Парфия и Рим. Четыреста лет побед и поражений - Леонид Анатольевич Наумов

Христиане Месопотамии во II в

Странным образом серьезные гонения на христиан в Римской империи совпадают с римко-парфянскими конфликтами.

Мы помним, что гонения на христин при Нероне начались сразу после окончания войны в Армении. Дальше это повторилось и при Траяне, и при Марке Аврелии, и при Септимии Севере[834]. Одновременно мы ничего не знаем о гонениях на христиан в Парфии II в. н.э.

Ассирийская Церковь Востока считает апостола Петра своим первым предстоятелем, опираясь на то, что 1-е послание Петра направлено из «Вавилона». Вторым предстоятелем она считает апостола Фому, благовествовавшего и основавшего церкви в этих странах, перед тем как отправиться в Индию. Третьим был апостол Варфоломей (Бар-Тулмаи). Четвертым – апостол Аддай (Фаддей из 70), апостол 33–45 гг.

Пятый – Аггей, ученик Аддая, апостол из числа семидесяти и мученик 45–48 гг.

Шестой – Мари, ученик Аддая, апостол из числа семидесяти 48–81 гг.

Между 79 и 116 гг. была основана первая церковь в Селевкии – Ктесифоне. Епископами были св. Мари, Абрес (90—107 гг.), Авраам (130–152 гг.), Иаков (172–190 гг.), Ахадбухи и Шахлупа (205–222 гг.).

Хроники Арбелы рассказывают, что первый епископ Пекида появился в Ассирии в 104–106 гг., его рукоположил лично апостол Аддай. Посде смерти Пекиды шесть лет не было епископов. Затем епископами были Шемшон и Исаак. В начале III века в Адиабене было не менее двадцать общин. Долгое время ключевую роль играла не Осроена, речь идет о знаменитом Эдесском центре христианской миссии.

Во II в. в Эдессе уже была церковь, существовало здание церкви. Этот факт опирается на описание большого наводнения в 201 г., когда разливом реки Дайсан был разрушен, наряду с другими зданиями, и христианский храм. В начале III в. Бар Дейсана, говорит, что христиане были в Парфии, в Мидии; в Персиде в Бактрии[835]. Исследователи готовы предположить, что в середине III века христианская община появилась и в Мерве[836].

Это значит, что к христианским общинам Востока относится та же хронология, что и к христианам Римской империи: во II веке начинается эпоха апологетов.

Татиан Ассириец

Траян нанесен удар по Церкви перед самой войной с Аршакидами. Был казнен Игнатий Богоносец. Предание утверждает, что именно тот мальчик, которого Господь Иисус Христос взял к себе на руки и сказал: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18,1–3). Игнатий Богоносец оставался одним из последних, кто жил во времена Спасителя. «Он был отправлен из Сирии в Рим и отдан на съедение зверям за исповедание Христа»,– писал Евсевий[837]. Историк считает, что это произошло в Риме на десятый год правления Траяна (107 г.), но есть сведения, что это случилось около 113 г. (накануне войны с Парфией).

Конная статуя Марка Аврелия

После царствования Траяна проходит полвека, прежде чем императорская власть начинает новые законодательных меры против христиан и христианства. Это происходит при императоре Марке Аврелии (161–180гг.), знаменитом философе-стоике. Гонение Марка Аврелия производилось по именному императорскому приказанию[838].

Судя по тому, что мы сейчас знаем, гонения начались в Риме, и первой жертвой был святой Иустин Философ и его ученики. Точная дата его рождения неизвестна, скорее всего, это произошло около 100 г. н.э. в римской Иудее. Обращение произошло, возможно в юности: «Сам я, когда еще услаждался учением Платона, слышал, как поносят христиан, но, видя, как они бесстрашно встречают смерть и все, что почитается страшным, почел невозможным, чтобы они были преданы пороку и распутству». Став христианином[839], Иустин продолжал вести образ жизни философа, известно о создании им школы катехизации.

Известно, что во время второго пребывания Святого Иустина Философа в Риме префектом был философ-стоик Квинт Юний Рустик. Сам император Марк Аврелий считал его своим учителем и оказывал почести. Именно по приказу префекта Иустин и шесть его учеников были арестованы. После отказа принести жертвы идолам святой и его ученики были подвергнуты бичеванию и обезглавлены. Это произошло в 165 году[840], через год после окончания войны в Парфии. Надо заметить, что гонения на христиан при «гуманном и благородном Марке Аврелии» не ограничивается казнями в Риме; известно о лионских (лугудунских) мучениках, Евсевий Кесарийский считает, что именно при Марке Аврелии погиб свщмуч. Поликарп Смирнский[841]. Для нашего исследования ключевое значение имеет судьба одного из учеников св. Иустина Философа – Татиана Ассирийца.

Он родился на территории Парфии, вероятно, вскоре после похода Траяна. Рассказывал, что «путешествовал по многим странам, сам занимался в качестве софиста… науками, изучал искусства и различные изобретения и, наконец, живя в Риме, сам видел различные статуи, туда перенесенные вами. Я не стараюсь, как обыкновенно делают многие, подтверждать свои мысли чужими мнениями, но излагаю то, что сам видел и узнал»[842]. Вероятно, обращение к христианству Татиана произошло в Риме под влиянием св. Иустина.

Христиане особенно ценили «Речь против эллинов»[843]. Татиан подчеркивал преимущество христианского мировоззрения, которое он очень интересно называл «варварской философией»: «поэтому-то я распростился и с римским высокомерием, и с холодным афинским красноречием, с различными учениями и принял нашу варварскую философию»[844].

Мы знаем, что проповедь Иустина и Татиана вызвала недовольство античных философов. Обращаясь к эллинам, Татиан пишет: «Но философы ваши так далеки от воздержания, что некоторые ежегодно получают от римского царя шестьсот золотых монет не для какого-нибудь полезного дела, но для того, чтобы они не даром носили отпущенную бороду. И Кресцент, который свил себе гнездо в великом городе, превосходил всех в педерастии и был весьма сребролюбив. Этот презритель смерти так боялся ее, что старался причинить смерть, как зло, Иустину, а также и мне, за то, что он, проповедуя истину, обличал философов в сластолюбии и лжи»[845].

Очень интересно, как именно аргументирует Татиан свой призыв: «Должен быть один и общий для всех образ жизни. А теперь, сколько городов, столько законодательств, так что одни почитают гнусным то, что, по мнению других, прекрасно. Так эллины признают незаконным брачное сожительство с матерью, а у персидских магов это почитается прекрасным установлением; педерастия осуждается варварами, но она пользуется особым преимуществом у римлян, которые стараются собирать стада мальчиков, наподобие коней пасущихся»[846].

В дальнейшем мы увидим, что Бардесан тоже обращает внимание на нравственный аспект сексульных отношений в языческом мире: его возмущали традиции инцеста в Персии, гарем парфян и погребальные обряды магов.

Выход Татиан увидел в библейской традиции: «В то время как ум мой рассматривал все лучшее, я напал на одни книги варварские, которые древнее эллинских учений и столь божественны, что не могут быть сравниваемы с их заблуждениями; и я поверил этим книгам, по простоте их речи, безыскусственности писателей,