Под знаком Меркурия. Декоративная скульптура архитектурных сооружений Петербурга XVIII-начала XX века - Наталья Николаевна Мутья

только общее стилистическое решение его фасадов, но и металлические ворота, которые одновременно и словно «прореживают» череду зданий и «связывают их одной цепью». Особо интересны крайние из ворот.

Одни из них, заключенные в ажурную ограду (расположенную между домами под номерами 62 и 64), выполненную в русском стиле по проекту архитектора И. И. Горностаева (1873, восстановлена в 1995), ведут в сад. Другие ворота (зажатые между домами под номерами 58 и 60) направляют во внутреннюю территорию заводского комплекса. Именно эти въездные ворота нас и интересуют, так как их привратные колонны украшают две фигурки малышей. Справа стоит Гефест (?), слева – Меркурий. Бог кузнечного дела, опираясь на молот, пристроился у наковальни. Бог торговли, сжимая в руках кадуцей и мешок с деньгами, примостился у бочонка. Но Гермес (Меркурий) здесь выступает не только как бог торговли, но и как охранитель ворот. Напомним, что бог носил и эпитет «привратный». Попутно заметим, что и статуя Меркурия бумагопрядильной мануфактуры украшает именно привратную ротонду. Образ заводских ворот, вносящий еще на подходе к предприятию организующее начало, очень важен для Петербурга, становящегося промышленным городом.

Некоторые исследователи считают, что прообразом фигурки маленького Гефеста послужил внук Франца Карловича Сан-Галли, так как именно он в костюме кузнеца был на праздновании 50-летия фирмы деда, отмечаемом в 1903 году. Другие, а среди них и В. А. Смышляев, считают, что это городская легенда.112

Но, может быть, в таком прочтении – бог-ребенок – новое влияние стилистики эклектики, использующей находки прошлых веков. Боги-мальчуганы. Такая трактовка была характерна для времени барокко и рококо. Вспомнить прелестного «Грозящего Амура» Э.-М. Фальконе или еще один экспонат Эрмитажа – барочное зеркало, где среди образов его декоративного обрамления мы видим фигурку младенца Гермеса, обнимающего петуха. Эта традиция – изображать богов во младенчестве – была оставлена в эпоху классицизма, но ее вновь вспомнили в период эклектики.

Итак, завод охраняют два символа ремесла и торговли, от которых зависел достаток владельца…

Большинство промышленных сооружений той эпохи лишены скульптурного декора – в целях экономии. Но если он и появляется, то имеет символы, связанные с достатком и охраной. Да и материал, идущий на его изготовление, заказчики предпочитают прочный и долговременный – металл.

Гостиницы

Во второй половине XIX века возводится и большое количество гостиниц. В связи с увеличившимся потоком людей, приезжающих по делам в столицу, было выгодно развивать гостиничный бизнес.

Петербург славился своими гостиницами. Среди них были сооружения, чьи фасады не имели декора связанного с образом Меркурия (к примеру, гостиница Н. И. Соболева «Россия» (наб. р. Мойки, 60, 1871–1872, арх. Н. П. Басин), были и постройки, содержащие скульптурное изображение Меркурия или его атрибутов. Самая грандиозная из них – гостиница «Европейская» (Михайловская ул., 1 – Итальянская, 7. 1873–1875, арх. Л. Ф. Фонтана, ск. Д. И. Иенсен). Она возникла в результате перестройки архитектором Л. Ф. Фонтаной трехэтажного здания с классицистическим фасадом, воздвигнутым еще в 1830-х годах на основе проекта К. И. Росси. Гостиница является характерным образцом «третьего барокко».

«Европейская» отвечала духу нового времени, когда стали необходимы благоустроенные помещения не только для путешествующей аристократии, но и для представителей делового и торгового мира. Отель был воздвигнут с учетом технических достижений последнего времени. Здесь были лифты, центральное отопление, мусоропроводы. Заметим, что в архитектуре постепенно развивается противоречие между новой технической начинкой здания и старым характером декорирования.

Действительно, скульптурное убранство фасада было шикарно и представительно. Оно носило характер «коврового» заполнения элементами декора всей плоскости стены. Здесь были теламоны, маскароны, картуши, рельефы замковых камней. В контексте нашей темы как раз и вызывают интерес последние. Замковые камни первого этажа украшают переплетенные змеи. Этим они напоминают змей кадуцея. Но в данной композиции со змеями отсутствует крылатый жезл, вокруг которого они могли бы обвиваться. Вместо жезла крылатыми стали сами змеи. В связи с этим они воспринимаются несколько юмористично – пресмыкающиеся выглядят порхающими «голубками». Опять-таки, такая «объединяющая» идея могла возникнуть только во времена эклектики. «Настоящий» же кадуцей помещен в центре арки главного входа со стороны Михайловской улицы. Он разместился в картуше и пересекается с якорем.

Итак, гостиничный бизнес в эпоху капитализма давал большой доход владельцам отелей. И выразить благодарность Меркурию на фасадах сооружения – прекрасный ответ богу не только за рост денежных средств хозяев гостиниц, но и за покровительство путешествующим, останавливающимся в этих временных для них пристанищах.

И опять-таки, в результате перестройки, проведенной на этот раз архитектором П.Ю. Сюзором, город обогатился еще одной гостиницей – гостиницей А. М. Ушакова (Невский пр., 49 – Владимирский пр., 2, 1880, арх. П. Ю. Сюзор, ск. Д. И. Иенсен). Здание – яркий образец эклектики. Его фасады также перенасыщены скульптурным декором. Со стороны Невского и Владимирского проспектов они акцентированы своеобразными портиками. Те, в свою очередь, увенчаны фронтонами. Их «поддерживают» женские скульптуры с венками и кадуцеями в руках. Они выполняют роль кариатид. Скульптуры находятся на одной оси с полуколоннами большого ордера, объединяющими второй и третий этажи. В этом есть парадность, но нет величия, свойственного истинному петербургскому барокко, которое это здание несколько перефразирует.

Угол дома, выходящий на пересечение проспектов, по-петербургски скруглен. Именно с «угловой точки зрения» на дом хорошо «читаются» картуши с кадуцеями, украсившие простенки окон верхнего этажа. Итак, и в декоре этого здания мы опять встречаемся с символами мирного процветания достатка.

В 2001 году Р. М. Даянов (руководитель архитектурного бюро «Литейная часть-91») совместно с Р. И. Сусловой выполнил проект реставрации фасадов гостиницы, именуемой теперь «Рэдиссон Ройял отель» (одна из старинных в городе гостиниц вошла в эту известную корпорацию). Благодаря реставрации мы можем, вплоть до деталей, получить представление о том, как выглядело это здание в конце XIX века.

Итак, во второй половине XIX века здания гостиниц по оформлению фасадов скульптурным декором еще мало отличались от доходных домов. Да и предназначения самих зданий мало разнилось. Пожалуй, только срок пребывания в гостинице был более краток, чем время проживания в доходном доме…

Жилые сооружения

Доходные дома

В этот период возводится и огромное количество доходных домов. В России того времени была распространена пословица, смысл которой заключался в том, что для того, чтобы быть богатым не обязательно иметь золотые прииски в Сибири, достаточно владеть доходным домом в Петербурге. И атрибуты бога Меркурия, часто являющиеся украшениями подобных домов, словно подчеркивали то, что эти сооружения именно и призваны давать доход.

Из жилых зданий, украшенных скульптурой, связанной с атрибутами Меркурия, отличается своей самобытностью доходный дом барона А. Б. Фитингофа (наб. реки Мойки, 100 – ул. Глинки, 1 – наб. Крюкова кан.,