондента, правовое и экономическое регулирование сферы недвижимости играет более важную роль, чем в других частях Детройта64.

Любопытно, что для подобных представлений характерна гибкость – они варьируются в зависимости от района. Одним из указанных респондентов оказалась чернокожая жительница Детройта Франсин, которая не так давно перебралась в более благоустроенный район, а до этого была последней из оставшихся жителей одного из кварталов очень запущенного и неблагополучного района на юго-западе Детройта. По мнению Франсины, полезное или продуктивное, но при этом незаконное использование недвижимости было бы уместным в ее прежнем районе – но не там, где она жила теперь. Еще один респондент из этой группы, белая коренная жительница Детройта Нина, заявила, что она категорически против любого продуктивного способа незаконного использования собственности в своем квартале. В то же время она часто помогала заколачивать, красить и убирать брошенные дома в соседних кварталах, где было гораздо больше пустующих объектов, – иными словами, она сама включалась в неформальные отношения собственности, стремясь улучшить условия жизни в своем районе. Эти примеры иллюстрируют значимость локального контекста для понимания того, при каких условиях жители принимают или оказывают содействие неформальным отношениям собственности в своих районах и в каких ситуациях они все равно считают данные практики незаконными.

2. Имеются и определенные разногласия относительно того, в какой степени явно незаконные занятия можно соотнести с понятием «забота». Например, Бобби, коренной чернокожий житель Детройта, когда-то бывший наркодилером, нередко занимал пустующие дома, чтобы сбывать там свой товар. Он понимал, что его промыслом не получится заниматься в том или ином квартале слишком долго, поэтому использовал «добрососедство» как прием для ослабления какого бы то ни было противодействия со стороны соседей, которые вряд ли одобрили бы его незаконное занятие. Бобби и его подручные не только прилагали минимальные усилия для поддержания занятых ими домов в презентабельном виде (например, косили траву или убирали мусор), но и следили за тем, чтобы все наркоманы приходили к ним по проулку за домом, а не прямо по улице. Но и это еще не все: зимой Бобби часто убирал снег с дорожек, ведущих к домам его соседей, давал им деньги на ремонт жилья и делал другие подарки – и все это ради того, чтобы присутствие в квартале наркодилеров не слишком ощущалось.

В тот момент, когда мы беседовали с Бобби, он уже не торговал наркотиками: благодаря каким-то формальным основаниям, которые принял во внимание суд, ему удалось избежать тюрьмы по обвинению в тяжком преступлении. Тем не менее Бобби по-прежнему считал, что наркопритоны, организованные им в захваченных домах, были плюсом для соседей: по его мнению, он придерживался этоса заботы, поскольку помогал людям с личными расходами, организовывал акции по уборке территории и поддержанию квартала в подобающем виде и уделял толику внимания благополучию соседей. Кроме того, Бобби был уверен, что не имел отношения к негативным сторонам наркомании и торговли наркотиками – он просто предоставлял услуги, а воспользоваться ими или нет, решали другие люди. Насколько сами жители района действительно ценили присутствие Бобби и его наркопритонов, непонятно, поскольку мне не удалось опросить ни одного из его прежних соседей. Вполне возможно, они выражали недовольство тем, что у них под боком ведется незаконная деятельность, и в качестве отступных требовали, чтобы Бобби как следует демонстрировал добрососедство. В наиболее неблагополучных районах Детройта избежать спонтанного появления наркопритонов в пустующих домах затруднительно, поэтому не исключено, что соседи неохотно, но смирились с присутствием Бобби. В данном случае можно перефразировать приведенное в предыдущей главе высказывание полицейского Седрика о самовольных жильцах: «Если уж от наркопритонов никуда не деться, то пусть уж лучше это будут приличные наркопритоны…» Впрочем, подавляющее большинство жителей, участвовавших в моем исследовании, говорили, что подобные занятия не соответствуют этосу заботы. Чаще всего в качестве способа избавиться от пустующих домов, где в итоге могли появиться наркопритоны, рассматривалось появление «хороших соседей» в виде самовольных жильцов или снос таких объектов.

3. Из сказанного выше вытекает еще один момент, который необходимо принять во внимание: отдельные разновидности присвоения собственности не соответствуют этосу заботы, а жители нередко располагают ограниченными возможностями для того, чтобы пресечь эти вредные практики. Извлечение оставшихся в брошенных домах вещей для последующей продажи или использования, воспринимаемое как «кража», чаще всего оказывало на город масштабное негативное воздействие, и жители чрезвычайно эмоционально реагируют на проблемы, вызванные этими формами демонтажа. Участники подобного промысла, не придерживающиеся этоса заботы, наносят вред объектам недвижимости, которые по-прежнему используются либо находятся в достаточно приличном состоянии для возобновления эксплуатации. Один из моих собеседников, руководитель детройтской некоммерческой организации, рассказывал об ущербе, нанесенном ее офису: кто-то украл железную ограду, выдрал водосточные желоба и сорвал с крыши отопительные агрегаты65. Еще один собеседник сообщил, как из помещения Департамента социального обеспечения на северо-западе Детройта были похищены кондиционеры66. Другие детройтцы говорят, что боятся оставлять свои дома без присмотра, отправляясь в отпуск, потому что туда могут ворваться сборщики металлолома, вырвать медные трубы из стен или алюминиевый сайдинг, нанеся ущерб на тысячи долларов. По утверждению горожан, к самым серьезным проблемам Детройта относятся сборщики металлолома и другого утиля, которые грабят по-прежнему обитаемые дома, все еще работающие предприятия или церкви, а также упоминалась такая проблема, как поджоги, уничтожающие строения, которые еще находятся в функциональном состоянии.

Жители в своих попытках справиться с проблемой незаконного присвоения, не соответствующего этосу заботы, использовали различные приемы, направленные на то, чтобы удалить нежелательных самовольных жильцов или не допустить демонтаж, наносящий ущерб их районам. Например, чтобы пустующий дом выглядел обитаемым, люди могут повесить внутри шторы или парковать машины на подъезде к нему. В одном из районов жители наладили систему СМС-оповещений, позволяющую вмешиваться в ситуацию, если где-то поблизости из пустых помещений злостно выносится металлолом. Если в каком-то доме самовольно селятся нежелательные лица, то жители часто сообщают об этом в ресурсоснабжающие организации, чтобы пресечь незаконные врезки в коммунальные сети – в этом случае захватчикам будет сложнее оставаться в доме.

Соседи также могут попытаться найти законного владельца недвижимости и потребовать от него выселить самовольных жильцов, хотя обычно это бесполезно. Кроме того, некоторые детройтцы заколачивают дома, которые они считают достойными сохранения, чтобы предотвратить проникновение в них сборщиков утиля67. Возможны и прямые столкновения соседей с самовольными поселенцами, когда тем разъясняют «правила поведения», – по сути, тем самым жители пытаются приучить тех, кто присваивает недвижимость, следовать этосу заботы. Вот рассказ Седрика о том, как он столкнулся с несколькими молодыми людьми, которые самовольно поселились в его квартале:

Я подошел к ним и спросил: «Что вы делаете в этом доме?» Они ответили: «О, мы его снимаем», но я сказал им: «Я знаю, что это неправда, потому что дом принадлежит банку, [а] вы тут делаете незаконные врезки», а потом велел им постричь траву.

На мой вопрос, как обстоит дело теперь, Седрик с удовлетворением ответил: «Они стригут траву».

4. Наконец, важно помнить, что практическая оценка жителями соблюдения этоса заботы,