Бабник: Назад в СССР 3 - Роман Фабров

Когда все три команды закончили, Татьяна неожиданно попросила жюри пока не выставлять оценки.

— А теперь давайте решим вместе со зрителями, кто достоин выйти в финал!

Зал сразу оживился. Тут уже никаких карандашей и протоколов не требовалось. Кто-то начал выкрикивать название понравившейся команды, а потом по просьбе Татьяны проголосовали аплодисментами.

В итоге громче всего зал поддержал две команды, исполнявшие песни. Именно они и прошли в финал.

А вот последний конкурс был нашей маленькой изюминкой.

Вы спросите, какой?

Конкурс красоты.

Правда, назвать его так мы не рискнули. Всё-таки местные чиновники до конкурсов красоты ещё морально не доросли. Да и само слово для школьного мероприятия звучало бы слишком уж буржуазно. Поэтому мы назвали финал совершенно безобидно — «Модница».

Звучало почти прилично и никаких подозрительных мыслей ни у кого не вызывало.

Смысл конкурса, правда, оставался примерно тем же. Девушки должны были продемонстрировать наряды, которые их команда заранее сшила своими руками на уроках труда. Причём оценивалось не только то, насколько красиво он выглядел, но и сама работа: аккуратность швов, сложность фасона и то, насколько удачно девушки могли представить свои наряды.

Вот тут участницы уже успели переодеться, и когда сцена снова открылась, я невольно присвистнул про себя.

Конечно, никаких мини-юбок и платьев, от которых у половины зала случился бы инфаркт, здесь не было. Семидесятый год всё-таки. Девушки вышли в лучших нарядах: простых платьях, юбках с блузками. Кому-то шить помогали мамы или бабушки, а у кого-то, судя по всему, и вовсе вся семья принимала участие в создании образа.

Зато сидели наряды на девушках аккуратно, и сразу было видно, что они старались.

Всё скромно, без лишней показухи, но каждая хотела выглядеть красиво.

На сцену по очереди начали выходить девушки. Каждая демонстрировала свой наряд, поворачивалась перед залом, а потом коротко рассказывала, кто и как его шил. Где-то чувствовалась работа мамы или бабушки, где-то девчонки действительно постарались сами. Платья получались разными, но почти все — аккуратными и вполне симпатичными.

Особенно хорошо выступили девушки из десятого «Б». Они не только подготовили наряды лучше остальных, но и держались на сцене уверенно, без привычного девичьего «ой, я стесняюсь, смотрите на меня, но только не слишком внимательно». В семнадцать лет многие из них уже выглядели вполне взрослыми девушками, и мужская часть зала это, разумеется, заметила. Парни старались сохранять серьёзные лица, но получалось у них примерно так же хорошо, как у кота делать вид, что он совершенно не интересуется сметаной на столе.

После последнего выступления девушки вернулись за кулисы, а жюри ещё раз склонилось над своими листками. На этот раз спорили недолго.

Татьяна вышла на сцену с листком в руках и дождалась, пока зал стихнет.

— Ну что, товарищи, конкурс завершён. И теперь мы можем назвать победителей.

Она сделала небольшую паузу, явно наслаждаясь моментом.

— Третье место занимает команда девятого «Б» класса!

Зал зааплодировал.

— Второе место — команда восьмого «А» класса!

Аплодисменты стали громче.

Татьяна улыбнулась и посмотрела на листок.

— А первое место и звание победительниц нашего конкурса «А ну-ка, девушки!» получает команда десятого «Б»!

Десятиклассницы радостно загалдели, начали обниматься, а зал взорвался аплодисментами. Было видно, что результат никого особенно не удивил. Девчонки действительно сегодня выложились по полной.

Когда шум немного стих, на сцену поднялся директор.

Он поблагодарил участниц, жюри, учителей и отдельно — организаторов конкурса за прекрасный вечер. Говорил недолго, но так, как и положено директору: с серьёзным выражением лица и обязательным упоминанием того, что подобные мероприятия помогают воспитывать у молодёжи товарищество, инициативу и правильное отношение к труду.

После него Светлана Андреевна толкнула коротенькую речь, вручила победительницам грамоты от райкома ВЛКСМ и какие-то книги. Какие именно — я так и не разглядел. Сидел я сбоку от сцены, а вытягивать шею, изображая любопытного журавля, не хотелось.

А потом настал мой черёд.

Как комсорг и человек, который последние две недели был ответственным за весь этот цирк, я просто не мог отсидеться в стороне. Пришлось подняться на сцену и сказать несколько слов.

Я поздравил победительниц, поблагодарил всех участниц, Мишку, Татьяну и тех, кто помогал с организацией. Получилось, кажется, вполне прилично. Во всяком случае, никто не засмеялся.

На этом наши двухнедельные мытарства наконец закончились.

Мы с Татьяной вышли из школы вместе. Следом медленно топали Мишка — в одной руке с аккордеоном, а другой он поддерживал свою зазнобу, чтобы та не поскользнулась на высоких каблуках. На улице уже совсем стемнело, а фонари освещали медленно падающий снег.

Глава 24

Выйдя из ворот школы, мы разошлись почти сразу. Мишка со Светланой отправился направо — видимо, мой друг решил проводить её до дома, — а мы с Татьяной свернули в другую сторону. Правда, далеко уйти не успели. Стоило нам отойти от школьных ворот на несколько метров, как она вдруг остановилась. Здесь свет из окон класса до нас уже почти не доставал, и вокруг было достаточно темно, чтобы никто случайно не увидел, чем мы тут занимаемся.

Татьяна повернулась ко мне, сияя от счастья, обхватила меня руками за шею и тихо рассмеялась:

— Ну наконец-то, Гаранин!

После чего сама потянулась ко мне и поцеловала в губы.

Я, разумеется, совершенно не возражал. Наоборот, обнял её чуть ниже талии и притянул к себе. Девушка довольно взвизгнула, ткнулась носом мне в щёку и снова потянулась целоваться. После этих двух недель подготовки она наконец могла расслабиться. Конкурс закончился, команды наградили, а главное — теперь ей никуда не нужно было спешить, ничего срочно доделывать и переживать, что завтра опять придётся тащиться на репетицию до позднего вечера.

Мы так и стояли возле школы, в тени, обнявшись и целуясь, и на несколько секунд я действительно забыл обо всём на свете. Будто никаких больше проблем сейчас не существовало. Только Татьяна рядом, её тёплые руки у меня на шее и какое-то совершенно непривычное ощущение, что сейчас всё именно так, как и должно быть.

Вот только насладиться моментом нам не дали.

Со стороны, куда ушли Мишка со Светланой, вдруг раздался женский визг.

Причём такой, что я мгновенно оторвался от неё и даже сделал шаг в сторону, вслушиваясь в темноту. По спине пробежали мурашки, а внутри неприятно кольнуло.

— Это что было? — тихо спросила Татьяна.

— Сам не пойму, — ответил я и принялся всматриваться туда, откуда