Киевская и Суздальская земли XII-XIII веков - Пётр Николаевич Полевой

стены церкви, наполнена бутом из булыжника, залитого цементом; связи положены были всюду деревянные дубовые (железных связей нигде не употребляли). Внутри, по стенам, церковь, вероятно, была расписана, хотя следы фресок сохранились только в простенках трибуна.

Мы нарочно подолее остановили внимания читателя на описании Покровской церкви как памятника чрезвычайно типичного и близко знакомящего нас со всеми подобными ему произведениями романского стиля в Владимиро-Суздальской области.

Это дает нам возможность при дальнейшем обзоре владимирских храмов, воздвигнутых Всеволодом Юрьевичем, остановиться только на тех новых чертах, которые внесены были в местное церковное зодчество последующею, блестящею эпохою его дальнейшего развития. В настоящее же время нам остается сказать лишь несколько слов об остальных зданиях, воздвигнутых Андреем Боголюбским. Следы этих зданий – увы! – нелегко отыскать под различными нагромождениями позднейшего времени.

Прославленный летописцами за красоту и богатство собор Св. Богородицы (Успенский), воздвигнутый Андреем Боголюбским во Владимире, сгорел в пожаре 1185 года. От него остались одни стены. Судя по некоторым подробностям плана его и по летописному известию, указывающему на то, что собор Андреев был одноглавый, мы имеем право заключить, что он также не отступал по внешности от общего романского типа церквей, построенных в Владимиро-Суздальском крае Юрием и Андреем. Доныне на западном его фасаде сохранились следы архитектурных украшений, свойственных всем зданиям романского стиля. На стенах, внутри и снаружи храма, сохранилось еще несколько лепных изображений (человеческие лица и фигуры львов), вероятно, некогда составлявших существенную часть украшений здания.

Но Всеволод, воздвигая новый Успенский собор на месте старого, нашел себя вынужденным значительно его расширить пристройками с трех фасадов, причем нетронутою осталась только восточная часть собора с его алтарными выступами (см. рис. 35). При расширении здания, его трибун, соответствовавший размерам прежнего Успенского собора, потерял всякое значение и оказался подавленным размерами крыши. Желание скрасить это несоответствие в размерах вызвало потребность в постановке новых четырех, меньших «глав по углам обширной кровли – и храм воздвигнут был пятиглавый. Эта перестройка, в связи с позднейшими изменениями в форме кровли, а также приставленные к зданию с четырех углов толстейшие контрфорсы до такой степени изменили с течением времени характер первоначальной постройки, что в настоящее время ее можно только угадывать среди массы загромоздивших ее новых частей.

Рис. 38. План церкви Покрова-на-Нерли

Еще более печальная участь постигла Рождественский храм, воздвигнутый Андреем Юрьевичем в городе Боголюбове и поражавший современников своим великолепием. Уже в конце XII столетия дважды пограбленный, а в XIII в., вероятно, порушенный монголами, он много раз подвергался всякого рода переделкам, перестройкам и видоизменениям внешности. Карнизы, крыша, трибун и глава были перестроены. Можно почти сказать, что от древней андреевской постройки уцелели только размеры и фундамент с частью стен, которые, однако же, как можно предполагать, не раз подвергались перестройкам[115].

Глава одиннадцатая. Церковь (окончание)

Вторая, блестящая эпоха развития церковного зодчества при Всеволоде Юрьевиче. – Рождественский монастырь. – Перестройка владимирского Успенского собора. – Собор Дмитровский. Любопытные и важные подробности его орнаментации. – Дальнейшее развитие местного церковного стиля в памятниках XIII века. – Внутреннее великолепное убранство и устройство церквей. – Древние иконы и древние фрески владимирские.

Вероятно, вкус к постройкам успел в значительной степени развиться во Владимиро-Суздальском крае во время княжения Юрия и Андрея и самые средства к возведению построек в значительной степени улучшиться, потому что все храмы, воздвигнутые в княжение Всеволода Юрьевича, как по размерам своим, так и по красоте, и по богатству внешних украшений представляют собою значительный шаг вперед в области церковного зодчества. Отчасти на улучшение строительных способов указывает и летопись, в которой, под 1194 годом, говорится, по поводу обновления церкви Св. Богородицы в Суздале, что епископу Иоанну не пришлось искать для этого мастеров между иноземцами, так как он нашел их среди клевретов (?) Св. Богородицы и других: одни из них умели лить олово, другие – крыть кровли, третьи – белить известью». Из этого можно заключить, что ряд последовательных построек, возведенных в Владимиро-Суздальской области между 1152–1194 гг., не прошел бесследно: мастера-иноземцы, призванные Андреем «от всех земель», успели научить русских рабочих важнейшим приемам строительного искусства, и даже есть основание думать, что уменье возводить каменные постройки особенно привилось во Владимире. Недаром ростовцы, гневаясь на владимирцев, называли их в насмешку «своими каменщиками». Но из этого, конечно, не следует еще, чтобы Всеволод Юрьевич, приступая к своим постройкам, не нуждался более в призыве иностранных зодчих для возведения таких храмов, как Успенский собор, как церковь Рождества в Рождественском монастыре и в особенности как Дмитровский собор, который носил на себе несомненные следы не только влияния иноземного искусства, но даже влияния чуждых русской и византийской почве западных преданий.

Рис. 39. Резной пояс на южной стороне Дмитровского собора

Все постройки, выполненные Всеволодом, воздвигнуты были между 1190–1197 гг. Первою из них по времени была церковь Рождества в Рождественском владимирском монастыре. Церковь небольшая и построенная совершенно по тому же плану, как и Покровская-на-Нерли: вся из белого камня. В конце XVII в. эта церковь подверглась большим перестройкам; с целью расширения храма, к западной стене, в 1678 г., пристроена была паперть; к северной и южной – каменные палатки. Все эти пристройки возведены из кирпича. При перестройках «западная дверь великокняжеской постройки вынута из капительной стены храма, с одним рядом белых камней и с резными орнаментами над дверью, и вставлена в паперть даже с тою надписью, какая существовала на камне по правую сторону двери. Надпись эта врезана вглубь и заключает в себе следующее: «начало Рожествена монастыря лета 6699 (1191 г.)»[116].

Второю и самою замечательною постройкой следует считать Дмитровский собор, заложенный Всеволодом на «княжем дворе» в 1194 г. 11 января 1197 года доска с гроба Св. Дмитрия, привезенная из города Солуня, уже могла быть поставлена в новой церкви, по указанию летописи. Граф Строганов совершенно справедливо замечает, что «строители, пришедшие с запада при Андрее, уже не существовали более»; вот почему великий князь обратился к Фридриху I, императору германскому с просьбою о присылке ему мастера, для того чтобы выстроить подле дворца его церковь, которая не уступала бы по красоте своей другим памятникам того же рода[117].

Собор был выстроен по тому же самому плану, по которому выстроена церковь Покрова-на-Нерли (сравни рис. 38), но только значительно обширнее ее по размерам и великолепнее украшенная. Есть основание думать, что Дмитровский собор был именно построен итальянским архитектором из Ломбардии, и некоторые частности его отделки подтверждают это предположение весьма вескими данными.